Женщина с Кроличьей Головой заметила, что симпатичный мужчина напротив неотрывно смотрит на неё, и повернула голову, встретившись взглядом с Се Сюем.
На таком близком расстоянии их рост оказался почти одинаковым. Женщина с Кроличьей Головой была высокая и стройная, но раньше, из-за маски и окружения рослых деревенских жителей с масками быков, а также из-за естественного страха участников перед жителями, никто не замечал разницы между ней и остальными.
Люй Янь толкнула Се Сюя локтем.
— Ты что уставился на девушку? Это же откровенная наглость!
Она боялась, что он разозлит Женщину с Кроличьей Головой. Даже деревенские жители с масками быков её побаивались, а Се Сюй осмелился так пристально разглядывать её, словно смерть ему не страшна.
Неужели из-за того, что осталось всего три дня, командующий стал так бесстрашен?
Люй Янь улыбнулась Женщине с Кроличьей Головой, потому что женщинам стоит быть добрее друг к другу.
— Скажите, есть ещё что-то, что нужно объявить? Если нет, я пойду спать.
Женщина с Кроличьей Головой, увидев, что Се Сюй отвел взгляд, тоже посмотрела в сторону.
— Вторая новость: с сегодняшнего вечера правило о «ночном времени» отменяется.
В глазах Люй Янь мелькнуло волнение, и она уставилась на Женщину с Кроличьей Головой.
С лестницы раздался робкий голос.
— Ч-что это значит? То есть больше не будет гонга?
Женщина с Кроличьей Головой снова позволила себе лёгкую улыбку.
— Верно. Теперь все могут свободно перемещаться по гостинице в любое время.
Больше не будет принудительного разделения на ночь и день.
Многие начали выражать странные эмоции. После долгого угнетения внезапная «свобода» вызвала у них растерянность.
В первый же день кто-то погиб из-за запрета выходить ночью.
А теперь этот запрет внезапно исчез.
Всё зависело от одного легкомысленного слова, которое могло как отнять жизнь, так и даровать её.
Люй Янь снова усмехнулась. Как же это похоже на игру всемогущего божества, которое просто издевается над людьми.
— Правила объявлены. Теперь все могут идти отдыхать, — Женщина с Кроличьей Головой сделала паузу и добавила мягким тоном, — хотя, конечно, можно и не возвращаться в комнаты. Отныне вы свободны.
Чем больше она подчёркивала эту свободу, тем подозрительнее это выглядело.
— Раз уж мы так свободны, можно нам выйти из гостиницы и прогуляться по деревне?
Люй Янь задала этот вопрос с улыбкой. Держать их всех взаперти в гостинице — словно откармливать скот.
Женщина с Кроличьей Головой взглянула на Люй Янь, и её выражение лица было нечитаемым.
— Через три дня, на Последнем ужине, у девушки Люй будет возможность выйти.
Она назвала Люй Янь «девушкой Люй», в то время как остальные участники даже не удостоились имени.
Люй Янь прищурилась. Она тоже чувствовала, что с этой женщиной что-то не так, но не могла понять, что именно.
На её плечо легла рука Се Сюя.
— Люй Янь, пойдём в комнату.
Было очевидно, что он хочет что-то сказать.
Люй Янь с готовностью улыбнулась.
— В твою комнату или в мою?
Ведь теперь все свободны.
Се Сюй промолчал.
Люй Янь, видя его оцепенение, скучающе направилась к лестнице. Быть слишком скучным — тоже плохо, даже поддразнить толком не получается.
Остальные на лестнице тоже безмолвно разошлись по комнатам. Даже получив свободу, они не знали, как ею воспользоваться.
Оказавшись в комнате, Се Сюй так и не заговорил. Его молчание было оглушительным.
— Она женщина, и ты разочарован?
Значит, командующий ошибся, и его мужское самолюбие не выдержало. Вполне возможно.
— Не поэтому.
Се Сюй не мог быть настолько смешным. Просто в его голове крутилась загадка, которую он не мог разгадать.
На этот раз Люй Янь не стала насмехаться над ним, потому что вспомнила тот заострённый предмет и красивый бросок.
— Кажется, он спустился с третьего этажа.
Люй Янь медленно налила воды из чайника.
Тогда на третьем этаже стояли четверо, и их лица мелькали у неё в памяти. К сожалению, она не могла точно определить, кто это был.
Все четверо выглядели одинаково испуганными.
Не только мастерски владел боевыми искусствами, но и отлично играл.
— Значит, тот метательный предмет… палка… хотел убить Женщину с Кроличьей Головой? Или… — Люй Янь приподняла бровь.
Се Сюй замолчал. Хотя он и не умел драться, но… Он покачал головой.
— Такой мастер не промахнулся бы, если бы хотел убить.
На шее Женщины с Кроличьей Головой была лишь царапина.
Скорее всего, его цель была той же, что и у Се Сюя… шарф.
— Значит, это ключевая деталь. — Если командующий ошибся, почему бы кто-то ещё не усомнился в том же?
Люй Янь тоже догадалась об этом, и именно поэтому не стала злорадствовать.
Этот мастер, вероятно, не мог раскрыть свои истинные способности при всех, иначе он бы снял шарф, даже не задев кожу.
— Вообще… есть ещё одна возможность, — сказала Люй Янь.
Се Сюй посмотрел на неё.
— Какая?
— Он евнух.
На этот раз Се Сюй твёрдо держал чашку. Он уже научился не пить, пока Люй Янь не закончит говорить.
Люй Янь, видя его ошеломлённое выражение, подняла бровь.
— Что? Я слышала, евнухов кастрируют в детстве, поэтому у них не развиваются вторичные половые признаки, и нет кадыка.
Вот почему у евнухов такие тонкие голоса.
Люй Янь считала свою догадку вполне логичной. Она ведь старалась доверять Се Сюю.
Се Сюй всё же поставил чашку.
— Ты хоть раз видела настоящего евнуха?
Люй Янь честно ответила.
— Нет.
Се Сюй отрезал.
— Тогда не стоит строить догадки о том, в чём не разбираешься.
Люй Янь стиснула зубы и проглотила ответ. Ладно, допустим, ты видел евнухов.
Ведь Се Сюй часто бывал во дворце. Хотя у евнухов действительно есть некоторые женские черты, отличить их от женщин проще простого.
Теперь Се Сюй мог винить только себя. Он слишком поздно обратил внимание на Женщину с Кроличьей Головой.
Раз этот путь зашёл в тупик, не стоило тратить на него время.
Хотя Женщина с Кроличьей Головой и была ключевой фигурой, в этой деревне было немало загадок.
— Второй вопрос: зачем отменять ночной запрет?
Ни Се Сюй, ни Люй Янь не могли понять этого. Напоминание о том, что осталось три дня, должно было заставить их расслабиться, поверить в близость победы.
— Причина только одна: сначала правило ввели, чтобы отсеять людей, а теперь отменили с той же целью.
Разные пути, один результат.
Се Сюй нахмурился, глядя на Люй Янь.
Люй Янь спросила.
— Ты заметил, сколько нас осталось?
Се Сюй ответил.
— Четырнадцать.
— Да, четырнадцать, — медленно произнесла Люй Янь. — Это слишком много.
Осталось всего три дня, а людей всё ещё так много.
Се Сюй замер.
Те, кто выжил, конечно, не считали себя «слишком многочисленными». Напротив, им казалось, что предыдущие дни были ужасны.
Каждый день кто-то исчезал.
— Последний ужин не для такого количества участников.
Так и было задумано. Люй Янь мысленно повторила это название. Такое зловещее имя не могло сулить ничего хорошего.
http://tl.rulate.ru/book/143367/7409678
Готово:
