Глава 17. Как завоевать людей.
Чжан Юй смутно вспоминал Сунь Цзы. Когда Цао Жуй доверил своего сына заботам Сыма И, Сунь Цзы применил свои личные методы, чтобы изменить предсмертное решение Цао Жуя, и в конечном итоге добился того, что Сыма И и Цао Шуан стали министрами, которым было доверено заботиться о сыне Цао Жуя, косвенно помогая Сыма И узурпировать трон Вэй.
Судя по итогу, Сунь Цзы был виновником падения Цао Вэй. Однако, судя по политической ситуации Цао Вэй того времени, выбор Сыма И в качестве министра для заботы о сироте не был большой проблемой. В конце концов, опыт Сыма И на службе у трех поколений семьи Цао был достаточен, чтобы убедить людей в его таланте и преданности.
С другой стороны, учитывая скромное происхождение Чжан Юя, у него не было много вариантов выбора, и любой выдающийся человек стоил того, чтобы с ним подружиться.
После того как Чжан Юй и Ли Сун заранее сообщили о своем визите, Сунь Цзы ждал перед своей скромной хижиной.
Через некоторое время Чжан Юй и двое других появились перед Сунь Цзы, который вышел из двора, чтобы поприветствовать их.
— Прошу прощения, что потревожил Яньлуна во время чтения Священных Писаний своим визитом сегодня! — Чжан Юй поклонился.
— Ничего!
— Цзи Ань, Бо Сун, прошу, проходите!
Сунь Цзы протянул руку, указывая дорогу троим, и сказал: — Моя семья бедна, и я надеюсь, вы простите меня, если я не смогу обеспечить вам достойный прием!
Чжан Юй пошутил: — Гора славится не высотой, а обитающими на ней бессмертными. Река славится не глубиной, а обитающими в ней драконами. Например, хотя Цзыюнь (Ян Сюн) и жил в скромном жилище, его добродетель была искренней. Спросите себя, разве его жилище было скромным?
— Ха-ха!
Старший Сунь кивнул и, улыбнувшись, сказал Ли Суну:
— Цзиань не только в ратном искусстве выдающийся, но и в литературном таланте. Гора славится не высотой, а бессмертными, что там обитают. Река славится не глубиной, а драконами, что в ней живут. Эти два изречения лаконичны и глубоки, и не всякий их поймёт!
Ли Сун, взяв Старшего Суня под руку, с усмешкой возразил:
— Цзиань искусно излагает, его слова подобны веянию весеннего ветерка. Нам с тобой до него далеко!
— Безусловно! — согласился Старший Сунь.
Пока Ли и Сунь шутили и болтали, Чжан Юй оглядывал комнату.
Дом был удручающе прост: соломенная крыша, едва прикрывавшая строение, свидетельствовала о запущенности. Дверь покосилась набок, её створки выцвели и посерели от долгих лет пребывания под палящим солнцем.
Скрипучая мотыга оперлась о глиняную стену, а рядом аккуратно стояла пара запачканных землёй соломенных сандалий. По всей видимости, Старший Сунь, изучая древние тексты под руководством Ван Хуна, зарабатывал на жизнь полевыми работами.
Хотя столы и сиденья в доме давно устарели, они выглядели весьма чисто, будто их регулярно протирали.
Чжан Юй уселся на бамбуковый коврик и поинтересовался:
— Яньлун, ты часто занимаешься земледелием?
Старший Сунь поднял кувшин и молча налил воды на троих. Улыбнувшись, он ответил:
— Семья Цзы живёт небогато, поэтому, пока я постигал классиков под твоим началом, я часто работал в поле, чтобы добыть себе пропитание.
— Когда я служил на границе, земледелием занимался редко, но вот скот пас часто! — отозвался Чжан Юй.
— А как это — пасти скот? — с любопытством спросил Старший Сунь.
— Первые дни мы, сидя на конях, погоняли стада, чтобы они не разбегались. Потом мы приручили большого пса и научили его управлять овцами, что значительно облегчило работу! — поведал Чжан Юй.
— Мой брат тоже завёл собаку для охраны дома. Увы, она облаяла сельчан, и брат убил её, чтобы съесть, — с юмором сказал Сунь Цзы. — С тех пор я и полюбил собачье мясо!
— С тех пор, всякий раз, когда к нам заезжает Яньлун, мы с Цзи Анем готовим угощение с собачьим мясом! — улыбаясь, произнёс Ли Сун.
После лёгкой беседы атмосфера разрядилась.
Чжан Юй на мгновение задумался и спросил:
— Вы родом из Чжунду, что граничит с уездом Хэдун в Сыли. Я слышал, что в Хэдуне с древних времён было много выдающихся людей. Интересно, знает ли Яньлун кого-нибудь достойного упоминания из Хэдуна?
Сунь Цзы задумался и покачал головой:
— Хотя Чжунду близко к Хэдуну, я из бедной семьи, и мне редко доводилось встречать таланты из Хэдуна.
— Хм...
