Шэнь Хань добрался до Поместья Спрятанного Меча сегодня после полудня.
Десять лет — долгий срок. Теперь, глядя на родных и друзей, собравшихся вокруг, он чувствовал легкое, но отчетливое отчуждение. Все слишком, слишком сильно изменилось за это время.
Увидев, что Шэнь Хань вернулся, все присутствующие испытали смешанные чувства: с одной стороны — бурную радость, с другой — укол совести и стыда. Каждый из них был искренне благодарен ему за жертву, принесенную десять лет назад. Жизнь практикующего и так не слишком длинна, что уж говорить о жизни простого смертного. Десять лет пролетели как один миг.
И хотя внешне Шэнь Хань почти не изменился по сравнению с тем, каким его помнили, его характер стал заметно более спокойным и зрелым — явный признак того, что годы не прошли даром, оставив на его душе свой след.
В честь возвращения Шэнь Ханя обитатели Поместья Спрятанного Меча устроили роскошный приветственный ужин. Они хотели как следует встретить его и выразить всю свою благодарность. Ведь не отправься Шэнь Хань в Союз боевых искусств, не было бы того самого брата Чжао, а без него Поместье Спрятанного Меча не достигло бы своего нынешнего, относительно благополучного положения.
Как только Шэнь Хань вошел в отведенный ему внутренний двор, не успел он и слова вымолвить, как к нему, сделав всего несколько шагов, бросилась Шэнь Ниншуан и крепко обняла его за пояс.
— Братец, ты вернулся!
Последний месяц, в ожидании его возвращения, Шэнь Ниншуан почти не спала. Лишь доводя себя до полного изнеможения бесконечными тренировками, она могла ненадолго забыться. А в последние пару дней даже во время занятий ее мысли то и дело уносились вдаль.
И вот теперь, когда юноша в простом полотняном халате стоял прямо перед ней, она крепко-крепко обняла его, уткнувшись ему в грудь. Слезы мгновенно хлынули из глаз, смачивая одежду Шэнь Ханя.
— У-у-у! Я так по тебе скучала!
В обычно бесстрастном взгляде Шэнь Ханя появилась едва заметная нежность. Он легонько похлопал сестру по спине, чувствуя, как она всхлипывает в его объятиях. Затем, с улыбкой обернувшись к остальным, он поддразнил ее:
— Ниншуан, ты совсем как дитя, все такая же плакса.
Эти слова тут же разрядили обстановку. Обитатели Поместья, до этого не знавшие, как подступиться к Шэнь Ханю, дружно рассмеялись.
— Да, да, второй господин, вы не знаете, но госпожа Ниншуан каждый день только о вас и говорила, все спрашивала, когда же вы вернетесь.
— Обычно такая серьезная и усердная в тренировках девушка, а в последние дни просто места себе не находила, время для нее тянулось невыносимо долго.
— Ниншуан все твердила, что как только вы вернетесь, она обязательно устроит для вас грандиозный пир. А теперь и слова сказать не может, только хнычет.
— Прямо как второй господин и сказал — совсем дитя, плакса да и только.
Дяди — старший, второй, третий — и множество других родственников стояли во дворе, их было много, и они один за другим подтрунивали над девушкой. От этих шуток у Шэнь Ниншуан даже кончики ушей покраснели. Утерев слезы, она отстранилась от брата.
— Брат, пойдем со мной, я хочу сделать тебе подарок! — взволнованно произнесла она, ее глаза сияли предвкушением.
Шэнь Хань с улыбкой кивнул окружающим его дядям и старшим.
— Поместье ждет светлое будущее. Уважаемые старшие, продолжайте, пожалуйста, заниматься своими делами, а я пока пойду с Ниншуан!
В Поместье сейчас было много дел. Шэнь Хань не стал бы отвергать доброе отношение окружающих — это позволяло им чувствовать себя менее виноватыми, так что он принял их радушие. Вечерний банкет, разумеется, состоится, как и планировалось. Но прямо сейчас всем нужно было заниматься делами Поместья, ведь оно принадлежало не только семье Шэнь, но и множеству других учеников. Нельзя было допустить, чтобы из-за прибытия одного человека нарушился привычный уклад жизни остальных.
Через время, равное сгоранию одной палочки благовоний, Шэнь Хань уже следовал за Шэнь Ниншуан к ее личному дворику. С таинственным видом она попросила его подождать снаружи, а сама резво шмыгнула в свои покои за чем-то.
Шэнь Хань смотрел на ее оживленную спину. Когда он уезжал, этой девчушке было около восьми лет, а сейчас ей уже восемнадцать — она превратилась в настоящую молодую леди. В глазах других школ Шэнь Ниншуан постепенно становилась старшей госпожой Поместья Спрятанного Меча.
Но для него она по-прежнему оставалась маленькой девочкой. Видимо, для любящих старших дети навсегда остаются детьми.
«И выросла она, конечно, заметно».
Погруженный в воспоминания, Шэнь Хань с улыбкой присел за каменный стол во дворе. На столе лежал меч, который она использовала для ежедневных тренировок. Он взял его в руки, рассматривая многочисленные зазубрины и царапины на клинке. Было видно, что Шэнь Ниншуан тренировалась с невероятным усердием.
Пока он размышлял, из комнаты с сияющей улыбкой выбежала Шэнь Ниншуан, держа в руках небольшую шкатулку. Она с радостью открыла ее перед Шэнь Ханем. Внутри, на мягкой подкладке, лежал нефритовый кулон. Квадратной формы, гладкий и округлый, он был слегка прозрачным и особенно красиво переливался в лучах солнца.
— Братец, — смущенно проговорила Шэнь Ниншуан, — я и не думала, что ты все еще носишь тот браслет из розового агата, что я подарила тебе.
Она взглянула на руку Шэнь Ханя, и на ее лице отразилась смесь радости и стеснения.
— Но все же этот розовый браслет не очень подходит твоему характеру, братец. Я тогда была совсем маленькой и выбирала подарок, который нравился мне самой. А этот нефритовый кулон — тебе. Это амулет на удачу. Я получила его, когда случайно встретила одного великого монаха из Шаолиня, и попросила его освятить кулон буддийской силой! Надеюсь, тебе понравится.
Улыбка Шэнь Ханя была совершенно естественной.
— Хорошо, я принимаю его. И он мне очень нравится. Но, конечно же, браслет, что ты подарила мне раньше, я тоже буду носить всю жизнь.
Он с улыбкой ущипнул ее за щеку. Щека была горячей и пылала от смущения. Шэнь Ниншуан крепко сжала губы и несколько раз кивнула, не в силах скрыть своего счастья.
Затем Шэнь Хань заговорил о другом. Протянув руку, он снял со своего плеча маленького Золотого Ворона и, усадив его себе на палец, показал Шэнь Ниншуан. Только сейчас девушка заметила, что на плече у брата сидела крошечная птичка. До этого все ее внимание было приковано исключительно к нему.
Увидев птенца, она не смогла сдержать удивленного возгласа:
— Какая красивая!
Шэнь Хань с улыбкой кивнул.
— Я случайно нашел эту птичку на уединенном острове. Она очень умная и понимает людей. Я дарю ее тебе.
Шэнь Ниншуан была на седьмом небе от счастья. Словно увидев самое драгоценное сокровище в мире, она осторожно приняла в ладони птенца, перепрыгнувшего с пальца Шэнь Ханя. Она боялась сжать руки слишком сильно, все ее тело застыло в напряжении, а в сияющих глазах плескалась безграничная радость.
— Спасибо, братец! Мне очень-очень нравится!
— Раз нравится, это самое главное, — улыбнулся Шэнь Хань. — Надеюсь, эта птичка станет твоим оберегом.
Хотя Золотой Ворон еще не прорвался через Великое Совершенство Сферы Сяньтянь и не достиг Сферы Хоутянь, это было лишь вопросом времени. Даже без подпитки со стороны Шэнь Ханя он мог самостоятельно поглощать энергию неба и земли. Не пройдет и десяти лет, как он достигнет Сферы Хоутянь. Это была птица с устрашающим талантом — духовные существа всегда остаются духовными существами. К тому же, в момент опасности он мог высвободить силу уровня Хоутянь. Правда, после этого ему пришлось бы пройти через огненное перерождение и восстанавливаться в течение года. Но с такой птичкой Шэнь Ниншуан была защищена от любой преждевременной смерти. Прожить долгую и спокойную жизнь ей было абсолютно гарантировано.
Шэнь Ниншуан еще не знала об удивительных способностях этой птички. Она смотрела, как та, проявив недюжинный ум, перебралась ей на плечо, и ее улыбка стала еще шире. Она присела рядом с Шэнь Ханем.
— Братец, тебе, наверное, пришлось очень нелегко в Союзе боевых искусств! Но теперь можешь не волноваться. Ниншуан будет тебя защищать!
— Вот как? И какая же ты у меня сильная? Какого уровня уже достигла? — с сияющей улыбкой спросил Шэнь Хань.
— Уже начальная стадия четвертой ступени Сяньтянь, — смущенно, но с ноткой гордости ответила Шэнь Ниншуан.
Четвертая ступень Сяньтянь — для ее возраста это был превосходный результат. Шэнь Ниншуан действительно была очень одаренной.
Шэнь Хань сделал вид, что ничего не знает, но в его голосе звучала искренняя поддержка:
— Продолжай усердно тренироваться, и ты обязательно станешь великим мастером!
— Угу! — Шэнь Ниншуан энергично закивала и принялась давать обещания. — Братец, когда я достигну пятой ступени Сяньтянь, я отвезу тебя в Шаолинь! Я слышала, у них есть удивительные техники, которые могут улучшить способности практикующего. А если в Шаолине не найдется ничего подходящего, я отвезу тебя в другие места. Я обязательно буду тебя защищать. И буду покупать все, что ты захочешь поесть.
Шэнь Ниншуан еще не знала, что очень скоро Шэнь Хань снова покинет ее. Он и не стал говорить ей об этом сейчас. Он лишь тепло улыбался, глядя, как эта маленькая девочка цветет и строит планы у него на глазах.
Это было хорошо. Если Шэнь Ниншуан проживет всю жизнь счастливо, это будет действительно хорошо.
В это же самое время убийцы из Секты Алого Лотоса изо всех сил мчались к своему убежищу. Особенно торопился Оуян Бэй. Он должен был доложить о случившемся главе секты, это было его первоочередной задачей!
А что до Поместья Спрятанного Меча? Убегая, Оуян Бэй чувствовал, как в его душе закипает ненависть. Шок, который он испытал от встречи с Шэнь Ханем, превратился в жажду мести, которую он непременно должен был утолить.
— А-а-а! Щенок Шэнь Хань, недолго тебе осталось жить!
http://tl.rulate.ru/book/143235/7600201
Готово:
