× Обновление рекламы: перенос всех кампаний в новый формат

Готовый перевод Freelancer in the Ninja World / Фрилансер в мире Наруто: Глава 180

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Пока цель Сенши была достигнута, квест Какузу и Сасори только начинался. Их текущая миссия заключалась в том, чтобы привести в организацию ниндзя по имени Дейдара. Поскольку Дейдара в юности устроил несколько терактов, чтобы доказать ценность своего «искусства», он жил за пределами Ивагакуре, в близлежащем храме.

В главном зале этого храма стояло восемь больших статуй «Будды». Даже они не могли успокоить беспокойное сердце Дейдары. Рядом со стеллажом желтоволосый Дейдара любовался глиняными произведениями искусства, которые он выставил. Но в этот момент у входа тихо появились две фигуры. Услышав шаги, Дейдара неторопливо обернулся и увидел мужчину с зелёными глазами и другого, чья внешность была… довольно своеобразной.

Холодно посмотрев на них, Дейдара спросил:

— Кто вы такие и что вы здесь делаете?

Он никогда раньше не видел этих двух незваных гостей, и их вид его насторожил.

Сасори оглядел Дейдару.

— Он кажется хрупким. Ты уверен, что это наша цель?

Какузу кивнул.

— Да, это он. Лидер говорит, что его способности будут ценны для Акацуки.

Услышав это, Дейдара тихо хмыкнул.

— О? Вы двое знаете о моих способностях?

Пока он говорил, его левая рука за спиной уже лепила глиняного паука. Какузу не был заинтересован в затяжном разговоре; как только он подтвердил личность Дейдары, он просто сказал:

— Твои способности впечатляют. Наш лидер хочет, чтобы ты присоединился к Акацуки.

Дейдара снова хмыкнул.

— Как грубо. Вы даже не ответили на мой вопрос!

Какузу продолжал идти вперёд.

— Меня не интересуют нерелевантные вопросы. Если не хочешь пострадать, пойдёшь с нами тихо.

Этот пренебрежительный тон разозлил Дейдару, который определённо не был слабаком — он был несколько фанатичным художником. Когда Какузу продолжал приближаться, Дейдара щёлкнул правой рукой. Маленький глиняный кузнечик взлетел к Какузу.

— Хм!

Как только он приблизился, Дейдара сложил пальцы в печать.

— Наслаждайся!

Бум!

Небольшой взрыв произошёл прямо перед Какузу. И всё же бомба едва ли повлияла на него — он уже использовал Телесное Мерцание, чтобы избежать повреждений.

Увидев место, куда ударил взрыв, в глазах Какузу промелькнуло презрение. Он использовал этот момент, чтобы оценить, насколько мощными были бомбы Дейдары, и пришёл к выводу, что этот уровень глиняной взрывчатки не представляет опасности для его сердец. Убедившись в этом, он больше не собирался быть вежливым.

С другой стороны, Дейдара заметил пренебрежительный взгляд Какузу и нахмурился, в ярости.

— Чёрт побери! Ты смеешь унижать моё искусство?!

Эта реплика задела Сасори.

— Это мимолётное, мгновенное — как ты можешь называть это искусством? Нечто вечное — вот что такое настоящее искусство.

Темперамент Дейдары вспыхнул:

— Что за чушь? Искусство — это блеск и великолепие взрыва в один момент! Вечно неизменные объекты не имеют ничего общего с искусством!

Сасори:

— Искусство вечно. Только то, что длится вечно, может по-настоястоящему называться искусством.

Дейдара:

— Искусство — это взрыв. Это ослепительное сияние того единственного мгновения!

Сасори:

— Искусство вечно!

Дейдара:

— Это взрыв!

Сасори:

— Вечно!

Дейдара:

— Взрыв!

Как раз когда они собирались продолжить, Какузу насильно прервал их.

— Хватит! Достаточно. Как только мы здесь закончим, мне нужно вернуться к своим миссиям.

Внутренне Какузу подумал: Выполнение миссий — вот настоящее искусство!

После резких слов Какузу Дейдара прекратил спорить с Сасори об искусстве, переключив своё внимание обратно на настоящую битву. Он держал левую руку за спиной, формируя ещё одного глиняного кузнечика, который внезапно появился из-под земли под Какузу, сжимая его на близком расстоянии.

Дейдара хихикнул:

— Хм! Так тот, кто так низко ценит моё искусство, так слаб, да?

Но даже когда он усмехался, его выражение изменилось. Какузу активировал Ужас Земной Обиды, превратившись в пять существ в масках, соединённых чёрными щупальцами. Эту текучую, меняющуюся массу нитей было невозможно поймать. Освободившись в мгновение ока, Какузу направил пять зверей в масках прямо на Дейдару.

Защищённый своим почти непробиваемым панцирем вокруг сердец, Какузу был уверен, что бомбы Дейдары не представляют реальной угрозы. Он уже проверил их мощь. Так что с точки зрения Сасори и Дейдары, полномасштабная атака Какузу выглядела совершенно безрассудной.

Дейдара был ошеломлён, увидев, как пять зверей в масках бросились на него, несмотря на шквал глиняных бомб. В отчаянии он бросил рои глиняных пауков, чтобы покрыть их. Взрывы раздавались в быстрой последовательности — Бум! Бум! Бум! — освещая зал. Однако, когда пыль осела, пять сердец Какузу вышли почти невредимыми, лишь с несколькими разорванными чёрными нитями. Это был незначительный урон для него.

Неустрашимый, он продолжал. Сасори, наблюдая сзади, не мог не быть поражённым.

Сасори: «?»

Он знал Какузу давно и видел его стиль боя раньше, но он никогда не был свидетелем того, как он так нагло прорывался сквозь взрывы, чтобы схватить врага. Дейдара, в свою очередь, также был ошеломлён. За всё время изучения искусства он никогда не сталкивался с парнем, который просто так выдерживал бомбы. Ему будут сниться эти жуткие зелёные глаза.

...

Дейдара ещё не начал видеть сны, но Хидан уже был в кошмаре. В Кумогакуре, на дне бани с горячими источниками, Хидан лежал неподвижно. Он не был мёртв — получив «благословение» (проклятие) бога, он не мог умереть. Его сознание плыло, сначала туманное, но мало-помалу окружение становилось ясным. Он оказался в месте, которое хорошо знал: в пещере, служившей главной базой веры Джашина. Она была огромной — может, не такой большой, как горные гробницы Учихи Мадары, но ненамного меньше.

Там многочисленные преданные джашинисты совершали ритуальную молитву своему богу. Хидан посмотрел на гигантского идола божества Джашина, но его лицо всегда было скрыто в тумане, вне его поля зрения. Он подошёл ближе, желая рассмотреть статую в деталях. Но молния прервала ритуал:

Грохот — бум!

С громом и молнией раздался низкий рокочущий голос, словно из глубин бездны, эхом отдаваясь в его ушах:

— Иди… принимай… миссии…

— Иди… сдавай… миссии…

Слова были неясными. Хидан пытался сосредоточиться на них, но тьма поглотила сцену. Через некоторое время тьма рассеялась, и всё вокруг него постепенно снова стало ясным. Снова он оказался на том же ритуале, те же верующие, тот же гигантский идол с нечётким ликом. Ещё одна вспышка молнии, и церемония снова резко закончилась. Божественное повеление снова прозвучало:

— Иди… принимай… миссии…

— Иди… сдавай… миссии…

На этот раз сознание Хидана повторило шёпотом:

— Принимать миссии… Сдавать миссии?

Когда он прошептал, мир вокруг него снова начал меняться. Земля пещеры треснула и раскололась, расплавленная лава светилась из-под трещин. Мрак превратился в ужасающий ад. Верующие исчезли один за другим, оставив лишь возвышающегося идола. И всё же даже тогда Хидан не мог видеть его лица. Удушающий адский пейзаж вскоре превратился в землю льда и снега, как будто всё замерзало.

Тем временем, снаружи, в реальном мире, персонал горячего источника решил заменить воду в бане. Температура на некоторое время упала, затем они снова наполнили её новой парящей водой, позволив источнику снова нагреться. Так что тело Хидана на дне то остывало, то нагревалось, то снова остывало — снова и снова. В своём трансе он циклически переходил между огненным адом и ледяным. Ритуал, идол, гром, божественные слова, пылающий ад, замёрзшая пустошь… это был бесконечный цикл, который постепенно обострял его сознание. Снова и снова он слышал: «Принимать миссии… сдавать миссии…»

Наконец, после кто знает скольких кругов, глаза Хидана распахнулись — он понял. В том последнем видении он ясно увидел лицо «Джашина». У божества были ярко-красные волосы, как горящее небо, черты лица, высеченные с холодным совершенством. После бесчисленных циклов он наконец узрел лицо своего бога и был вне себя от радости:

— Аха-ха-ха-ха…

— Я сделал это! Я видел господина Джашина! Я видел господина Джашина!

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Он начал смеяться как сумасшедший, бормоча без остановки. Всё, что касается миссий — принимать их, сдавать их — теперь было выжжено в его душе. Воспоминания нахлынули, сливаясь с его текущим сознанием, заставляя его вспомнить, что на самом деле его «Джашин-сама» всегда был рядом с ним. Точнее, он всегда был рядом с Джашином, постоянно принимая и выполняя миссии. Он также вспомнил некоторых высших чинов Церкви Джашина, которые были «утилизированы» — дураков, которые никогда не осознавали истинной доктрины «выполнения миссий» и тратили своё время на пустые ритуалы. Конечно, они были недостойными верующими, поэтому умерли напрасно.

Пока Хидан хохотал в экстазе, Сенши получил системное сообщение:

[Доступен новый член для присоединения к вашей наёмнической группе! Ваша связь с Хиданом достигла максимального порога. Хотите пригласить его?]

Сенши: «?»

Когда он увидел это сообщение, он наконец вспомнил, о чём забыл: о Хидане на дне бани с горячими источниками. Так вот где Хидан был всё это время. Но как, чёрт возьми, их связь уже достигла максимума? Самого высокого уровня, не меньше. В следующий раз, когда Наруто начнёт говорить о силе связей со своими товарищами, Хидан сможет возразить, что Наруто ничего не знает о слове «связь».

Вспомнив, что он оставил Хидана под водой, Сенши был готов забрать этого «дорогого друга и союзника» (как утверждала система). Он не хотел пугать других гостей бани, оставляя его там. Но как только он открыл дверь своей комнаты, он увидел промокшего насквозь Хидана, стоящего в коридоре и смотрящего на него с диким пылом:

— Господин Джашин! Ты действительно господин Джашин!

— Жизнь не кончается, и миссии тоже! Господин Джашин, я теперь полностью постиг учение Церкви!

— …?

Первое предложение Хидана заставило Сенши подумать, что у этого человека действительно поехала крыша. Хидан никогда не был самым умным, но теперь у него ещё и короткое замыкание. И всё же второе, что он сказал, дало Сенши надежду — по крайней мере, он всё ещё понимал идею выполнения миссий. Это означало, что был шанс на спасение.

Сенши похлопал Хидана по плечу.

— Жизнь не кончается, и миссии тоже. Это ложная вера, а не кредо Джашина.

Хидан, однако, расплакался от радости, услышав то, что он считал «наставлением своего бога».

— Да! Жизнь не кончается, и миссии тоже! Это наша истинная доктрина Джашина!

http://tl.rulate.ru/book/143145/7795961

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода