На столе словно грянул гром.
Шэнь У пришла в возбуждение. В те времена для крестьян сто восемьдесят восемь юаней были равнозначны современным пятистам тысячам. Учитывая, что обычные семьи считали и десять юаней высоким выкупом за невесту, а у неё и Сюй Инь сумма и так была немаленькой, эта цифра в сто восемьдесят восемь — вот это да.
Шэнь У достала из кармана собранную чернику и незаметно сунула горсть Сюй Инь, затем, будто щёлкая семечки, время от времени бросала ягоды в рот, сосредоточенно наблюдая за разворачивающимся спектаклем.
Увидев это своими глазами, она тут же вспомнила, что в книге действительно был такой момент. Однако брак Лун Юй Цзяо и Лу Лаоу должен был состояться гораздо позже, но из-за их с Сюй Инь вмешательства всё пошло не так, и события неожиданно ускорились.
В итоге деньги собрали: Лу Чэн, старик Лу и другие члены семьи тоже внесли свою лепту. Больше всех дала семья второго сына, у которого была работа. Выкуп всё-таки выплатили.
Даже Лу Лао Тай, которая обычно хорошо относилась к Лун Юй Цзяо, была ошеломлена. Услышав эту астрономическую сумму, она долго не могла вымолвить ни слова, потом дрожащими губами произнесла:
— Почему так много?
Слёзы Лун Юй Цзяо закапали на пол, будто она была доведена до отчаяния.
Она лишь опустила голову и плакала, не произнося ни слова.
Её слёзы, казалось, падали прямо в сердца окружающих. Конечно, Шэнь У, которая в оригинальной книге была странной личностью, не прониклась этой сценой. Зато Лу Лао Тай, старик Лу, Лу Чэн и другие были тронуты.
Старик Лу затянулся самокруткой и снова нахмурился от беспокойства.
Лун Юй Цзяо молча создавала образ беспомощной жертвы обстоятельств. В итоге все, кто ещё недавно ели и пили, разошлись по комнатам с тяжёлыми мыслями.
Шэнь У оставалась невозмутимой.
Вернувшись в свою комнату, она протянула Лу Сюаню чернику.
— Ешь.
Лу Сюань отказался:
— Попробуй сама.
Шэнь У настаивала:
— Попробуй.
Внезапно Лу Сюань притянул её к себе и, прежде чем она успела среагировать, захватил её губы, устроив настоящий шторм. Когда Шэнь У, запыхавшись, уже едва могла дышать, он отпустил её.
Пристально глядя на неё, он серьёзно сказал:
— Очень сладко. Вкусно.
Но по тону было понятно, что речь не о чернике.
Шэнь У покраснела. Она не могла понять этого мужчину: на людях он был таким сдержанным, выглядел чуть ли не аскетом, а в комнате будто его подменили.
Его движения были стремительными, и каждый раз, когда он «захватывал» её, она чувствовала себя как зверёк, схваченный хищником за загривок, — это было опасно.
Шэнь У сменила тему:
— Что ты думаешь о ситуации с пятым братом и Лун Юй Цзяо?
Лу Сюань уже устроился на кровати и машинально потянулся, чтобы прижать её к себе.
Шэнь У вывернулась:
— Жарко.
Тогда он взял веер со стола и начал обмахивать её.
— Хороший момент, чтобы поднять вопрос о разделе семьи.
Шэнь У удивилась:
— А?
Но уже через мгновение сообразила.
И правда, это был отличный момент.
Даже если они затеют раздел, никто не сможет обвинить их — ведь это Лу Лаоу и Лун Юй Цзяо перешли все границы. Кто захочет быть для них дойной коровой?
Но Шэнь У показалось странным, что Лу Сюань первым делом подумал именно о разделе. Ведь в те времена почти никто не решался на такой шаг.
— Третий брат, у тебя нет других мыслей насчёт раздела?
Лу Сюань продолжал обмахивать её веером.
— В нашей ситуации раздел — не плохо. Хуже, если мы этого не сделаем.
Шэнь У поняла, что Лу Сюань видел всё ясно. В книге Лун Юй Цзяо действительно пользовалась всеми благами, но когда она разбогатела, все остальные превратились для неё в бедных родственников. Даже те, кто ей помогал, позже стали для неё обузой, словно они только и ждали, чтобы поживиться за её счёт.
Что касается Шэнь У и Сюй Инь из книги, то после того, как они «ушли в бизнес», Лу Сюань и Лу Е вообще исчезли со страниц. Если кто-то из семьи Лу и появлялся в дальнейшем, так это ещё не встреченный ею седьмой брат, который поступил в престижный вуз, женился на богатой городской девушке и даже вёл дела с Лун Юй Цзяо и Лу Чэном.
После заявления Лун Юй Цзяо о выкупе в сто восемьдесят восемь юаней атмосфера в доме Лу изменилась. Даже те, кто обычно уже спали, не могли сомкнуть глаз.
Старик Лу и Лу Лао Тай лежали в одной комнате на разных кроватях, ворочались, как блины на сковороде, и вздыхали от беспокойства.
У Ван Хуа, жившей по соседству с Шэнь У, было тихо — она рассказывала Пань Эр сказку.
А вот в восточном флигеле, где жили другие, покоя не было. Ли Пин была в ярости:
— Сто восемьдесят восемь! Да она совсем с ума сошла!
— Почему она просто не продырявит небо!
Лу Лао Да хмуро пробормотал:
— Действительно многовато.
— Многовато? Этой суммы хватит, чтобы десять раз жениться на мне! — взорвалась Ли Пин.
Лу Лао Да заморгал…
Увидев его выражение лица, Ли Пин шлёпнула его по голове:
— О чём это ты?
Лу Лао Да схватился за голову:
— Десять таких, как ты, — мне не выжить. Не потяну.
— Предупреждаю, наш сын скоро родится. Если твои родители решат отдать наши кровные десять юаней им, я уйду к родителям.
В западном флигеле Лу Е тоже загрустил:
— Жена, как же ты хороша.
Сюй Инь, не понимая, к чему это внезапное признание, спокойно ответила:
— Конечно, хороша.
— Тогда поцелуй меня.
Он придвинулся.
Сюй Инь, будто ставя печать, чмокнула его в щёку.
Но Лу Е хотелось большего:
— Ещё.
Подумав, он протянул руки:
— Пусть гроза ударит сильнее!
Сюй Инь рассмеялась и пнула его:
— Достаточно сильно?
Лу Е снова прижался к ней, обняв, как собачонка, которой постоянно нужно тереться о хозяина.
— Родители всегда благоволили Лун Юй Цзяо и пятому брату. Но это даже не потому, что они любят его, а скорее любят её. Раньше такого не было, даже к старшей сестре они не относились так тепло.
— Если они действительно отдадут эти деньги, мне будет неприятно. Ведь когда я женился на тебе, больше половины суммы дал третий брат.
Лу Е бормотал:
— Жена, даже если ты не ладишь с третьей невесткой, я на твоей стороне. Но с третьим братом мы должны оставаться в хороших отношениях. Если бы не он, я бы не смог жениться на такой замечательной женщине, как ты.
— И ещё… это из-за меня он пострадал.
Сюй Инь учуяла нотки интересной истории и уставилась на Лу Е.
Но тот умолк, прижался к ней и закрыл глаза, собираясь спать.
Сюй Инь…
Радость и горе у всех разные.
Если для других это известие было как гром среди ясного неба, то для Лу Лао Лю наступила кромешная тьма, и все молоты били именно по нему.
Он лежал на кровати, уставившись в потолок.
Вдруг он дёрнул ногами, словно пиная воздух, и закричал:
— А-а-а-а!
Его жена!
Его еда!
Небо отвернулось от него!
Всё было направлено против него.
Некоторое время Лу Лао Лю катался по кровати, потом встал и вышел из дома. Пройдя немного, он столкнулся с кем-то.
— Лу Фэн, куда идёшь?
Лу Лао Лю, потерянный, поднял голову и увидел Ян Маймяо.
— Маймяо!
Обрадовавшись, он внезапно обнял её.
Ян Маймяо остолбенела. Её лицо пылало, а уши стали пунцовыми. Хорошо, что в это время никого не было вокруг.
— Лу Фэн, что с тобой?
Лу Лао Лю опомнился, отпустил её и сам покраснел, не решаясь взглянуть на неё. Наконец он произнёс:
— Маймяо… давай расстанемся.
http://tl.rulate.ru/book/143943/7541960
Готово:
