Однако это был не двор семьи Лу, а соседний двор.
— Деньги! С неба падают деньги!
Услышав это, старая госпожа Лу, которую держала в объятиях Лун Юйцзяо, даже забыла оттолкнуть её и тут же подняла глаза к небу.
Солнце слепило глаза.
— Лу, старая скряга! Не смей отнимать мои деньги!
Старуха Лу вздрогнула и, следуя за голосом, увидела, как соседка, старая госпожа Фэн, размахивает метлой, отгоняя всех вокруг.
В радиусе метлы никто не осмеливался приблизиться.
— Ого, огромная змея! Я тебя сварю, в отличие от трусихи Лу!
Внезапно метла выскользнула из её рук.
Старая госпожа Фэн была сильной женщиной, и её бросок отправил метлу прямиком во двор семьи Лу с невероятной скоростью.
Все были ошеломлены этим хаосом, и те, кто стоял далеко, даже не успели среагировать, когда метла уже летела прямо в голову старой госпожи Лу.
— В чём я провинилась перед небом?
Горе охватило старую госпожу Лу, и она закрыла глаза.
Но вдруг.
Чья-то нога резко вытянулась и успела пнуть метлу в последний момент, прежде чем та достигла цели.
Старуха Лу ждала боли, но так и не почувствовала её, после чего осторожно приоткрыла один глаз.
Взгляды всех во дворе перешли с Лун Юйцзяо на саму старуху, а затем, после крика старой госпожи Фэн, устремились к ней, не успевая следить за происходящим.
Когда метла летела с такой скоростью, все затаили дыхание за старуху Лу.
Но никто не ожидал...
Никто не ожидал, что в последний момент найдётся тот, кто сможет всё исправить. Когда метла полетела обратно, воцарилась тишина, и все с изумлением уставились на Сюй Инь.
Та лишь отряхнула руки, будто это было пустяком.
— Братец, твоя жена... такая сильная? — Лу Лаолю сглотнул.
— А как же? Разве не естественно, что моя жена — самая лучшая?
Иначе разве бы он так её слушался?
Этим людям просто не хватает кругозора. Разве они видели, как его жена двумя выстрелами убила огромного кабана?
Разве видели, как она без промаха стреляла в чужие задницы?
Старуха Лу тоже остолбенела, уставившись на Сюй Инь с учащённым сердцебиением и покрасневшими глазами. Какая чудесная невестка!
Но в следующую секунду её голову резко повернули в другую сторону.
— Малышка, ты моя, никуда не уйдёшь!
— Слышишь? Женьшень-малышка.
С этими словами Лун Юйцзяо потянулась, чтобы поцеловать старуху Лу в губы...
— А-а! Пятый, спасай!
— Твоя жена сошла с ума!
— Моя честь, мать твою...
Старуха Лу отбивалась изо всех сил, и Лу Чэн наконец опомнился. Он тоже не хотел, чтобы его жена целовала его мать — это же чертовски странно!
Он изо всех сил обхватил Лун Юйцзяо.
— Юйцзяо, стой, перестань!
— Не смей отнимать у меня женьшень!
Она ударила Лу Лаоу.
Воспользовавшись моментом, старуха Лу вырвалась из цепких объятий.
— Ты что, хочешь отобрать у меня женьшень?
Удары были болезненными, и Лу Лаоу впервые осознал, что обычно мягкая и нежная Лун Юйцзяо может быть такой сильной. Он не мог её удержать, как ни старался.
Он уже был на грани безумия.
Закрыв глаза, он выкрикнул:
— Я и есть женьшень! Я женьшень-малышка!
Воцарилась тишина, и зрители у входа в изумлении прикрыли рты руками, пока из соседнего двора раздавалось:
— Сварите эту змею!
— Её!
— Только не давайте Лу, скряге!
Шэнь У озиралась по сторонам, а затем переглянулась с Сюй Инь.
Даже обычно невозмутимая Сюй Инь на этот раз не смогла сдержать эмоций.
Лун Юйцзяо действительно поверила словам Лу Лаоу, и теперь смотрела на него, как на женьшень, горящим взглядом.
— Малышка-женьшень!
— Малышка-женьшень! Ты выглядишь... недостаточно зрелой!
— Пфф! Ха-ха-ха-ха-ха!.. — Лу Лаолю больше не мог сдерживаться и залился смехом, согнувшись пополам.
Кто-то из толпы крикнул:
— Староста идёт!
— Разойдись! Староста пришёл!
Любопытные расступились, давая старосте пройти. Тот огляделся: слева — одна, обнимает метлу, называя её змеёй и никому не даёт к ней прикоснуться; справа...
Ох уж эти!
Ещё хуже — вот-вот начнут целоваться!
Староста замер в изумлении. Это было даже интереснее, чем фильмы, которые показывали в деревне. Конечно, было бы ещё интереснее, если бы это происходило не в его бригаде.
А так... голова уже болит!
И ноги тоже — он только что вернулся из медпункта, едва успел перекусить, как его снова позвали разбираться с очередным происшествием.
Ну и ну!
Опять семья Лу.
Староста глубоко вздохнул и сказал:
— Это отравление грибами. Быстро, везите всех в медпункт!
— Но мы же тоже ели, и ничего! Почему только они отравились? — растерянно спросила Ли Пин.
— Да, Юйцзяо почти ничего не ела, — Лу Лаоу, пытаясь удержать Лун Юйцзяо, ответил.
— Неважно! Сначала в медпункт! — староста махнул рукой.
Он крикнул зевакам:
— Позовите Лао Чжоу, пусть подаёт телегу!
Раз староста приказал, все послушались.
Люди попытались отправить пострадавших в медпункт, но и Лун Юйцзяо, и старая госпожа Фэн оказались сильнее быков. Одной казалось, что все хотят отнять у неё женьшень, другой — что крадут её змею.
Кто подходил — получал удар.
Пока остальные помогали, включая деревенских зевак, Шэнь У и Сюй Инь незаметно сблизились.
Пока они не смотрели друг на друга — ещё куда ни шло, но, встретившись взглядами, обе едва сдержали смех.
Одна не выдержала, и они обе рассмеялись.
Сюй Инь быстро взяла себя в руки, вытерла слёзы и кашлянула:
— Хватит смеяться.
Но Шэнь У не могла остановиться и села на корточки, продолжая смеяться.
Сюй Инь, видя, что все заняты Лун Юйцзяо и никто не обращает на них внимания, прикрыла Шэнь У собой, позволяя той смеяться вволю.
— Если бы не заметили, что грибы попали в еду, и вся семья Лу их съела — сегодня в деревне был бы полный хаос, — Сюй Инь покачала головой, глядя на этот беспорядок.
— Значит, я ещё и доброе дело сделала!
Она гордо подняла голову.
— Лу Лаоу, притворись женьшенем и скажи, что будешь только с ней! Тогда никто не отнимет.
Все уставились на Лу Лаоу, и тому ничего не оставалось, кроме как, под всеобщим взглядом, страстно произнести:
— Я не убегу, я только с тобой!
— И меня никто не отнимет. Я твоя малышка-женьшень.
...
У всех мурашки побежали по коже. Кто-то пробормотал:
— Мы с женой всю жизнь вместе, но никогда так... интимно. Жуть какая.
Но, как ни странно, это сработало.
Лун Юйцзяо крепко обняла свою «малышку-женьшень» и не отпускала.
Как раз в этот момент подъехал Лао Чжоу с телегой, и «женьшень» помог ей забраться внутрь. Правда, теперь и самому «женьшеню» пришлось сесть в телегу.
Они втиснулись внутрь, а тут ещё и старая госпожа Фэн с метлой-«змеёй».
Лао Чжоу беспомощно посмотрел на старосту:
— В телеге уже нет места, все лежат!
Тут подошла и старая госпожа Фэн, не выпуская «змею» из рук и чуть ли не пуская слюни. Когда её подняли в телегу, она встретилась взглядом с Лун Юйцзяо, держащей «женьшень».
И у всех возникло ощущение, что сейчас случится нечто ужасное!!!
http://tl.rulate.ru/book/143943/7541944
Готово:
