— Не интересно.
Линь Юй без колебаний произнёс эти два слова, решительно и без малейших промедлений.
Для него так называемый «выпускной вечер» был не более чем бессмысленным светским сборищем группы молодых людей, ещё не осознавших реальность.
А «выступать с речью» — и вовсе смехотворно.
Ему, делиться опытом выживания, добытым кровью и смертью, с этими тепличными цветочками, которые не прошли ни одного подземелья «сложного» уровня?
Они поймут?
Они достойны слушать?
— Не беспокой меня по таким пустякам, — голос Линь Юя стал ледяным. — Впредь, кроме дел, связанных с подземельями, не связывайся со мной.
Сказав это, он уже собирался прервать связь.
— Не... не надо, Бог Линь! — испугался Ван Хао и поспешно добавил: — Это не я тебя беспокою! Это... это учитель Ван! Он... он ещё и твоей матери приглашение прислал, сказал, что... что надеется, что и родители придут, чтобы вместе стать свидетелями этого славного момента...
Движение Линь Юя, собиравшегося отключиться, резко замерло.
Его взгляд мгновенно стал острым.
Эти типы посмели втянуть в это его мать?
Они прекрасно знали, что Линь Юй известен своей холодностью и нелюдимостью, и прямое приглашение, скорее всего, будет безжалостно отвергнуто.
Но его сыновья почтительность была так же хорошо известна.
С того момента, как он, не скупясь, заплатил за лечение матери баснословную сумму, и до того, как он, бросив вызов небесам, изменил её судьбу с помощью золотого [Эликсира пробуждения выносливости]... эти истории, передаваясь по разным каналам, уже обросли легендами в узких кругах.
Они нащупали его единственное «слабое место».
И действительно, как только Линь Юй закончил разговор с Ван Хао, из комнаты с улыбкой на лице вышла его мать, держа в руках изящно оформленное электронное приглашение.
— Сяо Юй! Смотри скорее! Только что от твоего учителя Вана пришло! Говорит, школа устраивает в твою честь банкет, и ещё хотят, чтобы ты выступил как представитель выпускников! Ай-я, мой сын так вырос! Мама в жизни так не гордилась!
Лицо матери сияло искренней, неподдельной радостью и гордостью.
Эта улыбка, словно самый тёплый зимний луч солнца, заставила ледяное и твёрдое сердце Линь Юя слегка оттаять.
Он открыл рот, хотел сказать «я не пойду», хотел сказать «это всё кучка скучных людей», хотел сказать «это просто трата времени».
Но глядя в полные ожидания, сияющие глаза матери, эти холодные слова так и не сорвались с его губ.
— Мам... — с трудом начал он.
— Что такое? — мама взяла его за руку и ласково сказала: — Ты нервничаешь? Боишься, что плохо выступишь? Ничего страшного! Ты просто выйди, скажи пару слов! Расскажи им, как ты защищал маму! Расскажи им, что мой сын — самый лучший герой в мире!
Линь Юй замолчал.
Он смотрел на слегка покрасневшее от волнения лицо матери и чувствовал себя беспомощным.
Он мог игнорировать взгляды всего мира, мог обрушить свой меч на любого врага, но только от этого ожидания матери он не мог отказаться.
Пока он колебался, мать, словно прочитав его мысли, слегка улыбнулась, но улыбка её немного померкла. Она тихо вздохнула, и в её глазах промелькнула тень далёких воспоминаний и беспокойства.
— Сяо Юй, — тихо сказала она, и в её голосе послышалась едва уловимая грусть, — твой отец... твой отец в своё время был таким же.
Сердце Линь Юя резко сжалось.
— Он всегда говорил, что друзья — это обуза, а общение — пустая трата времени. Он знал только одно: ходить в подземелья, становиться сильнее, зарабатывать деньги, чтобы содержать семью. В его мире, кроме меня, не было места ни для кого другого.
— Он был очень сильным, единственным героем в сердце матери. Но... он был и очень одинок.
Глаза матери слегка покраснели. Она крепко сжала руку Линь Юя, и это горячее тепло, казалось, передавалось прямо в его сердце.
— Мама знает, ты идёшь по такому же трудному и опасному пути. Мама не просит, чтобы у тебя было много друзей, и не просит, чтобы ты был душой компании. Мама просто... просто не хочет, чтобы ты стал таким же, как твой отец, чтобы рядом не было никого, с кем можно было бы просто поговорить.
— Этот вечер, просто ради мамы, сходи, покажись, хорошо? Тебе не нужно выступать на сцене, не нужно ни с кем общаться. Ты просто приди, сядь там, дай маме посмотреть на тебя, посмотреть, как мой сын в момент своей славы находится под восхищёнными взглядами всех... и мама будет счастлива.
Слова матери, словно нежный, но неотразимый молот, били раз за разом по самому мягкому месту в сердце Линь Юя.
Он мог не обращать внимания на мнение всего мира, но не мог не считаться с чувствами матери.
Одиночество отца было вечным сожалением этой семьи.
Мать не хотела, чтобы это сожаление повторилось с ним.
Спустя долгое время Линь Юй наконец медленно кивнул.
Он глубоко вздохнул, словно собрав все свои силы, и выдавил из себя одно слово.
— ...Хорошо.
Затем он добавил, словно давая обещание себе и матери.
— Я обещаю. Только на этот раз.
Услышав обещание сына, на лице матери вновь расцвела яркая улыбка. Она радовалась, как ребёнок, и тут же с энтузиазмом начала подбирать для Линь Юя одежду на завтрашний вечер.
А Линь Юй, прислонившись к дивану, смотрел в окно со сложным выражением на лице.
Он знал, что завтрашний выпускной вечер будет для него утомительнее, чем битва с бесконечным роем инсектов.
Но ради этой улыбки матери он был готов пойти.
Он уже решил для себя: завтра он просто появится, выполнит обещание, данное матери, и сразу же уйдёт.
А что до так называемых одноклассников, учителей и всех тех, кто, возможно, захочет примазаться к его славе, — он не обратит на них никакого внимания.
http://tl.rulate.ru/book/143568/7661949
Готово:
