Тань Цю Синь испуганно взглянула на двух телохранителей и резко крикнула:
— Не двигаться!
Она закусила губу, глядя на Нань Сина, и умоляюще проговорила:
— Пожалуйста, не стреляй, я… я могу предложить что-то взамен.
С этими словами она сняла с запястья бриллиантовый браслет.
— Этого достаточно? Если нет, у меня ещё есть серёжки и ожерелье.
Бань Ся совершенно не понимала ход мыслей Тань Цю Синь: разве пистолет не в её руке? Почему она умоляет Нань Сина?
Да и кому сейчас, после апокалипсиса, нужен бриллиантовый браслет? Разве он может обменяться на еду или тёплую одежду?
Чжао Цзэ Кай растроганно посмотрел на Тань Цю Синь и, заплетающимся языком, пробормотал:
— Д-дорогая… я так и знал, что в твоём сердце… есть я.
Бань Ся, Нань Син и подоспевшие с оружием Су Яо с компанией: …
Они что, забыли про пистолет, направленный в голову Чжао Цзэ Кая?
Нань Син холодно отказал:
— Кому нужен твой хлам? Если Чжао Цзэ Кай осмелится смотреть куда не следует, он заплатит за это!
С этими словами он наступил на пальцы Чжао Цзэ Кая и с силой надавил, пока не обнажились белые кости.
Как говорится, десять пальцев связаны с сердцем. Чжао Цзэ Кай, обливаясь потом от боли, умолял:
— А-а-а!!! П-простите! Это моя вина, я не должен был смотреть! Пожалуйста, проявите великодушие, отпустите меня!
Бань Ся не привыкла оставлять врагов в живых, чтобы те потом окрепли, и тут же навела пистолет на лоб Чжао Цзэ Кая, собираясь нажать на курок, но Нань Син схватил её за руку и слегка покачал головой.
Бань Ся не поняла причины, но знала, что сейчас не время для вопросов, поэтому убрала пистолет и раздражённо бросила Чжао Цзэ Каю:
— Проваливай!
Затем, словно отстраняясь от заразы, она пнула его в сторону телохранителя, пытавшегося выхватить у неё оружие. Оба пролетели по воздуху больше десяти метров, прежде чем с грохотом рухнули на землю!
— А-а-а!!! — раздалось втроём: от Чжао Цзэ Кая, которому Бань Ся сломала шесть рёбер, от телохранителя, которому Чжао Цзэ Кай сломал обе руки, и от Тань Цю Синь.
Та, пошатываясь, бросилась поднимать Чжао Цзэ Кая и с ненавистью посмотрела на Бань Ся:
— Ты вообще женщина? Как можно быть такой жестокой?
Бань Ся без эмоций подняла пистолет:
— Проваливайте!
Те тут же, словно за ними гнались зомби, в панике запрыгнули в машину и умчались.
Су Яо с трудом подбирал слова:
— Чёрт возьми, вот это невезение, опять наткнулись на этих психов!
Бань Ся спросила между делом:
— Ты их знаешь?
Нань Син, Фан Юнь Юнь, Цай Юань и Чжао Сюань синхронно скривились:
— Да их в наших кругах все знают!
— М-м? — Бань Ся и Су Сяо одновременно с недоумением уставились на них. — Они что, актёры или певцы?
Выражение лица Фан Юнь Юнь стало таким, будто она съела смесь из десяти килограммов кислого, сладкого, горького, острого и солёного, и передать его словами было невозможно:
— Эти двое…
Тань Цю Синь — младшая дочь девятого в списке миллиардеров, а Чжао Цзэ Кай — младший сын третьего в том же списке. Оба с детства ничему не учились: одна только и делала, что покупала, а другой — ел, пил и развлекался.
Их семьи решили объединить капиталы и устроили помолвку.
Но оба были против брака по расчёту, хоть и не смели перечить родителям, поэтому начали соревноваться: она завела любовника-актёра, он — молодую актрису, постоянно создавая скандалы в прессе, пытаясь заставить другого первым разорвать помолвку.
Су Сяо недоумевала:
— Но они не похожи на людей без чувств.
Бань Ся кивнула: забота Тань Цю Синь и Чжао Цзэ Кая друг о друге выглядела искренней.
Фан Юнь Юнь закатила глаза:
— Ха, кто поймёт логику идиотов!
Тань Цю Синь и Чжао Цзэ Кай, словно два сапога пара, внезапно разглядели в одинаковых методах сопротивления родственные души и влюбились!
Казалось бы, тут бы и счастливому концу быть, но вместо этого они начали подозревать друг друга в связях с бывшими пассиями, продолжая устраивать скандалы и оправдывая это «проверкой» чувств.
Бань Ся и Су Сяо: …
Не понимаем, но впечатлены!
Цай Юань не удержался от комментария:
— Чёрт, Тань Цю Синь вообще пыталась купить Нань Сина и Су Яо за деньги! Нам что, этих денег не хватает? Не понимаю, откуда у неё такая наглость!
Бань Ся тут же схватила Нань Сина за руку:
— Она тебя не обижала?
В ней внезапно вспыхнула ярость, и она готова была достать гранатомёт и разнести Тань Цю Синь в клочья!
Су Сяо тоже схватила Су Яо:
— Брат, почему ты мне не сказал?
Выражение лица Нань Сина стало странным:
— Я отказался, и она больше не появлялась.
Бань Ся всё ещё волновалась:
— Правда? Если она тебя хоть раз тронула, я сейчас же сотру её в порошок!
— Гнев во имя любимого, Бань Ся, это мощно! — Фан Юнь Юнь подняла большой палец, объясняя: — У Тань Цю Синь «фобия грязи» — она «покупает» только «чистых и невинных» парней. Нань Син и Су Яо не подходят под её критерии.
Бань Ся и Су Сяо: ???
У неё фобия грязи, но она покупает одного за другим???
И почему Нань Син и Су Яо нечисты и не невинны???
Су Яо, решив, что терять нечего, без эмоций пояснил:
— У нас с Нань Сином есть девушки, мы не подходим.
Выражение лиц Бань Ся и Су Сяо на секунду стало пустым, затем они покраснели до ушей и синхронно уставились в пол, готовые провалиться сквозь землю от стыда!
Су Яо, будто решив выплеснуть накопившееся раздражение, продолжил:
— Блин, я в шоке. Я встречаюсь с девушкой с серьёзными намерениями, что куда приличнее, чем эти двое, покупающие толпы любовников, а они ещё смеют трепаться в прессе, что я «нечист»!
— Чжао Цзэ Кай вообще заявил в интернете, что «первый раз» — это лучшее приданое для женщины и лучший подарок для мужчины.
— И ведь эту явную ложь ещё и глупые девчонки всерьёз воспринимают, восхищаясь его «мужской добродетелью».
— А он-то с его кучей любовниц где уж там «первый раз»…
Фан Юнь Юнь резко зажала ему рот ладонью, смущённо пробормотав:
— Э-э, раз всё в порядке, давайте расходиться.
Если дать Су Яо продолжить, неизвестно, что он ещё ляпнет — Су Сяо ведь ещё не замужем!
Су Сяо фальшиво засмеялась:
— Я устала, пойду домой.
С этими словами она тут же бросилась прочь, и Бань Ся даже заметила, как та потеряла по дороге одну туфлю.
Цай Юань и Чжао Сюань уставились в небо:
— Мы тоже устали, пойдём спать.
Их спины выражали явное желание сбежать, и они исчезли так быстро, будто за ними гналась собака.
Бань Ся: …
Ну не надо было так реагировать!
Нань Син закрыл ворота, обнял Бань Ся и повёл в дом:
— Дорогая, ты не сердишься?
Бань Ся покачала головой — на что тут сердиться?
Нань Син скрывал от неё эти мерзости, чтобы защитить, а она не дура.
Она посмотрела на него:
— Су Яо, кажется, очень зол. Тань Цю Синь и Чжао Цзэ Кай сделали что-то ещё более отвратительное?
Нань Син вздохнул:
— …Да.
Когда Чжао Цзэ Кай узнал, что Тань Цю Синь пыталась «купить» его и Су Яо, его разъедала ревность, и он пустился во все тяжкие, чтобы насолить им. Но они с Су Яо были профессионалами, с чистой репутацией и армией фанатов, так что оклеветать их не удалось.
Потом кто-то подсказал Чжао Цзэ Каю, что у Тань Цю Синь «фобия грязи», и можно ударить по их личной жизни.
Чжао Цзэ Кай подкупил журналистов, чтобы те на презентации нового альбома Су Яо допрашивали его об отношениях, вплоть до подробностей «после выключения света».
А потом сам Чжао Цзэ Кай опубликовал в сети тот самый «кодекс женской и мужской добродетели», намёкая на Су Яо.
Но Су Яо не промах — он открыто прокомментировал его пост, пожелав тому умереть девственником.
Бань Ся помолчала:
— Тебя тоже спрашивали?
— Да, — Нань Син сделал паузу. — Поэтому я тоже прокомментировал пост Су Яо.
Бань Ся сжала его в объятиях:
— Может, мне всё-таки прикончить Чжао Цзэ Кая?
В их стране даже сексуальное воспитание — табу, а тут публичные расспросы о таких деталях… Бань Ся даже представляла, как унизительно было Нань Сину и Су Яо.
Нань Син поцеловал её в лоб:
— Не спеши.
Он остановил Бань Ся, потому что смерть для Чжао Цзэ Кая была бы слишком лёгкой расплатой. Только мучительное существование могло искупить его грехи перед ними с Су Яо.
В те годы семьи Чжао и Тань были слишком влиятельны, и они с Су Яо не могли ничего поделать, вынужденно проглотив обиду.
Но теперь, когда мораль и закон рухнули, пришло время сводить счёты.
http://tl.rulate.ru/book/144462/7617326
Готово:
