Тяжелое чувство удушья и гнета почти лишило его сил.
Сила, сила!
Мрачное сердце, солнечное лицо.
Кто захочет быть чьей-то собакой, когда есть шанс стать человеком?
Ключевой момент был в том, что его рабское поведение на протяжении всего пути вызывало презрение у некоторых бедняков.
Зачем ты так стараешься угодить Тан Шаню?
Мы все родом из одной деревни, мы все знакомые односельчане, так что ты немного...
Поэтому дети, которые учились в колледже Ноттингема вместе с Тан Шанем, тоже высокомерно приказывали Мэн Чаншэну выполнять их поручения. Тан Шань лишь хмурился и пропускал это мимо ушей.
Мэн Чаншэн сам выбрал этот путь, поэтому ему пришлось пройти по нему, даже если пришлось бы стиснуть зубы. К тому же, было бы полезно, если бы его немного закалили, чтобы у него не возникло никаких лишних мыслей.
Он обнаружил, что, хотя Мэн Чаншэн едва ли мог видеть будущее, он обладал необъяснимой стойкостью и гордостью.
Он? Бесполезный человек? Гордый?
Тан Шань тайком покачал головой.
Он не смотрел свысока на Мэн Чаншэна, но для бесполезного человека сделать себе имя было, несомненно, труднее, чем взобраться на небеса.
Я лучше позволю ему быстрее столкнуться с реальностью. В конце концов, он первый слуга, который мне служит...
Такое отношение тоже заставило Мэн Чаншэна захотеть выругаться.
Черт возьми, неудивительно, что люди всегда критиковали характер этого парня в его прошлой жизни. Что это за человек?
Даже если бы я не был более ценным последователем, если твоим слугой издеваются, почему бы мне не выступить в его защиту?
Разве ты не понимаешь, что, избивая собаку, нужно думать о хозяине?
Мэн Чаншэн, который был так печален, что даже не мог плакать, тайно принял решение.
Пока я смогу это пережить, я заставлю Тан Шаня почувствовать унижение, которое я сегодня испытал!
Решение было принято, и позорный план постепенно совершенствовался.
Кстати говоря, в оригинальном романе Тан Шань и Сяо У не появлялись вместе в течение ночи. Вначале между ними было несколько мелких разногласий. Можно ли это использовать?
— Дети! Мы на месте! Помните! Вы должны слушаться учителей в академии и никогда не спорить с ними. Поняли?
Староста деревни терпеливо давал указания и, сунув в карман Мэн Чаншэна горстку мелочи, сказал.
«У этого ребенка несчастная жизнь, и я видел это всю дорогу, но ничего не могу поделать. Тан Шань, настоящий босс, не выступил вперед, и он, староста деревни, которого все выдвинули, не мог говорить за Мэн Чаншэна, «постороннего».
Лицо Мэн Чаншэна застыло, и он молча наблюдал, как староста деревни машет руками.
Кажется, в этот момент он все еще казался человеком…
Однако, обернувшись и встретившись взглядом с Тан Шанем, рука Мэн Чаншэна, крепко сжимавшая мелочь, задрожала, и он, изобразив «искреннюю» улыбку, наклонился и прошептал, пытаясь выслужиться.
— Мастер, сегодня праздник по случаю вашего зачисления. Хотите отведать чего-нибудь вкусненького?
Глава 20 Мэн Чаншэн: Я тоже собираюсь подняться!
Здесь есть картинки, которые можно посмотреть в обновленной версии.
В конце концов, Мэн Чаншэн не смог удержать мелочь, которую староста деревни сунул ему в карман.
Даже если Тан Шань уходил от ответа, говоря, что он не так уж нежен, разве может приспешник не выкладываться, если его не называть приспешником?
Поэтому большая часть мелочи отправилась в рот Тан Шаню.
Однако не все было плохо.
Поскольку Мэн Чаншэн был так внимателен, Тан Шань помог ему получить место в общежитии Колледжа Ноттингема.
Что ж, как гений с врожденной полной духовной силой, я действительно имею эту маленькую привилегию.
Однако одному Богу известно, что чувствовал Мэн Чаншэн, когда мог только наблюдать, как Тан Шань становится учеником настоящего мастера, в то время как он сам не получил никакого внимания.
Никто не хочет быть второстепенной ролью, а он и вовсе не второстепенная роль!
Черт побери…
Он, потащив уставшее тело в общежитие, улыбнулся. По крайней мере, он жил один. В конце концов, он был исключением.
Сощурив глаза, он испытывал все большее отвращение к людям Тан Шаня и начал ломать голову над тем, как украсть его девушку.
Похоже, сегодня должно было произойти столкновение между Тан Шанем и Сяо У.
С возникшей мыслью Мэн Чаншэн выскользнул, делая вид, что ему интересно осмотреть окрестности.
Никто не обратил на него внимания. Он был каким-то неряхой, совсем не похожим на университетского преподавателя или знатного человека.
Просто слуга.
Это дало ему достаточно времени, чтобы найти некоего кроличьего духа, и, подыскивая его, он меткой выследил Го Баокуня.
Если не можешь победить кого-то, просто попроси помощи. В этом нет ничего постыдного.
К тому же, если вложить немного денег и получить помощь от влиятельных людей, это не значит, что ты не вернешь долг.
Он вернул его удвоенным!
Только когда мы добрались до игровой площадки, мы обнаружили этого невероятно милого малыша.
Ее лицо, светлое и красивое, подобно цветку персика, щеки раскраснелись от смеха, тело было нежным и изящным, а розовое платье облегало ее очаровательную хрупкость. Когда она подпрыгивала, она казалась эльфом из леса.
Косички, достигающие ступней, легко танцевали, когда малышка прыгала, и казалось, что весь ее облик парит на ветру.
Как и следовало ожидать, ее зовут Сяо У, имя ей очень подходит.
Конечно, Мэн Чаншэн не собирался обманываться этим кроличьим духом.
Это был мягкокостный очаровательный кролик, который культивировал 100 000 лет, чтобы стать полноценным духом!
Оглядевшись, он обнаружил, что следов Тан Шаня нет, как и почти других людей, и тут же обрадовался.
Он поспешил за ней, что насторожило милую и очаровательную Сяо У.
Она выглядела юной и невинной, но ее истинная сущность не была сущностью невинной девушки.
– Но это ведь человеческая территория.
Поразмыслив некоторое время, Сяо У решила остаться на месте.
– Чего тебе?
Большие, блестящие глаза моргнули, создавая впечатление, что она совсем не угрожает, однако её позиция была выверена. Если бы у этого человека действительно были злые намерения, один удар в пах лишил бы его всего.
Мэн Чаншэн выдавил улыбку и вытер пот со лба.
– Прошу прощения за беспокойство. Кажется, мой хозяин заблудился. Не подскажете, не видели ли вы моего хозяина? Он примерно вашего возраста, маленький мальчик.
Эти простые слова успокоили Сяо У.
Этот человек, должно быть, хороший. Такой тон она слышала лишь от некоторых добрых обывателей, когда только покинула Великий Лес Звёздной Битвы.
А вот те дворяне в роскошных одеждах... Тьфу!
Сяо У постепенно расслабилась и с некоторым весельем посмотрела на Мэн Чаншэна.
– Это единственная отличительная черта твоего хозяина?
Весь Ноттингемский колледж набит такими, как ты описала.
– Дядюшка, не волнуйтесь, я вам помогу!
Похлопав себя по маленькой груди, которая была совершенно пуста, Сяо У торжественно пообещала.
Она – задира Ноттингемского колледжа!
Выражение лица Мэн Чаншэна было полно удивления, что заставило Сяо У ещё больше расслабиться.
Тот, кто так нервничал из-за своего маленького хозяина, не мог быть… чем-то…
Сяо У: – ???
Как только она отвернулась, Сяо У замерла.
Что ударило меня по голове!?
Глядя на лежащую на земле Сяо У, Мэн Чаншэн был так взволнован, что чуть не закричал от радости.
Но он всё же понимал, что дела важнее, поэтому уложил Сяо У и отправил её к боссу.
Что касается усыпляющего средства…
Другого выхода не было. Вещи, которые эти злые существа получили от большого босса, были слишком мощными. По крайней мере, Сяо У сейчас не могла их выдержать, её уничтожил бы один громовой талисман. Поэтому он просто использовал пространственные характеристики красного конверта, чтобы создать визуальное отличие.
Он был один, держа в руке дубинку. Страшно было подумать, что Сяо У, увидев его, тут же убежит или со всей силы его отколотит.
Тайно прокляв чат-группу за её никчемность и недостаточное, на его взгляд, системное пространство, он с радостным предвкушением в считанные секунды открыл красный конверт, присланный ему большим боссом.
В этот момент Мэн Чаншэн, казалось, почувствовал невероятную гордость и больше не спешил. Он убрал дубинку, вернул её в мир «Радости жизни» и, счастливый, вернулся в общежитие, напевая незатейливую песенку.
Открыв красный конверт, Мэн Чаншэн ослеп от поразительной щедрости сокровищ.
Пилюля для укрепления тела, пилюля для совершенствования таланта, одна животворящая пилюля, пилюля для улучшения уровня, десять усовершенствованных талисманов молнии и десять усовершенствованных талисманов огня.
Наконец, самое долгожданное Мэн Чаншэном – боевое искусство.
Он кликнул на чат-группу, чтобы узнать о сокровищах.
[Усиленный Талисман Молнии и Талисман Огня, способные убивать Святых Души]
Сердце мгновенно забилось с бешеной скоростью.
Но кого же можно убить?!
Святого Души?
Святого Души уровня 71-80?
Он давно понял, что «Доуло» – это, конечно, фэнтезийная плитка, но всё же фэнтези!
Совсем не похоже на нелепый мир прошлой жизни, где, управляя самосвалом, можно было создать бога и убить его.
Это ведь фэнтезийный мир.
Мэн Чаншэн так возбудился, что его руки дрожали, когда он продолжил нажимать на вводную информацию.
Он не просто на пути к успеху – он уже взлетел до небес!
Пилюля, укрепляющая тело, поможет ему в момент обрести тело Мастера Души. Конечно, только тело.
Эликсир, совершенствующий талант – он поможет улучшить его бесполезный талант с нулевой силой души!
Эликсир, улучшающий уровень – он поможет ему напрямую перейти из состояния смертного в ранг Мастера Души!
Спасительное лекарство — пока он жив, даже если от него осталась лишь одна нить жизни, оно вернет его к бытию!
Наконец, техника!
Мэн Чаншэн тяжело дышал, поглаживая нефритовый слип с боевой техникой. Быстро капнув кровь, он, не вдаваясь в предисловия, в чат-группе воскликнул: «Босс, это потрясающе!»
"Демоническое искусство кровопролития" — искусство обретения божественности!
Даже будучи богом в "Доулуо", он — тот, кто наблюдает за взлетами и падениями человеческого мира!
Таншань…
Сдерживая гнев, Мэн Чаншэн обнаружил, что в "Демоническом искусстве кровопролития" есть метод подавления дыхания, и немедленно определился с дальнейшим планом.
Этот парень имеет дешевого отца, который тайно его поддерживает, так что нельзя ослепляться сиюминутной выгодой.
В любом случае, рано или поздно он даст Таншаню почувствовать, что значит жить как собака…
Цансюаньский мир, запретная зона.
Чжоу Минсюань долго молчал, не отрывая взгляда от Сяо У, сидевшей у него на коленях.
Нет… Дашачунь, что ты, черт возьми, хочешь сделать!?
С одной стороны, он чувствовал, что Дашачунь… нет, Мэн Чаншэн несколько подпортил его репутацию и имидж, но с другой стороны, он честно отправил большой красный конверт.
Ну, хоть и более щедрый, чем раньше, это также для дальнейшего развития плана.
http://tl.rulate.ru/book/144084/7828807
Готово:
