Увидев, что Жуань Сян колеблется, Линь Янь Шу всё же объяснил:
— Линь Хуа Юэ переехал ко мне, и мне негде жить, а тут как раз освободилась комната, так что я временно поселился здесь.
Закончив говорить, он достал из кармана телефон и показал на экране время:
— Ты уверена, что хочешь продолжать болтать здесь?
Жуань Сян без лишних церемоний быстро села на заднее сиденье его велосипеда, крепко вцепившись пальцами в его одежду на талии.
Линь Янь Шу обернулся, взглянул на бок и, слегка покраснев в ушах, неестественно произнёс:
— Зачем ты так сильно сжимаешь?
По логике вещей, судя по рассказу Чи Чэня, при таком эффектном появлении Жуань Сян должна была бы смущённо сесть на заднее сиденье, несколько раз неуверенно протянуть руку и в конце концов не решиться его коснуться. Затем он мог бы властно схватить её руки и прижать к своей талии, чтобы усилить эффект.
Но вместо этого Жуань Сян без тени смущения сразу же устроилась на сиденье и вцепилась так, будто собиралась измерить его талию, полностью разрушив романтическую атмосферу, которую он себе представлял.
Линь Янь Шу опустил глаза и вдруг осознал, что отношение Жуань Сян к нему больше похоже на дружеское, чем на взаимоотношения между парнем и девушкой.
Если кратко, он хотел сыграть сцену из «Сна в красном тереме», а Жуань Сян отвечала ему диалогами из «Речных заводей».
— Не обращай внимания, просто крути педали, — нервно сказала Жуань Сян.
Прожив с Линь Янь Шу столько лет, она прекрасно знала его стиль вождения: лихой, с резкими торможениями и гудком только в крайнем случае.
Когда он впервые начал возить её на велосипеде в старших классах, она либо пугалась до смерти, либо злилась из-за его манеры езды. Однако... Жуань Сян моргнула, глядя на мелькающие вокруг пейзажи.
В изначальной временной линии Линь Янь Шу не переезжал к ней по соседству, а каждое утро приезжал за ней на велосипеде.
Видимо, она всё же изменила ход событий.
Подъезжая к школьным воротам, Жуань Сян, чтобы избежать лишних разговоров, попросила Линь Янь Шу остановиться заранее, и они вошли в школу по отдельности.
Директор Гао стоял у входа, проверяя внешний вид учеников, и, увидев Жуань Сян, с улыбкой поздравил её с победой в соревнованиях. Жуань Сян ответила парой вежливых фраз о благодарности учителям, чем растрогала директора до глубины души.
Линь Янь Шу, припарковав велосипед, подошёл, не снимая маски. Его и так холодное выражение лица с маской стало ещё более отстранённым и резким.
Заметив это, директор Гао остановил его и окинул оценивающим взглядом:
— Сними маску перед входом. Ты здесь учишься или щеголяешь?
Линь Янь Шу остановился, мельком взглянув на Жуань Сян, наблюдавшую за происходящим.
Казалось, он уже подготовил ответ:
— Я простужен, могу заразить.
Директор Гао, проработав столько лет, видел тысячи учеников и с первого взгляда понимал, когда ему лгут.
Жуань Сян, у которой ещё было время, осталась наблюдать за разворачивающейся сценой. Ей тоже было любопытно, почему Линь Янь Шу сегодня так упорно не хочет снимать маску.
Директор Гао ужесточил тон:
— Снимай, иначе сегодня не войдёшь в школу.
— Не могу, — упрямо ответил Линь Янь Шу.
Услышав его возражение, директор разозлился ещё больше и открыл свой «Демонический дневник», чтобы записать нарушение.
Парень, засунув руки в карманы, с видом «делай что хочешь, я не изменюсь» довёл директора до того, что тот чуть не разорвал страницу.
Даже в классе Линь Янь Шу не снял маску. Добравшись до своего места, он уткнулся половиной лица в руку, оставив на виду только беспокойные глаза.
— Что с тобой? — повернулась к нему Жуань Сян, постучав карандашом по его парте.
Линь Янь Шу опустил глаза:
— Лицо опухло.
Его голос звучал холодно, но в словах слышалась обида:
— Жуань Сян, моё лицо опухло из-за тебя.
— Не вали всё на меня, что случилось на самом деле?
Линь Янь Шу мрачно ответил:
— Ты вчера сказала, что тебе надоело моё лицо.
— Ну и?
— Оно не хочет, чтобы ты им пресытилась.
— Ага.
— Поэтому оно опухло от злости.
— Ага, — Жуань Сян замолчала на несколько секунд, затем выпрямилась и с отчаянием произнесла, — какая же это логика? Ты что, подставляешься?
Похоже, даже ему стало стыдно за свои слова. Линь Янь Шу стиснул зубы, уткнулся лицом в руку, оставив на виду только круглую макушку:
— Я не подставляюсь. Ты так меня разозлила, что у меня воспалились дёсны, а утром я проснулся с опухшей щекой. Очевидно же, что это твоя вина.
Неужели он действительно так разозлился?
Жуань Сян не смогла сдержать смех и, наклонившись к нему, сказала:
— Сними маску, дай посмотреть.
— Нет.
Её голос звучал насмешливо:
— Раньше я не замечала, что тебя так волнует мнение окружающих.
— Меня это не волнует, — Линь Янь Шу поднял глаза и, не спеша, добавил, — меня волнует только твоё мнение. Разве ты не знала?
Эта неожиданная прямота застала её врасплох. Жуань Сян замерла на мгновение, отводя взгляд от его горящих глаз.
Вспомнив всё, что происходило между ними, она поняла, что Линь Янь Шу первым признался ей в чувствах и первым же разорвал отношения.
Получалось, что он всегда занимал ведущую позицию.
Это было несправедливо.
Жуань Сян вдруг захотела отомстить, причинив ему такую же боль, как и он ей. Она медленно улыбнулась, её лицо стало красивым и безжалостным, как у хитрой лисы.
Она протянула руку, тёплые пальцы скользнули по его уху и остановились на резинке маски, слегка надавливая.
— Дай мне посмотреть на тебя, — прошептала она.
Её пальцы скользили по покрасневшему уху, касание напоминало зимний статический разряд, вызывая крошечные вспышки огня.
Линь Янь Шу сглотнул, не отрывая от неё тёмного взгляда.
— Хорошо, — глухо произнёс он, — но у меня есть условие.
— Какое?
Он пристально смотрел на неё, затем опустил веки, смягчив все острые углы, и честно признался:
— Только не используй женские чары, я не выдержу.
— ...
Жуань Сян смерила его взглядом, увидела его налитые кровью уши и с улыбкой покачала головой.
Кончики её пальцев всё ещё хранили тепло его тела. Она потирала их, размышляя про себя:
Её бывший парень оказался таким наивным и безнадёжным.
Линь Янь Шу всегда держал слово. Раз пообещал Жуань Сян снять маску, то тут же послушно стянул её.
Жуань Сян взглянула и за секунду испытала пять эмоций: шок, недоумение, жалость, отвращение и насмешку.
К сожалению, последней оказалась насмешка.
Видя, как лицо Линь Янь Шу становится мрачнее дождливого неба, Жуань Сян изо всех сил сдержала смех и, выровняв тон, сказала:
— Вообще-то, всё как обычно, ну...
http://tl.rulate.ru/book/144476/7618635
Готово:
