Путь, который должен был занять семь-восемь дней, к пятому дню достиг предела трудностей.
Горная дорога была сложной для прохождения, а частые весенние дожди спровоцировали активность гу-червей в теле Суна Ши Юя.
У него снова поднялась высокая температура, и он едва мог управлять повозкой, пока не потерял сознание, после чего двое его спутников наконец заметили это.
Мелкий, густой дождь стелился, как дымка, застилая видимость и делая дорогу впереди размытой.
К счастью, из-за распространённости гу в этих местах разбойники и грабители не осмеливались нападать здесь, чтобы не навлечь на себя неприятности.
Грязная горная тропа была мягкой, как толчёный клейкий рис, и, скрытая зарослями, напоминала золотого питона, лежащего среди зелени.
Они стали крошечными чёрными жучками на спине этой змеи, отделившись от повозки и превратившись в чёрные точки.
Две лошади перед повозкой снова шли вместе, верёвку перевязали, и группа разделилась на два направления.
Цзинь Цзю дала множество наставлений и оставила мощный арбалет Цзинь Цзя, прежде чем уехать вместе с Сун Ши Юем.
Цзинь Цзя приготовила различные средства защиты и специальные фиолетовые сигнальные ракеты для Горы Колдовства и Заклинаний, после чего отправилась в путь одна.
Но она не сказала Цзинь Цзю, что всё это ей на самом деле не нужно.
Каждые семь дней с Горы Колдовства и Заклинаний спускались для осмотра территории в радиусе двух дней пути, маскируясь под обычных путников, и любые разбойники немедленно уничтожались.
Так продолжалось годами, и уже десять лет ни один разбойник не осмеливался основать здесь лагерь.
Проводив взглядом Цзинь Цзю и Суна Ши Юя, исчезающих вдали, Цзинь Цзя медленно остановила повозку.
Сун Ши Юй выглядел подозрительно. Слишком подозрительно.
Будто изысканный предмет, достойный подношения во дворец, но почему-то засунутый в разбитый деревянный сундук в заднем дворе простолюдина.
Хотя это и не совсем правильно…
Но подозрения уже закрались в её сердце, и она не могла не заглянуть в его вещи, чтобы попытаться выяснить его личность.
Тем временем вдоль горной дороги тянулся длинный след от копыт.
Вода, скопившаяся под широкополой шляпой, капала на плащ и стекала в грязь.
Сун Ши Юй очнулся от тряски, его зрение было затуманенным, и лишь через некоторое время он смог разглядеть чью-то шею.
Он опирался на Цзинь Цзю, и она придерживала его, чтобы он не упал.
Цзинь Цзю почувствовала, как его длинные ресницы медленно скользнули по её шее, и поняла, что он проснулся из-за тряски.
— Не двигайся, — торопливо сказала она. — У тебя снова жар, и мне нужно как можно скорее доставить тебя. Если тебе нехорошо, потерпи немного.
Сун Ши Юй давно научился терпеть. Он тихо кивнул и снова прижался к ней.
Он уже собирался снова заснуть, но вдруг подумал, что так, наверное, не совсем правильно.
Он незаметно выпрямился, пытаясь сесть, но едва поднял голову, как Цзинь Цзю снова прижала его к себе.
— Цзинь Цзя подготовила только два дождевика и шляпы, не высовывайся под дождь. Когда стемнеет и дорогу станет плохо видно, впереди будет пещера, там мы остановимся.
Цзинь Цзю хорошо знала этот путь. До того как между ней и Дань Си возникла размолвка из-за её сестры, она часто ездила по этой дороге, чтобы встретиться с ним.
Но прошло уже пять лет, и растительность здесь стала гуще и пышнее. Без защиты острые края диких трав могли порезать кожу, оставляя красные полосы. А если не повезёт, можно было заразиться ядом, оставленным мастерами гу, и тогда путь мог стать последним.
— Давай я повезу, ты почти не спала прошлой ночью.
Сун Ши Юй заметил тёмные круги под её глазами, и в его сердце шевельнулось неприятное чувство. Он не хотел обременять её, но из-за своего состояния вынужден был постоянно её беспокоить.
— О-о, гунцзы тоже умеет ездить верхом? — поддразнила Цзинь Цзю. — Не надо, до темноты осталось меньше часа. Пещера уже близко, лучше подумай, что мы сможем поесть. Здесь много диких овощей и грибов, но я не очень разбираюсь в них. Ты сможешь отличить съедобные? Я бы не отказалась от грибов с лепёшками — как же они вкусны!
После весеннего дождя всегда появляются грибы.
Если повезёт, может, удастся накопать бамбуковых побегов.
Всё, что мог сделать для неё Сун Ши Юй, было столь незначительно, но ему это совсем не казалось плохим.
Уже несколько раз он видел, как она ела приготовленную им еду — беззаботно и с аппетитом, до последнего кусочка, а потом хвалила его кулинарные навыки. И тогда в нём пробуждалось давно забытое чувство счастья.
Когда он разберётся с теми, кто заслуживал смерти, он тоже найдёт место, где сможет жить так же просто и спокойно.
Остаток жизни в одиночестве — что ж, в этом нет ничего плохого. Он прожил так много лет…
При этой мысли он вдруг почувствовал лёгкую зависть к мужу Цзинь Цзю. Каков он? Хорошо ли обращается с ней?
Согласился бы… вести домашнее хозяйство?
Сун Ши Юй очнулся от этих мыслей и горько усмехнулся.
О чём он только думает в такое время?
Боясь, что Цзинь Цзю сочтёт его скучным, он медленно произнёс:
— Да, я разбираюсь в грибах. Если будет возможность, посмотри вокруг, может, найдутся побеги бамбука. Если сварить их с грибами в супе и замесить лепёшки, получится вкусно.
— Я так и знала, что ты справишься. Хорошо, что я взяла с собой приправы. Но у тебя хватит сил готовить?
Цзинь Цзю почувствовала, как его горячее дыхание касается её шеи, и дотронулась до его лба — кожа всё ещё пылала.
Сун Ши Юй слабо поднял руку и стёр с лба капли дождя, оставшиеся от её прикосновения.
Такие холодные.
Весенний дождь холодный, и её рука тоже.
В этот момент с неплотно сидящей шляпы скатилась капля и потекла по её виску.
Сун Ши Юй, не задумываясь, протянул руку и смахнул её.
Оба замерли от неожиданности.
Цзинь Цзю повернулась к нему и увидела, как его ресницы дрогнули, прежде чем он отвернулся.
Она не смогла сдержать смех. Ещё бы — особенно когда заметила, как его уши покраснели.
Сун Ши Юй, почувствовав, как её грудь сотрясается от смеха, снова выпрямился, отодвинувшись.
Даже если она носила корсет, между мужчиной и женщиной должна быть дистанция.
Но она перешла все границы — смеялась всё громче и даже начала дразнить его:
— Ты так легко краснеешь! Неужели раньше не общался с женщинами? Эй, не высовывайся под дождь!
Цзинь Цзю поспешила прекратить смеяться, боясь, что если продолжить, Сун Ши Юй спрыгнет с лошади и пойдёт к Горе Колдовства пешком.
— У тебя уже есть муж, тебе не стоит так со мной разговаривать, — слегка рассердился Сун Ши Юй. — Если он узнает, как ты себя ведёшь, разозлится. И тогда моё присутствие… доставит тебе неприятности.
Ни один мужчина не потерпел бы, чтобы его невеста так вольно общалась с другим. Сун Ши Юй всерьёз опасался, что незнакомый муж Цзинь Цзю может наложить на неё гу, чтобы привязать к себе навсегда, лишив возможности выбора.
http://tl.rulate.ru/book/144516/7626820
Готово:
