В торжественной и тихой директорской комнате Дамблдор и Уэс сидели друг против друга. В воздухе витало едва уловимое напряжение.
— Вы уже дочитали книгу? — Дамблдор слегка приподнял бровь, его взгляд сквозь очки-полумесяцы был устремлён на Уэса.
— Нет, — Уэс покачал головой. Его ответ был кратким и прямым.
— Тогда, может, что-то непонятно? — снова спросил Дамблдор.
— Тоже нет, — Уэс слегка покачал головой, на его губах появилась лёгкая улыбка. Он, казалось, не спешил с объяснениями.
Брови Дамблдора сошлись на переносице. В его голосе послышался упрёк: — Тогда зачем вы пришли? — он тихо вздохнул и продолжил: — Как у директора, у меня очень много дел.
Взгляд Уэса упал на полную сладостей тарелку перед Дамблдором. Он с иронией заметил: — Каких дел? Наслаждаться послеобеденным чаем?
Уголки его губ слегка приподнялись в насмешливой улыбке: — Вы не боитесь заработать диабет?
— Что это? — с любопытством спросил Дамблдор.
— Это болезнь, открытая маглами… — начал объяснять Уэс, но, поняв, что Дамблдор уводит его от темы, вовремя остановился и вернулся к главному.
— Я пришёл, чтобы сделать вам подарок.
Уэс достал из кармана обычный на вид дневник и аккуратно положил его на стол между ними.
— Подарок? Дневник?
Взгляд Дамблдора упал на дневник. Он понимал, что подарок Уэса не мог быть обычным, в этом дневнике определённо было что-то особенное.
Дамблдор не стал трогать дневник руками. Вместо этого он осторожно достал из внутреннего кармана мантии уникальную пятнадцатидюймовую волшебную палочку.
Это была Бузинная палочка, один из Даров Смерти, по легенде, самая могущественная волшебная палочка.
Он легонько прикоснулся Бузинной палочкой к дневнику и, бормоча что-то себе под нос, применил какое-то таинственное заклинание.
Дневник медленно взмыл в воздух, и, вспыхнув синим светом, в воздухе постепенно начала формироваться человеческая фигура.
Это был юноша с иссиня-чёрными волосами. Его глаза, словно чёрные драгоценные камни, были глубокими и сверкали холодным блеском. У него был высокий нос, плотно сжатые тонкие губы, худощавое и красивое лицо, и он был одет в мантию Слизерина.
Однако в этот момент его лицо было мрачным, а в глазах читалась жажда убийства, что придавало его красивым чертам некоторую зловещесть.
— Ты смел меня обмануть! — гневно вопрошал юноша Уэса.
Уэс лишь пожал плечами, не ответив.
Гнев юноши от холодного безразличия Уэса разгорелся ещё сильнее, казалось, он вот-вот сожжёт Уэса дотла.
— Давно не виделись, Том, — спокойный и властный голос Дамблдора заставил юношу вздрогнуть.
В его глазах промелькнуло удивление, которое тут же сменилось опасением.
— Дамблдор! — в глазах юноши, то есть Тома, или, лучше сказать, Волан-де-Морта, читалось явное опасение и даже страх, который он сам не осознавал.
Дамблдор, глядя на молодое лицо Волан-де-Морта, невольно испытал смешанные чувства. Он вздохнул: — Не думал, что ты уже в студенческие годы создал крестраж. Если бы я тогда направил тебя…
— Перестань лицемерить, Дамблдор. Ты с самого начала меня не любил и всегда остерегался.
Яростный крик Волан-де-Морта эхом разнёсся по директорской комнате. Его голос был полон гнева и обиды, казалось, он мог разорвать воздух.
Дамблдор, столкнувшись с этой яростью, оставался на удивление спокоен. Но портреты на стенах не смогли промолчать. Их голоса, полные гнева и осуждения, раздавались со всех сторон.
— Неисправим! — гневно воскликнул один из директоров на портрете.
— Ты — позор Хогвартса! — гневно обвинял другой.
— Быстрее уничтожьте его! — торопил третий.
— О, борода Мерлина! Совершить убийство в таком юном возрасте! Непростительно!
Портрет одного из старых директоров тоже присоединился к осуждению.
На обвинения директоров Волан-де-Морт лишь слегка вздернул подбородок с вызывающим видом, не выказывая ни малейшего раскаяния.
— Успокойтесь, господа, — Дамблдору потребовалось немало усилий, чтобы утихомирить портреты.
Дамблдор закрыл дневник, и Волан-де-Морт, превратившись в луч света, вернулся в него. Атмосфера в комнате снова стала спокойной.
— Ну как вам подарок? — с некоторой гордостью спросил Уэс.
— Великолепно, — восхитился Дамблдор. — Где вы его нашли? Насколько я знаю, Волан-де-Морт очень дорожил своими крестражами и прятал их чрезвычайно надёжно.
Уэс рассказал Дамблдору о происшествии в «Флориш и Блоттс».
— Люциус Малфой, — выражение лица Дамблдора стало серьёзным. — Он и раньше был Пожирателем смерти. Волан-де-Морт действительно мог доверить ему крестраж на хранение. Но зачем ему сейчас возвращать крестраж в Хогвартс?
Дамблдор погрузился в раздумья, но так и не смог понять мотивов Люциуса Малфоя.
— Мы можем пригласить мистера Малфоя и спросить у него лично, — предложил Уэс.
— Мистер Малфой не из тех, кто говорит правду, — с беспокойством произнёс Дамблдор.
— У меня есть способ, но мне понадобится ваша помощь, директор, — с уверенностью в голосе сказал Уэс.
— Без проблем, — с готовностью согласился Дамблдор.
— Для этого нам понадобится дневник.
Дамблдор пожал плечами: — Я вообще-то собирался уничтожить этот крестраж как можно скорее, но подождать несколько дней не составит труда.
Если бы это был крестраж, созданный Волан-де-Мортом в расцвете сил, Дамблдор немедленно бы его уничтожил. Но дневник был первым крестражем, созданным Волан-де-Мортом в шестнадцать-семнадцать лет. Даже в своём преклонном возрасте Дамблдор был уверен, что сможет уследить за дневником.
Они договорились встретиться в день матча по квиддичу. В это время всё внимание школы будет приковано к стадиону, что обеспечит идеальное прикрытие для плана Дамблдора и Уэса.
К тому же, в этом году Драко стал новым ловцом Слизерина, так что приглашение Люциуса в Хогвартс посмотреть на первую игру сына было вполне логичным.
Дамблдор в своём кабинете элегантным пером написал на пергаменте приглашение. Закончив, он легонько подул на чернила, затем аккуратно сложил письмо и вложил его в изящный конверт.
Он призвал сову, которая послушно села ему на руку. Дамблдор тихо сказал ей: — Лети, мой друг. Доставь это письмо в целости и сохранности в поместье Малфоев.
Сова взяла в клюв конверт, расправила широкие крылья, вылетела в окно и направилась в сторону поместья Малфоев.
В поместье Малфоев Люциус Малфой в последнее время был очень обеспокоен. С начала учебного года он постоянно переживал из-за дневника. Он не слышал никаких новостей о странных происшествиях в Хогвартсе, что его сбивало с толку.
Люциус не мог понять, был ли дневник доставлен в Хогвартс Уэсом, или же он не обладал той силой очищения Хогвартса, о которой говорил Волан-де-Морт.
Его жена, Нарцисса Малфой, заметила его беспокойство и с тревогой спросила: — Дорогой, что случилось? С тех пор как мы вернулись из Косого переулка, ты сам не свой. Может, с той партией что-то не так?
Нарцисса подумала, что возникли проблемы с продажей тёмных артефактов.
Люциус с трудом выдавил из себя улыбку: — Ты же знаешь, в книжном магазине я повздорил с Уизли. Он теперь за мной пристально следит, и эти вещи могут доставить неприятности.
Нарцисса поверила словам мужа.
В этот момент к ним осторожно подошёл Добби, домашний эльф Малфоев. Он низко опустил голову, не смея поднять на них глаза. Его голос дрожал: — Хозяин, письмо из Хогвартса.
— Ублюдок, не видишь, что мы разговариваем?! — гневно крикнула Нарцисса.
Добби от страха затрясся всем телом.
Нарцисса с отвращением взяла конверт из рук Добби и, обильно опрыскав его духами, вскрыла.
— От Дамблдора. Приглашает нас на матч по квиддичу.
Люциус с подозрением произнёс: — Он никогда нас не приглашал. С чего это вдруг?
Нарцисса же была очень рада: — Это первая игра Драко в качестве ловца. Я не хочу её пропустить. К тому же, ты сможешь немного развеяться.
Люциус подумал и в итоге согласился. Он мысленно строил планы:
«Я должен лично убедиться, был ли дневник доставлен в Хогвартс и почему ничего не происходит».
http://tl.rulate.ru/book/144306/7794517
Готово:
