Как только началась битва, Орочимару в одиночку сумел сковать силы Кумо. В отличие от прошлого раза, когда он приходил в Кумо — когда он только недавно получил фрукт Ямата но Ороти и ещё не приобрёл Бьякуган или Шаринган — с тех пор он значительно развил свои способности.
Тогда Орочимару не исследовал способности фрукта глубоко. На этот раз всё было совершенно иначе. Шиноби Кумо, возможно, и чувствовали давление, но он всё ещё не показал свою истинную силу. Хотя Киллер Би не переходил в полный режим Хвостатого Зверя, а Четвёртый Райкаге не сражался отчаянно, тот факт, что столько людей противостояло одному Орочимару и всё равно проигрывало, говорил о многом. И судя по текущему состоянию Орочимару, он тоже ещё не выложился на полную.
Он никогда не считал этих ниндзя Кумо реальной угрозой. В прошлом у него было два недостатка: отсутствие идеального тела-хозяина и идеального улучшенного генома. Но его величайшим даром был исследовательский талант. С помощью Сенши он не только компенсировал эти слабости, но и полностью реализовал свой потенциал.
Теперь Орочимару был сильнее, чем когда-либо, до такой степени, что даже в окружении элиты Кумо он заставлял их чувствовать огромное давление. Намереваясь произвести впечатление на Сенши, Орочимару наслаждался демонстрацией результатов своих исследований фрукта Ямата но Ороти.
— Сенши! Продать мне фрукт Ямата но Ороти всего за сто миллионов рьё было самой большой ошибкой в твоей карьере!
У него было много причин так думать. Другие шиноби, получившие фрукт Ямата но Ороти, могли бы иметь восемь голов, но не смогли бы их полностью использовать — в конце концов, даже с восемью головами у них не было бы восьми пар рук для складывания печатей. Орочимару, однако, был другим! Он вывел развитие фрукта на совершенно новый уровень.
У ворот Кумо, сражаясь в форме Восьмиглавого Змея, Орочимару претерпел ещё одну трансформацию на глазах у шиноби Кумо, а также Сенши и членов каравана. Он усовершенствовал одну из своих классических техник:
Ш-ш-ш—
Рёв—
Все восемь голов змеиной формы Орочимару выплюнули верхнюю часть туловища Орочимару — всего восемь. Картина на поле боя стала причудливой и запутанной: Орочимару превратился в восьмиглавого змея, а этот змей теперь выплюнул восемь Орочимару! Все восемь немедленно начали складывать ручные печати, используя ниндзюцу в унисон.
Тск! Тск! Тск! Тск!
Сразу после одновременных печатей волна ядовитых змей хлынула вперёд, как прилив, устремившись на силы Кумо с неудержимой скоростью. Окутанные лёгким туманом, эти змеи быстро роились. В тот момент, когда они приблизились к шиноби Кумо, они начали атаку, от которой было невозможно защититься:
— Ааааргх!
— Ух! Меня укусили!
— Меня тоже!
— Где медицинский отряд? Кто-нибудь, помогите!
Среди ниндзя Кумо воцарился хаос, по полю разносились крики. Более того, Орочимару начал призывать ещё более гигантских ядовитых змей, каждая опаснее предыдущей. Появившись, они бушевали на поле боя, словно никого больше не было. Восемь Орочимару продолжали складывать печати, призывая всё больше змей. Шиноби Кумо с ужасом наблюдали, их скальпы покалывало, а волосы вставали дыбом.
И Карин, и Сенши также стали свидетелями кошмарного дзюцу Орочимару. От этого зрелища Карин стало просто дурно. Она выглядывала из-за спины Сенши, чтобы следить за боем, но как только Орочимару начал выплёвывать восемь Орочимару, ей стало трудно смотреть:
— Ух, Орочимару такой мерзкий! Зачем ему разрабатывать такое странное дзюцу?
Если бы здесь был Кабуто, он мог бы воскликнуть, что это «чистое искусство: змеиные головы выплёвывают змей, которые выплёвывают Орочимару».
— Любая сила, попадающая в его руки, превращается в эту тошнотворную мешанину.
Неподалёку Орочимару ясно слышал их разговор. По его мнению, Сенши, возможно, и уважал технику, но он просто не ценил чувство искусства Орочимару. Его эстетика в развитии фрукта Ямата но Ороти, по его мнению, идеально соответствовала его собственному стилю. Сенши и Карин нужно было отточить свой вкус.
Комбо Эй-Би и шиноби Кумо уже с трудом справлялись; теперь, когда Орочимару использовал такой адский приём, они просто не могли угнаться. Мгновения назад они окружили Орочимару; теперь он окружал их всех. К этому моменту Четвёртый Райкаге был по-настоящему взволнован и повернулся к Сенши, который всё ещё стоял без дела:
— Узумаки Сенши, ты так и будешь стоять и смотреть?!
Сенши замер.
— ??? Если не смотреть, то что ещё? Я мог бы сесть, если ты предпочитаешь.
Этот ответ чуть не заставил Райкаге взорваться от ярости.
— Ты взял наши деньги — вот так ты выполняешь работу?!
Сенши не понравилось, что его профессионализм ставят под сомнение. С серьёзным выражением лица он ответил:
— Брат Эй, работа, которую я принял ранее, заключалась просто в том, чтобы захватить Орочимару и передать его Кумо. Поищи в своей совести — разве я не сделал именно это в тот момент, как принял миссию? Если ты не можешь его удержать, в чём моя вина? Я не Беглец Каге. Я не беру на себя за это ответственность.
Эта логика до крайности взбесила Четвёртого Райкаге, но он не мог найти в ней изъяна. Свирепо глядя, он рявкнул: «Ты!!», но другого хода у него не было. Контракт с Сенши действительно заключался только в том, чтобы доставить Орочимару и передать его. Сенши это выполнил, так что миссия технически была завершена. Всё, что происходило после, к нему не имело никакого отношения.
http://tl.rulate.ru/book/143145/7734959
Готово:
