Чэнь Дани закричала от боли, но не смогла освободиться.
— Что ты делаешь? Отпусти Дани!
Лян Цзинъюй была так взволнована, что швырнула в нею метёлкой из куриных перьев.
Ван вскрикнула, схватилась за голову, развернулась и убежала.
— У-у-у, ты, мерзкая старуха... ты порвала мне рот...
Чэнь Дани прикрыла рот рукой, и от боли на её глазах выступили слёзы.
Лян Цзинъюй так разозлилась, что её глаза покраснели. Она хотела догнать Ван и убить её.
— Ах, это чертовски...
Чэнь Дани подняла руку, и её ладонь была вся в крови.
Лян Цзинъюй присела на корточки, чтобы проверить, и заметила, что уголок рта Дани был разорван, а левая щека залита кровью.
Лян Цзинъюй была зла и расстроена, но утешала её:
— Веди себя хорошо, всё в порядке, я принесу тебе воды.
Чэнь Дани схватила Лян Цзинъюй за край одежды и сердито сказала:
— Я в порядке. Я хочу пойти и посмотреть.
[У-у-у, старая сука, я хочу, чтобы она умерла!]
Лян Цзинъюй не смогла её переубедить, к тому же ей тоже хотелось посмотреть, что происходит, поэтому она просто вытерла кровь с лица Дани и вместе с ним поспешила к Жабьему хребту.
***
Шаочжоу – гористая местность, поэтому и деревни, и города здесь расположены в горах. Деревня Янхэ не является исключением.
Гора, на которую опирается деревня Янхэ, называется Цинсяншань, а Хамалин – это холм на Цинсяншань, через который можно попасть в деревню Янхэ и выехать из неё.
По пути жители деревни расспрашивали Лян Цзинъюй о краже денег у семьи Чэнь. Увидев Чэнь Дани, они спрашивали, как она упала в воду, и просили Лян Цзинъюй присмотреть за ней.
Лян Цзинъюй больше не планировала оставаться в деревне Янхэ надолго, поэтому у неё не было желания заводить друзей, как в прошлой жизни. Если она встречала кого-то с хорошим отношением к людям, то отвечала парой слов, но если встречала кого-то со странным отношением, то просто игнорировала его/её.
Чэнь Дани закатила глаза, но ей было так больно, что она не могла пошевелиться.
Подняться на Жабий хребет было непросто. Дорога была каменистой на всём протяжении. Некоторые участки были настолько узкими, что люди не могли пройти рядом. К счастью, Лян Цзинъюй вскоре услышала доносящиеся с горы крики.
Зимой листья на деревьях опадают, сорняки увядают, а вид с горы открывается на удивление красивый.
— Старина Сан, он бежит прямо на тебя, лови его!
Голос старика Чэня был подобен громкому звону колокола, и его было слышно по всей горе.
Ван, стоявшая рядом, была встревожена не на шутку. Она посоветовала:
— Не гонись за ним, не гонись за ним. Случится что-то плохое. Если он упадёт, то умрёт.
— От тебя воняет, убирайся отсюда.
Старик Чэнь с отвращением оттолкнул Ван, схватил кнут и побежал вниз по склону, крича:
— Старый Второй, ты такой дурак, я даже не могу тебя догнать. Дядя Дашань, иди сюда, помоги мне!
Ван в волнении расхаживала взад-вперёд. Внезапно она заметила движение в кустах и закричала:
— Кто там крадётся? А ну выходи!
Лян Цзинъюй стряхнула с юбки травинки и медленно подошла к матери:
— Теперь, когда вора нашли, почему мама всё ещё так злится?
— Почему ты называешь его вором? Ты видела, как он крадёт деньги? Сука, ты наговорила всякой ерунды и заставила всех разбежаться. Говорю тебе, если что-нибудь случится, я тебе этого никогда не прощу!
— Если он не вор, то почему убегает? – Спросила Лян Цзинъюй.
Ван уже собирался возразить, но тут на землю опустился кнут.
Старик Чэнь указал на Ван и сказал:
— Это ты несёшь всякую чушь. Посмотрим, сможешь ли ты его поймать. У тебя длинные волосы, но мало знаний. Если будешь продолжать кричать, я тебя накажу.
Ван была в ярости, но не осмеливалась ничего сказать. Она взглянула на Чэнь Дани, которая злорадствовала из-за несчастья, постигшего человека, стоявшего рядом с ней, и тут же пришла в ярость и замахнулась, чтобы ударить кого-то.
К счастью, Лян Цзинъюй вовремя среагировала и оттащила Дани за собой.
Чэнь Дани избежала опасности и гордо посмотрела на Ван.
Если бы в этот момент снизу не раздался знакомый голос, Ван не отпустила бы Чэнь Дани, даже если бы её пришлось выпороть.
— Второй брат, третий брат, что вы делаете? – Раздался честный и спокойный голос Чэнь Лайфу, старшего брата в семье Чэнь.
***
— Девочка, я знаю, что ты не крала деньги, но моя мама с большим трудом меня вырастила. Пожалуйста, отдай ей заколку хотя бы раз. Я тебя умоляю.
— Мисс Лян, снаружи говорят, что свидетельство о регистрации по месту жительства будет готово через год. Осталось всего два месяца. Даже ради молодого господина вам стоит подождать ещё немного.
— Цзиньюй, пожалуйста, хоть раз. Я нормальный мужчина. Мы с тобой женаты почти год. Просто отдайся мне. Клянусь, я буду хорошо к тебе относиться.
— Если бы не ты, как бы моя мать смогла продать Дани! Лян Цзинъюй, ты же не хочешь, чтобы у меня, Чэнь Лайфу, не было потомков, не так ли? Говорю тебе, это невозможно!
— Не можешь родить? Если не можешь родить, то умри! Эта сучка и ублюдок давно должны были сдохнуть!
***
— Алло? Что с тобой? – Чэнь Дани толкнула Лян Цзинъюй, лицо которой было бледным.
Лян Цзинъюй вдруг почувствовала, что шум в ушах мгновенно исчез. Она очнулась, словно от кошмара. Её сердце всё ещё бешено колотилось, и она едва могла стоять на ногах.
Чэнь Дани с трудом удержала Лян Цзинъюй, посмотрела на неё и спросила:
— Что с тобой? Не пугай меня.
[Это неправильно. В книге не сказано, что она больна.]
— Хватит притворяться. Не думай, что я не осмелюсь разобраться с тобой только потому, что твой мужчина вернулся. Я с большим трудом вырастила его. Я лучше всех знаю его характер. Просто подожди, в будущем тебе придётся нелегко! – Выплюнула Ван, словно проклятие.
Лян Цзинъюй крепко сжала губы, пока не почувствовала во рту привкус ржавчины, а затем встала. Хотя её лицо было мрачным, настроение вернулось в норму.
— Спасибо за напоминание, мама. Я буду иметь это в виду, – Произнесла Лян Цзинъюй.
Ван внезапно почувствовала озноб, и её сердце забилось быстрее. Она гадала, что задумала эта маленькая сука.
Лян Цзинъюй обошла Ван и направилась прямиком к старику Чэню. Её взгляд скользнул по беспорядочно растущим деревьям и упал на горную тропу.
Это был человек, которого она ненавидела больше всего на свете, а также человек, которого она любила больше всего.
— Динфан, твой дядя Чэнь попросил тебя поймать вора любыми способами.
Голос Лян Цзинъюй была похож на звук металла и камня и отчётливо разносился по долине.
Далеко на горной тропе молодой человек, который зевал, опустив глаза, внезапно очнулся. Он поднял с земли камень и без колебаний бросил его в убегавшего в лес мужчину.
С криком «А!» мужчина поскользнулся и упал в овраг.
Жители деревни, которые бродили по горам в поисках людей, внезапно застыли на месте. Что случилось? Где люди?
— О! Мой Шуаньцзы! Мой Шуаньцзы!
Ван внезапно упала, заплакала и, спотыкаясь, направилась к оврагу. Она несколько раз падала, но не останавливалась.
Лян Цзинъюй слегка приподняла подбородок, и в её глазах мелькнул холодный огонёк. Конечно же, это был он. Именно он мог заставить Ван заплатить добровольно.
[Ого~ Как и ожидалось от коварного босса, он такой жестокий!]
Чэнь Дани смотрела на молодого человека сияющими глазами и совсем не замечала, что Лян Цзинъюй нахмурилась из-за её слов.
Ползущая тьма?
Лян Цзинъюй покачала головой, думая о том, что только праведник с простым умом не стал бы заниматься такими сомнительными делами.
— Шуаньцзы? Почему Шуаньцзы?
Старик Чэнь вздрогнул и быстро погнался за ним.
Тело мужчины было скрючено и застряло в канаве. Фетровая шляпа на его голове закрывала половину лица, а рубашка была вся в грязи.
— Ай, помогите, помогите! – Закричал мужчина от боли.
Жители деревни, стоявшие поблизости, были слишком напуганы, чтобы прикасаться к нему, и оттолкнули Чэнь Лао-эра, который стоял рядом с ним:
— Что с тобой не так? Почему ты даже собственного дядю не узнаёшь?
http://tl.rulate.ru/book/144071/7605705
Готово:
