— Эй... с Новым годом, — неожиданно сказала Хань Ин, когда они уже подходили к номеру в гостевом доме.
Сюй Хуашэн остановился, ошеломлённо посмотрел на неё, а потом рассмеялся:
— И тебя с Новым годом.
Они обменялись короткими взглядами и разошлись по комнатам. Здесь, в гостевом доме, можно было впервые за долгое время чувствовать себя в полной безопасности.
Хань Ин, закрыв за собой дверь, опустилась на кровать, коснулась ладонями лица — и заметила, что оно горит. Её обычно холодное выражение впервые смягчилось, в глазах мелькнуло смущение.
А в соседнем номере Сюй Хуашэн стоял у окна, глядя в ночь с тихой улыбкой.
Новый год.
Весна уже вступила в силу, праздник миновал, а ему и не спалось.
Пусть он и не встретил этот праздник с семьёй, но прошёл он необычайно плодотворно — на счетах теперь лежала астрономическая сумма, и он не собирался держать эти деньги мёртвым грузом.
Деньги должны работать. Потрать — и заработай больше.
На следующее утро Сюй проснулся уже ближе к полудню. После обеда он вместе с Хань Ин направился в штаб-квартиру Хуагуандиан, но внутрь заходить не стал — велел водителю объехать территорию.
Вокруг — поля и деревни. Город пока едва дышит: третье транспортное кольцо только формируется, второе — ещё не замкнуто. Тут почти деревня, как в своё время Пудун у Магического города.
Глядя на просторы земли и низкие строения, Сюй улыбнулся.
Через двадцать лет каждая пядь здесь станет золотом.
Цена поднимется до ста тысяч за квадрат, но пока — дёшево. А раз у него теперь есть деньги, почему бы не воспользоваться моментом и не отхватить большой кусок?
Сейчас владения Хуагуандиан — около 200 акров, и для него этого в разы мало.
Он мечтал построить здесь город науки:
жилые кварталы, дома для семей сотрудников, больницу, школу, исследовательские центры.
Настоящий храм труда и знаний, куда захотят попасть лучшие умы страны.
Пусть Хуагуандиан станет легендой, местом, куда стремятся, а вместе с этим — щитом для внимания, отвлекающим от Хуашэн Групп.
Земля дешева, материалы недороги, рабочие руки стоят копейки — время строить.
Когда они вернулись в офис, здание было почти пустым: праздник, сотрудники отдыхали.
Сюй достал огромный лист ватмана и принялся за работу.
Хань Ин стояла рядом, наблюдая.
С каждым движением карандаша у неё всё больше округлялись глаза.
Рука Сюя двигалась быстро и уверенно, как печатающая головка принтера: ни черновиков, ни колебаний.
Контуры превращались в пейзаж — линии зданий, мосты, сады, дороги.
Он штриховал, добавлял цвет — и на глазах рождался город-мечта.
Хань Ин невольно сглотнула.
Это было прекрасно: лёгкие крыши, арки, павильоны, озеро — и всё в китайском стиле, но с современным дыханием.
Гармония древности и современности — простая, изящная, живая.
Такое не стареет: чем больше проходит лет, тем сильнее притягивает взгляд.
На плане — Сифан-чэн, квадратный город-комплекс площадью около девяти квадратных километров (более 13 тысяч акров).
Стены длиной по три километра, внутри — всё, что нужно человеку: жилые кварталы и общежития, школы от детсада до старших классов, исследовательские корпуса, больница, торговые центры, собственный парк с искусственным озером.
Зелени — вдоволь, стиль — единый, китайский.
Жизнь — от рождения до старости — полностью внутри.
Не хватало лишь кладбища и крематория, подумал Сюй с иронией.
Он поставил последнюю точку и развернул полотно.
— Ну как? — спросил он, довольный. — Это и есть будущее Хуагуандиан. Красиво?
Хань Ин стояла, ошеломлённая.
— Хм… капиталист, — буркнула она, но в голосе звучало восхищение.
Сюй рассмеялся:
— Настоящие капиталисты только берут, а я трачу.
Без фениксового дерева не прилетит золотой феникс.
Мои сотрудники — лучшие умы страны.
Они заслуживают хорошей жизни. Раз уж я требую от них многого — пусть живут достойно.
Ведь и в армии лучших бойцов уважают больше, не так ли?
Хань Ин прикусила губу, но в уголках рта мелькнула улыбка.
Сюй продолжал:
— Этот мир всегда был ареной, где сильные едят слабых.
Лучшие получают лучшее.
Так будет и в моей компании.
Волки идут за мясом, псы — за дерьмом.
Вот закон природы.
И если заставлять волков питаться как псы — они просто уйдут туда, где есть мясо.
Он посмотрел на план города и твёрдо сказал:
— В Хуадиане будет волчья культура.
Кто силён — тот ест мясо.
Кто слаб — уходит.
Это не благотворительный дом, не санаторий для кадров.
Это место для тех, кто способен.
Хань Ин слушала, и в её взгляде впервые мелькнула не ирония, а уважение.
Сюй же знал одно: пока он управляет Хуадианом, всё будет по его правилам.
-------------------
Наш ТГ канал: @nedumonie_team
Количество лайков - бесплатный стимул для продолжения перевода.
Больше лайков - быстрее выйдет новая глава!
http://tl.rulate.ru/book/144496/8612459
Готово:
