Звонок Фердинанда напомнил Джону, что разрушенный Нью-Йорк — это настоящая золотая жила. Последствия битвы за город — это не только инопланетные технологии, но и колоссальные восстановительные работы, сулящие огромные правительственные заказы. Стоит лишь отхватить кусок этого пирога, и в журнале Vanity Fair появится ещё одно имя, а в списке богачей можно будет подняться на несколько позиций.
Джон небрежно взял Скипетр Разума, чьё энергетическое свечение заметно потускнело, и сказал:
— Свяжись с Ником Фьюри.
— Связываюсь с Ником Фьюри, — ответил Мосс.
Звонок соединили почти мгновенно. Джон не стал ходить вокруг да около:
— Я нашёл то, что вы ищете. Приезжайте и забирайте.
Как одна фраза может заставить половину Щ.И.Т.а появиться у твоего порога?
Когда в дверь позвонили, Джон как раз вставлял фотографию в рамку. Услышав звук, он не спеша пошёл открывать.
За дверью стоял одноглазый директор Ник Фьюри, а вместе с ним — его суровые подчинённые. Наташа и Бартон замерли по обе стороны. Рамлоу, капитан спецотряда, привёл свою команду в полной боевой экипировке, а лысый агент по фамилии Ситвелл выглядел крайне неловко, то и дело озираясь по сторонам.
Агенты контролировали все ближайшие перекрёстки. Если бы они не боялись привлекать к себе слишком много внимания, то перекрыли бы несколько улиц и запустили в небо патрульные самолёты.
Фьюри в чёрном плаще, заложив руки за спину, спросил:
— Где эта вещь?
Джон приподнял бровь и выглянул наружу.
— Столько народу. У меня нечем развлекать такую толпу.
Посмотрев на Ситвелла, Джон поддразнил его:
— Похоже, у вас вышла небольшая промашка.
Выражение лица Ситвелла стало ещё более напряжённым. Кто бы мог подумать, что Капитан Америка собственными устами произнесёт «Хайль Гидра»? Он-то думал, что дело верное, а оказалось, что это был самозванец. Но этих слов он произнести не мог, иначе Фьюри узнал бы, что он — агент Гидры.
Глядя на насмешливый взгляд Джона, Ситвелл чувствовал себя так, словно проглотил жука.
Джон небрежно достал Скипетр Разума. В любом случае, он уже сделал себе копию, так что этот экземпляр ему больше не был нужен.
При виде Скипетра на лицах у всех появилось красноречивое выражение, которое так и говорило: «Так это действительно твоих рук дело». Особенно у Фьюри. Последние несколько дней он отслеживал все камеры наблюдения на улицах вокруг дома Уика. Джон всё это время не выходил из дома, и вдруг Скипетр оказался у него. Этот парень даже не пытался ничего скрывать.
— Я волшебник. Разве не логично, что я нашёл эту штуку? — словно прочитав мысли Фьюри, сказал Джон. Он не собирался брать на себя вину — это всё Мстители натворили.
Он взглянул на Наташу и добавил:
— Агент Романофф может это подтвердить.
Наташа, к которой внезапно обратились, посмотрела на фоторамку в руках Джона. В ней была фотография, на которой она, прислонившись к стволу дерева, блюёт. Её лицо помрачнело. Она была в ярости, но ударить его не могла.
Фьюри не стал зацикливаться на этом. Главное, что Скипетр Разума вернули. Он посмотрел на артефакт, нахмурился. Эта штука как-то изменилась? Присмотревшись, он заметил, что энергетическое свечение стало на несколько тонов тусклее. Лицо его тоже стало мрачным. Что, чёрт возьми, этот парень сделал со Скипетром?
Джон протянул артефакт агенту Ситвеллу. Когда тот уже протянул руку, чтобы его взять, Джон помедлил и спросил:
— Вы уверены, что не хотите, чтобы его взял кто-то другой? Не боитесь снова потерять?
Его намёк был предельно ясен. Ситвелл глубоко вздохнул. На кого это он намекает?
Стоявший рядом Бартон с любопытством спросил Наташу:
— Он всегда такой?
Наташа промолчала. Раньше она не замечала, чтобы он был таким раздражающим.
Наконец, Скипетр Разума оказался в руках агентов. Его под конвоем спецотряда отправили на базу, а Фьюри остался. Однако он не успел получить даже чашки кофе, как Джон вручил ему визитку.
Фьюри удивлённо прочёл:
— Архитектурно-модный дом «Серебряная Длань»? «Таран Индастриз» начала заниматься недвижимостью?
Джон пожал плечами:
— Посмотрите назад.
Фьюри обернулся, глядя на вид, открывавшийся из окон элитного пентхауса. Когда-то богатый и процветающий, теперь этот район представлял собой переплетение обломков и руин.
— Это место нужно восстановить, но у меня есть способ получше, — сказал Джон. Он капнул каплю неизвестного зелья на фотографию в рамке, и изображение на ней пришло в движение. — Вы видели Олд-Бридж-Таун?
Фьюри вспомнил, что этим городком занимался Колсон, и снова повернулся к Джону.
— Возможно, вы что-то знаете о волшебниках, но далеко не всё.
Фотография превратилась в короткий ролик, раз за разом показывающий неловкий момент с Наташей. Джон небрежно взял чашку и бросил её на пол.
— Разрушение — не наш профиль.
Чашка разлетелась осколками. Он взмахнул палочкой. Все осколки устремились в одном направлении и снова сложились в целую чашку в его руке. Джон налил в неё горячей воды и усмехнулся:
— А вот восстановление — да.
Фьюри уставился на чашку, став свидетелем этой сцены, и низким голосом спросил:
— Чего ты хочешь?
— Ничего, просто хочу внести свой вклад в восстановление Нью-Йорка, — Джон сделал глоток и небрежно добавил: — Моя команда с большой охотой возьмётся за реконструкцию повреждённых зданий на Манхэттене. Разумеется, за это придётся заплатить.
— Ты позволишь людям на улице смотреть, как волшебник колдует? — спросил Фьюри. — Ты не боишься, что общественность узнает о волшебниках?
— Да неужели? — удивлённо посмотрел на него Джон. — Всего полмесяца назад здесь летали инопланетяне и парни, называющие себя богами, а ещё миллиардер и злой Халк. Вы думаете, это всё не более странно, чем волшебники? У вас уже есть инопланетяне и боги, а вы всё ещё беспокоитесь о каких-то волшебниках?
Этот парень и впрямь… Смысл во взгляде Джона был слишком очевиден, и Фьюри сам задумался о том, чтобы позволить волшебникам выйти в свет.
Эпоха супергероев. Это худшая из эпох, потому что рождение супергероев означает возможное появление суперзлодеев и ещё больших кризисов. Но это и лучшая из эпох. Перед лицом инопланетян, способных разрушить Нью-Йорк, разве волшебник, который к тому же является уроженцем этого мира и готов проявить добрую волю, не будет более приемлем?
До битвы за Нью-Йорк между обычными людьми и волшебниками была пропасть. Но перед лицом общего врага, угрожающего этому миру, всё меняется. Наличие кризиса — самый простой способ сплотить внутренние силы. Даже Халк стал героем, Капитана Америку — юношу девяноста с лишним лет — приняли, а Тор, инопланетный качок, по-прежнему пользуется огромной популярностью. С какой стати волшебников, уроженцев этого мира, станут изгонять?
Будучи королём шпионов, Фьюри не был дураком. Он тоже понимал, что для защиты мира сила волшебников незаменима. В конце концов, «Инициатива Мстители» была создана для привлечения выдающихся талантов со всего мира. Силу волшебников нельзя исключать, за неё нужно бороться.
Быстро сообразив, Фьюри сказал:
— Я не могу это решать. Решение за городской администрацией.
Джон улыбнулся:
— В таком случае, я буду считать, что вы молчаливо согласны.
Раз Щ.И.Т. не возражает, у городской администрации будет ещё меньше причин для отказа.
Вскоре в Нью-Йорке была основана ничем не примечательная компания под названием «Архитектурно-модный дом „Серебряная Длань“». И работа по восстановлению Манхэттена попала в руки этой небольшой компании.
Восстановить Нью-Йорк? Волшебники в этом мастера.
Кто-то видел рабочего в одежде с логотипом «Серебряной Длани» и в забавной каске, который размахивал веткой перед повреждённым домом. И этот дом, словно время потекло вспять, сам собой собрался из руин. Даже мебель с отломанными ножками становилась совершенно целой. Эффективность была такова, что один человек заменял целую строительную бригаду.
Как только люди привыкнут к такой строительной команде, такие вещи, как Статут о секретности, в будущем больше не понадобятся. Волшебникам тоже не придётся скрывать свою личность. Они смогут открыто жить в этом мире.
Узнав об этом, некий тёмный волшебник, мечтавший развязать войну и уничтожить маглов, наверняка одобрительно поднял бы большой палец. Сила превыше всего. Раз уж вы не хотите уничтожать всех, кроме волшебников, тогда сделайте так, чтобы эти люди не могли без вас жить.
Джон стоял на одном из немногих уцелевших небоскрёбов Манхэттена и с улыбкой смотрел на город.
— Это первый шаг, — сказал он. — Позволить волшебникам жить открыто.
http://tl.rulate.ru/book/144435/7966275
Готово:
