Се Сюй отвел взгляд и холодно удалился.
«Расслабляться нельзя ни на мгновение», — подумала Люй Янь.
...
Похоже, главный герой не в духе, но это неудивительно. Всего за несколько дней он потерпел череду неудач: не только не сумел поймать Чжао У-шуан, но и столкнулся с кучей безымянных трупов.
«Только попробуй срывать злость на мне, — подумала Люй Янь. — Настоящий мужчина так не поступает».
Не то чтобы Се Сюй слишком эмоционально реагировал, но той же ночью дверь Люй Янь снова распахнулась от удара. На пороге стоял тюремщик, который клялся больше не связываться с ней, но теперь его лицо было искажено ужасом.
— Господин, господин, опять беда!
Люй Янь доставили в комнату Се Сюя, и, едва переступив порог, она учуяла в воздухе запах крови. Его одежда снова, снова и снова была пропитана ею.
— Почему состояние господина внезапно ухудшилось?
— Спросите у него самого.
Люй Янь подошла. На этот раз Се Сюй был в лучшем состоянии, чем в прошлый: по крайней мере, глаза его были открыты, и он оставался в сознании.
— Люй Янь, — прошипел он сквозь зубы.
Ей оставалось только развести руками: даже сейчас он продолжает её ненавидеть.
— Ты бегал туда-сюда, контактировал с трупами и нахватался мертвой энергии, — наврала Люй Янь, глядя на него. — Но, к счастью, я здесь, так что ты пока не умрёшь.
Она провела ему иглоукалывание, послушала пульс, затем щедро засыпала его тело порошком и наспех перевязала бинтами.
От боли Се Сюй снова потерял сознание.
Тюремщик наблюдал за всем процессом.
— Ты... ты уверена, что лечишь господина? — спросил он, уловив в её действиях оттенок мести.
— Ты врач или я?
Тюремщик промолчал.
Люй Янь усмехнулась и бросила на него взгляд.
— Ты боишься вызывать лекаря со стороны, потому что... эти следы на его теле — вовсе не свежие раны, верно?
Те самые следы от плетей.
Когда Люй Янь осматривала Се Сюя, она сразу поняла.
Это были наслоения ударов, нанесённых раз за разом. Тот, кто орудовал плетью, явно знал толк в своём деле: избегал заметных места и бил именно по уязвимым точкам.
Одним словом — извращенец.
Когда тюремщик вытащил её из камеры, он сказал, что нельзя допустить, чтобы кто-то узнал о ранении господина.
Тогда она подумала, что дело в высоком положении Се Сюя и его уязвимости. Но теперь поняла: весь его изувеченный вид — это "секрет".
То, что нельзя раскрывать, — это то, что Се Сюй регулярно становится "игрушкой" для кого-то при дворе.
Командующий столичным управлением, отвечающий за порядок в городе, — и при этом наложник? Это просто выбивает почву из-под ног.
Тюремщик побледнел и едва мог говорить.
— Э-эта женщина... тебе лучше держать язык за зубами!
Люй Янь игриво улыбнулась.
— Конечно, мне ещё нужна помощь господина, чтобы восстановить свою репутацию. Никто не сможет разговорить меня.
Она оглянулась на безжизненное тело Се Сюя на кровати. Его лицо было мягким, а боевых навыков он не имел — таким людям положено быть чиновниками. Но он выбрал столичное управление.
Настоящий самоубийца, готовый на всё ради карьеры. У обычных людей не хватило бы такой выдержки и решимости.
Люй Янь поняла это с первой встречи: этот человек серьёзно болен.
А больные люди — её любимцы. Потому что она такая же.
...
Только больные способны на безумства. А только безумцы добиваются своего.
На следующий день Се Сюй очнулся. Тюремщик нервничал рядом.
— Господин, вы напугали меня до смерти. Так дальше продолжаться не может... — Хоть бы тот знатный человек сдержался!
— Где Люй Янь? — спросил Се Сюй.
Тюремщик напрягся. С чего это он сразу о ней?
— Она... после перевязки вчера вечером ушла спать.
Эта женщина совершенно бессердечна! Разве не ради неё господин оказался в таком состоянии?
По замыслу той знатной особы, подделка с лицом Чжао У-шуан давно должна была отправиться на тот свет.
Се Сюй тут же попытался подняться. Тюремщик запаниковал, хотел помочь, но тот оттолкнул его.
— Пусть придёт ко мне.
Тюремщик был в недоумении. Почему Се Сюй так зациклен на этой обманщице? По его мнению, эта женщина хитра как лиса и недостойна доверия.
Если бы не её навыки врачевания...
— Господин, не двигайтесь, я сейчас позову её. — С тяжёлым сердцем тюремщик удалился.
Вскоре Люй Янь явилась, зевая.
— Господин, вам бы отдохнуть с утра, зачем понадобилась эта никчёмная девушка?
Се Сюй смерил её ленивую фигуру взглядом.
— Ты всё узнала вчера?
Люй Янь почти раздела его догола, и, если бы не потерял сознание от боли, это было бы настоящей пыткой.
Она замерла с полузаконченным зевком, не успев убрать руку ото рта, и хитро прищурилась.
— Что узнать? Эта никчёмная девушка ничего не знает.
Се Сюй нахмурился.
— Хватит притворяться.
Люй Янь хотела промолчать, как раньше, но, подумав, что раздражённый Се Сюй снова создаст ей проблемы, наконец прочистила горло.
— Если вы о том... я догадалась ещё во время прошлого лечения.
Просто незачем было говорить лишнего. Пусть у всех сохранится лицо.
К тому же она врач. Для врача нет разницы между мужчиной и женщиной — какая разница?
Се Сюй уставился на неё так, что Люй Янь забеспокоилась за свою жизнь.
Знать тайны важных персон — сплошные проблемы. Всегда надо быть начеку: если собеседник сорвётся, может и убить.
— Ты права, — неожиданно усмехнулся Се Сюй. — Моё звание исполняющего обязанности командующего получено не самым благородным путём.
Всё решает цена. Каждый платит по-своему, но без жертв не получить желаемого.
Когда-то Люй Янь спрашивала, важна ли для него только карьера. Да, он именно такой — готов на всё ради продвижения.
Чужаку без связей и поддержки взобраться за несколько лет на третью ступень чиновничьей лестницы? Талант — это одно, но без покровителя никак.
А за покровительство надо платить.
Люй Янь вздохнула.
— Тяжёлые времена. Эта никчёмная девушка всё понимает.
Как же это знакомо. То же самое она говорила и Чжао У-шуан.
Подходит для всех, кто свернул не туда.
— Что ты понимаешь? — прищурился Се Сюй. Её реакция вовсе не выглядела понимающей.
Люй Янь бросила на него взгляд. Честно говоря, внешность Се Сюя явно стоила денег. В этом мире, будь ты мужчиной или женщиной, красивая внешность открывает все двери. Именно поэтому она так завидовала лицу Чжао У-шуан.
Хотя теперь завидовать нечему — она провела ладонью по своей гладкой коже.
Жаль только, что сейчас у неё нет возможности красоваться на публике и наслаждаться преимуществами красоты.
Люй Янь сокрушалась.
Как же хочется почувствовать себя красавицей.
Это стало её навязчивой идеей.
— Использовать то, что у тебя есть, для получения желаемого — не стыдно.
Она думала, Се Сюй стыдится.
http://tl.rulate.ru/book/143367/7409581
Готово:
