— Нельзя! — услышав эти слова, Жуань Сян резко вырвалась из объятий Линь Янь Шу.
Её щёки редко покрывал лёгкий румянец, но сейчас она с серьёзным видом заявила:
— Линь Янь Шу, ты ещё слишком молод, чтобы думать о таких вещах.
— Это ты первая намекнула, — парировал он, смягчив все острые углы в голосе, и ухмыльнулся, глядя на неё.
— Я просто проверяла, достаточно ли у тебя силы воли. Судя по всему, ты провалился, и я очень разочарована.
— Да, моя сила воли действительно слабовата, — лениво приподняв веки, согласился Линь Янь Шу. — Поэтому, товарищ Жуань, можешь тестировать меня почаще. Уверен, с твоей неустанной помощью я скоро избавлюсь от низменных интересов.
Ха! Жуань Сян быстро отказалась, нервно отступив назад. Ладно уж. Этот взгляд Линь Янь Шу — она столько раз видела его раньше в... определённых ситуациях.
Боялась, что если продолжит помогать, то не только он не избавится от своих интересов, но и сама окажется втянута в этот розовый водоворот.
Они ещё немного поиграли в игровом центре, после чего Линь Янь Шу повёл Жуань Сян в мастерскую, где они сделали ароматические свечи своими руками.
Он явно подготовился заранее: в зале кроме них никого не было, атмосфера была уютной и расслабляющей.
Сначала они выбрали масла. Жуань Сян нюхала их до тех пор, пока почти не перестала различать запахи, и в итоге остановилась на композиции из бергамота и лимонной травы. Линь Янь Шу же выбрал смесь виргинского кедра и сладкого апельсина.
Сидя за столом, девушка аккуратно выкладывала сухоцветы, подрезала их, а затем пинцетом размещала в прозрачном воске, словно создавая тонкое произведение искусства.
Линь Янь Шу сделал простую, но изящную свечу в виде айсберга, а пока воск застывал, помогал Жуань Сян подправлять стебли и листья.
Его пальцы осторожно расправили лепестки пурпурного цветка и прикрепили его к её волосам у виска.
Жуань Сян тщательно выкладывала каждую деталь, а Линь Янь Шу, встав, помог ей залить прозрачный воск и вставить фитиль.
Когда свеча застыла, Жуань Сян бережно подняла её и спросила с улыбкой:
— Красиво?
Где-то в груди что-то сжалось. Линь Янь Шу смотрел на неё, и его взгляд становился глубже.
Потом он медленно опустил глаза и тихо ответил:
— Да, очень красиво.
Жуань Сян не заметила его задумчивости и протянула свечу:
— Это тебе. Аромат бергамота помогает уснуть и расслабиться.
— Так ты всё это время нюхала масла, чтобы подобрать мне успокаивающий бергамот?
— Ну да.
Она рассмеялась, и цветок у её виска в глазах Линь Янь Шу будто расцвёл.
— Линь Янь Шу, — сказала она. — Спокойной ночи.
Солнце клонилось к закату, а луна уже разливалась по небу.
За ужином Жуань Сян удивилась, узнав, что впереди их ждёт ещё одно мероприятие:
— Ты что, планируешь сегодняшний день как наш последний?
— Ты устала? Если хочешь, я могу отвести тебя домой. — Линь Янь Шу ставил её комфорт выше всех своих планов.
— Нет-нет, просто спросила. Мне сегодня очень весело.
Получив подтверждение, он повёл её в небольшой бар в восточной части города на концерт лайвхауса.
Билеты он купил ещё вчера, выбрав места на втором этаже — отсюда была видна вся сцена, а людей было меньше, и толчеи удалось избежать.
Жуань Сян впервые оказалась на таком концерте и с любопытством облокотилась на перила, наблюдая за толпой внизу.
Линь Янь Шу поправил цветок у её виска, который вот-вот мог упасть.
Вокалисткой группы была девушка из Тайваня. Её голос, воздушный и томный, с манящими нотками, в то же время создавал ощущение недосягаемости, отчего было легко погрузиться в музыку.
Она опустила глаза и запела тихо:
«
Я гадаю, будут ли моменты с тобой
Такими же, как в моих снах...
Когда ночь опускается, и ветер дует,
Я слышу, как ты рядом.
Глубокий двор, звон колокольчиков,
Ты прячешь мои тёмные мысли...
»
Мерцание неоновых огней смешивалось с её голосом, усиливая ощущение мягкого опьянения.
Жуань Сян узнала песню и быстро подхватила её, напевая под такт, а в её глазах вспыхивали искорки.
Линь Янь Шу незаметно улыбнулся, услышав её голос и взглянув на браслет на её запястье.
— Жуань Сян.
Он собрался с духом и наконец произнёс то, что хотел сказать весь день — просьбу, которая казалась ему дерзкой, но в которой таилось столько надежды.
— Раз ты надела этот браслет, можешь больше его не снимать?
Жуань Сян замолчала, потом посмотрела на него и долго не отвечала.
Разноцветные огни размывали её черты, и когда Линь Янь Шу уже подумал, что не дождётся ответа, она вдруг тихо улыбнулась.
Её глаза изогнулись, как полумесяцы, а взгляд стал тёплым, будто стирая туман и открывая ясную картину.
— Я согласна, — сказала она. — Линь Янь Шу, раз я надела его, то просто так не сниму.
...
Что значит — любить кого-то?
Глядя на неё, Линь Янь Шу невольно задумался.
Он часто был робким, запертым в своём коконе, но рядом с ней хотелось быть смелее — ещё и ещё, словно шелкопряд, разрывающий свою оболочку. Он больше не хотел наблюдать за её светом через тонкую преграду.
Он хотел быть с ней — изо дня в день, до самого рассвета.
Песня подходила к концу, Жуань Сян отвернулась, слушая последние строки:
«
За окном листья шепчут под лучами солнца,
Тени — это красные бобы заката,
Рассыпанные по земле...
Свет стелется по моей ладони,
Я не могу ухватить его,
Но знаю — ты рядом.
»
...
Концерт закончился, толпа расходилась, и Жуань Сян с Линь Янь Шу вышли вместе со всеми.
Ночь ещё не успела углубиться, но небо затянуло тучами, предвещая грозу.
http://tl.rulate.ru/book/144476/7618708
Готово:
