— Братик Байсака, как думаешь, в этом мире и правда существуют ёкаи?
У рыбного прилавка на самом большом рынке города Камихама из-под стола, заваленного разделанной свежей рыбой, показалась маленькая, словно выточенная из нефрита, головка. Огромные ясные глаза, полные жажды знаний, устремились на фигуру перед ней, склонившуюся над заточкой ножа.
— Нет.
Юноша за прилавком поднял голову. В его карих глазах, прикрытых рваной чёрной чёлкой, не было ни капли эмоций. Холодная аура даже затмевала его довольно привлекательное лицо. Один его вид создавал ощущение, будто он отталкивает всех и вся.
Говоря проще, без многолетнего опыта разделки рыбы в большом супермаркете невозможно обрести такой ледяной взгляд и ауру.
— А чудовища-людоеды?
Маленькая девочка, однако, не испугалась его холодности, а, наоборот, будто давно привыкнув к таким немногословным ответам, моргнула своими большими глазами, обежала прилавок и, подбежав к юноше, склонила набок свою маленькую головку и настойчиво спросила снова.
— Тоже нет.
Юноша, которого назвали Байсака, мельком взглянул на кроху, что послушно стояла рядом. Хоть её лицо и было преисполнено любопытства, она старалась не мешать ему работать. Не раздумывая и полсекунды, он ответил на её вопрос.
— Тогда…
— Ничего такого нет. Твоя мама просила передать, чтобы ты поменьше смотрела эти свои странные мультики.
Едва малышка открыла рот, как точивший нож юноша выпрямился, повернулся, вытащил из аквариума жирную рыбину, швырнул её на разделочную доску и опередил её с ответом.
— …Братик Байсака такой вредный. Неужели нельзя хоть немного задобрить девочку? Как ты собираешься нравиться девушкам?
Девочка, на вид ещё даже не школьница, с обидой посмотрела на него и тихо пожаловалась на этого холодного и бесчувственного юношу.
— Задабривать детей — это работа твоей мамы.
Умело стукнув рукоятью ножа по голове трепыхавшейся на доске рыбы, Байсака повернулся и легонько щёлкнул своим длинным пальцем по макушке малышки с двумя хвостиками.
— Тогда скажи, что в этом мире настоящее?
Надув свои розовые губки, малышка, получившая щелбан, втянула шею, а затем, словно по привычке, закрыла глаза ладошками и отвернулась.
Движения юноши, уже готового одним ударом прикончить переставшую дёргаться рыбу, на мгновение замерли, когда он услышал этот вопрос. Затем он бросил взгляд на полупрозрачную панель, видимую только ему, и издал горестный вздох.
【Байсака: Уровень 1, Опыт 125/200】
【Здоровье 50/50, Мана 50/50, Атака 3, Броня 0】
【Сила 1, Ловкость 1, Интеллект 1】
— Вполне стандартная панель характеристик героя из Warcraft. Кроме того, что показатели низковаты, всё остальное, вплоть до мини-карты в левом нижнем углу и собственной 3D-модельки Байсаки, было воссоздано до мельчайших деталей.
И в самом деле, что же настоящее? Неужели сказать этой крохе, что его личность попаданца — настоящая, и эта панель со статами, которые в сумме даже до девятки не дотягивают, — тоже настоящая?
С такими-то характеристиками его даже на роль пушечного мяса ни в одну игру не возьмут!
Иногда Байсака вёл себя как хладнокровный продавец рыбы не потому, что хотел, а потому, что реальность оказалась куда более жестокой, чем он себе представлял. Тут уж не до смеха.
Прожил семнадцать лет, накопил 125 очков опыта — на что тут ещё можно надеяться?
— Деньги — вот что настоящее.
— Эту абсолютную истину Байсака постиг за долгие годы своей непростой жизни. Хотя обычно такая мудрость приходит к людям лишь в среднем возрасте, с другой стороны, можно сказать, что он просто срезал себе путь на пару десятков лет.
Говоря это, Байсака вонзил нож в тело рыбы и умело вскрыл ей брюхо, вычищая кости. Через мгновение он уже превратил её в тарелку изысканного рыбного филе.
Он бросил взгляд на полоску опыта, которая ни капли не сдвинулась после убийства рыбы. Если бы не прошлый опыт, когда она еле-еле поползла вверх после сотен загубленных рыбьих жизней, Байсака давно бы бросил эту работу.
Серьёзно, кто вообще надеется разбогатеть, продавая рыбу?
— «Вот подождите, — думал он, — когда-нибудь я выучу Руку Мидаса, и тогда этим мучениям придёт конец».
— Тц, братик Байсака, ты ещё больший реалист, чем моя мама.
Прождав столько времени и получив такой ответ, малышка закатила глаза за ладошками и не таясь пробормотала.
— Тогда зачем ты ко мне приходишь?
— Потому что братик Байсака красивый. Когда я рядом с красивыми людьми, у меня и настроение лучше, — немного помявшись, малышка всё же честно высказала свои мысли.
— А ты, получается, ещё больший реалист, чем я?
Байсака вытер свой нож и взглянул на малышку, которая недовольно топала ножкой. На его ледяном от разделки рыбы лице проступило немного тепла, а уголки губ изогнулись в улыбке.
Человеческие детёныши, пока не начинают капризничать, бывают довольно забавными, особенно когда у них такие сладкие речи.
Конечно, возможно, на неё повлияла среда, в которой она росла. Если бы у него в детстве были такие же условия жизни, он бы сейчас не ходил с таким холодным лицом.
Байсака никогда не забудет свой первый день в этом мире. Когда он, полный амбиций и готовый начать новую жизнь, открыл глаза и обнаружил себя в мусорном баке, заваленном выброшенными медицинскими инструментами.
— Такой старт был лишь ненамного лучше, чем переродиться в женском туалете в выгребной яме, верно?
Первый урок в новом мире оказался настолько жестоким, что Байсаке было бы трудно не стать реалистом, даже если бы он этого не хотел.
— Когда это я тебе такое говорила? Что-то я совсем не помню.
К счастью, мягкий и нежный голос, раздавшийся за спиной Байсаки, прервал его горькие воспоминания о прошлом.
Байсака обернулся на звук и увидел женщину с гладкими, как шёлк, волосами со стрижкой химэ, ниспадающими до самой поясницы. Под волосами скрывалось лицо такой красоты, что даже слово «очаровательная» не могло её описать.
Хоть в ней и не было девичьей наивности, её глаза излучали то особое обаяние, что присуще лишь зрелым женщинам, подобно выдержанному вину, которое со временем становится лишь лучше.
Её пышная грудь так натягивала чёрный деловой костюм, что казалось, он вот-вот лопнет. В сочетании с талией, что была тоньше девичьей, и округлыми, идеальными, как перевёрнутый персик, ягодицами, она, просто стоя на месте, походила на смертельный яд, идеально воплощая всю прелесть зрелой женщины.
Вот только сейчас на её милом личике, одна улыбка которого могла бы свести с ума, застыло притворное недовольство. И если бы это недовольство было направлено не на другого человека, у Байсаки, вероятно, уже подкосились бы ноги.
В отличие от Байсаки, малышка, которая только что весело с ним болтала, теперь скривилась, словно съела лимон. В тот момент, как раздался голос женщины, она инстинктивно спряталась за спину Байсаки и, перестав закрывать глаза, крепко вцепилась в подол его одежды, будто это была её последняя спасительная соломинка.
Байсаке даже не нужно было опускать голову, чтобы понять, что сейчас в её глазах крик о помощи, такой, что не хватало только выгравировать три буквы «SOS» на зрачках.
Но, к сожалению, между тем, чтобы обидеть маленькую девочку, и тем, чтобы обидеть собственную начальницу, Байсака даже мизинцем на ноге знал, что выбрать.
— Я не говорила, это ты, мама, ослышалась.
Безуспешно потыкав Байсаку в бок, малышка, похоже, наконец смирилась с тем, что подмоги не будет, и глухим голосом ответила стоявшей перед прилавком красивой женщине из-за его спины.
— О? Тогда, ученица Улу Сяочэн, что же ты сказала на самом деле?
Услышав ответ дочери, красавица перед Байсакой беспомощно улыбнулась, затем скрестила руки на груди, отчего её и без того пышный бюст стал ещё более выразительным, и с интересом спросила, глядя на спрятавшуюся за спиной Байсаки малышку.
— Это, это… я отвечала братику Байсаке, что мама больше всего любит красивых парней. Если братик Байсака хочет стать папой Сяочэн, то быть красивым — это самое основное требование.
Решительно свалив всю вину на юношу, который бросил её в беде, Улу Сяочэн потупила взгляд, желая провалиться сквозь землю.
— Э-э…
Байсака, который до этого с интересом наблюдал за представлением, тут же застыл на месте. Он опустил взгляд на малышку, которая смотрела на носки своих туфель, не решаясь встретиться с ним глазами, а затем поднял голову и посмотрел на красивую женщину, которая в этот момент тоже пристально смотрела на него.
«Хм, Улу Уи, 26 лет, вдова, состояние в десятки миллионов, S-образная фигура, ягодицы в форме персика. Заполучив её, можно сократить себе путь лет на тридцать. Даже если это износит мою поясницу лет на двадцать, я всё равно останусь в выигрыше на десять лет. Выгодная сделка».
Байсака признался себе, что на одно мгновение его сердце действительно дрогнуло.
Персики не персики — неважно. Главное — подарить Улу Сяочэн полноценную семью.
— Я не против.
http://tl.rulate.ru/book/144484/7634901
Готово:
Панель урезана, нет стата выносливость, мана подразумевает магический класс, класса нет.