После недолгого молчания Сунь Цзы вспомнил своих одноклассников и с улыбкой сказал:
— Но есть один человек, который мог бы заинтересовать Цзи Аня!
— Кто же?
Сунь Цзы сделал глоток воды и продолжил:
— Его фамилия Сюй, имя Хуан, второе имя Гунмин, родом из Хэдуна, уезд Ян. Он рано осиротел и воспитывался старшей сестрой. Отличный воин, но из-за бедности семьи решил пойти на военную службу.
— Когда я учился в Хэдуне, я был одноклассником Гунмина. Он по утрам упражнялся в верховой езде и стрельбе, а по вечерам читал военные книги. Сельчане уважали его.
— О?
Услышав это, Чжан Юй немедленно заинтересовался. Сюй Хуан был одним из пяти лучших военачальников царства Вэй. Одна только его военная выучка, не говоря уже о боевых навыках, заслуживала места в период Троецарствия на закате династии Хань.
— Интересно, где сейчас Сюй Гунмин?
Сунь Цзы долго размышлял и ответил:
— Когда я переехал из Цзесю в Цисянь учиться, я не знал, где находится Гунмин. От жителей Хэдуна я слышал, что Сюй Гунмин, возможно, занимает какой-то пост в администрации уезда Хэдун.
— Если мне когда-нибудь повезёт побывать в Хэдуне, я, возможно, смогу навестить Сюй Гунмина и попытаться подружиться с ним! — сказал Чжан Юй, приняв это к сведению, обращаясь к Ли Суну.
— Помимо Сюй Гунмина, в Хэдуне есть два талантливых человека из семьи Вэй. Хоть я и не видел их лично, но слышал об их доброй славе. Старший брат, Вэй Цзи, чьё вежливое имя Бо Цзи, прекрасно разбирается в исторических аллюзиях, мудр и находчив. Младший брат, Вэй Гай, чьё вежливое имя Чжундао, прославился в юном возрасте и обладает экстраординарным талантом и учёностью, — произнёс Сунь Цзы.
Чжан Юй молча кивнул. По сравнению с его братом Вэй Цзи, возможно, Вэй Чжундао был более известен в грядущих поколениях. В конце концов, Цай Янь была весьма знаменита в последующие века, и именно она сделала известным своего бывшего мужа, Вэй Чжундао.
— Помимо стражи, в Хэдуне есть и великие семьи, такие как Хэн, Инь, Фань, Пэй и Гуаньцю. Среди них есть выдающиеся личности. Они часто отправляются в Лоян для обучения и общения с великими семьями Гуаньчжуна и Гуаньдуна.
Сделав паузу, Сунь Цзы внезапно спросил:
— Знает ли Цзиань разницу между Гуаньдуном и Гуаньси?
— Слышал немного!
— А знаешь ли ты, принадлежит ли Бинчжоу к Гуаньси или Гуаньдуну? — спросил Сунь Цзы.
Чжан Юй нахмурился и задумался. Если бы Сунь Цзы не спросил его так внезапно, он бы и не стал задумываться, принадлежит ли Бинчжоу к Гуаньси или Гуаньдуну.
— Бинчжоу расположен на границе, и, возможно, ему будет трудно интегрироваться в Гуаньдун, — сказал Чжан Юй.
Сунь Цзы улыбнулся и произнёс:
— Область от горы Сяо до восточной части Жёлтой реки называется Гуаньдун, а область к западу от Жёлтой реки — Гуаньси. Бинчжоу принадлежит Гуаньдуну.
— Бинчжоу, хоть и расположен на границе, соседствует с Хэбэем, и крупные кланы поддерживают связи друг с другом, — многозначительно произнес Сунь Цзы. — Так, клан Цуюй из Шандана и клан Цуюй из Цинхэ слились воедино, а клан Вэнь из Тайюаня породнился с семьей Янь из Ланъя, семьей Лю из Чжуншань и семьей Ли из Гаопина.
— Поскольку между этими местами существуют родственные и должностные связи, почему же Бинчжоу можно отнести к Гуаньси, а не к Гуаньдуну? — продолжал он. — У многих Бинчжоу ассоциируется с единым географическим образованием из-за смешения народов хань и ху, а также пересекающегося ландшафта с горами и реками, и потому кажется, что он мало связан с Хэбэем.
На самом деле, крупные кланы Бинчжоу так или иначе связаны с дворянскими родами Хэбэя. В таком случае, как Гуаньдун мог отделить Бинчжоу от самого себя?
Возьмем, к примеру, Ван Юня, который во время своего правления возлагал надежды на возрождение династии Хань на ученых из Гуаньдуна, а не на военачальников Гуаньси.
То, что Лу Бу был сослан в Центральные равнины и принят различными князьями и знатью Яньчжоу, также могло быть связано с принадлежностью Бинчжоу к Гуаньдуну.
Подобным образом, Бинчжоу пережил схожий с Гуаньси опыт из-за длительного противостояния с народом ху. В некоторых отношениях Бинчжоу и Гуаньси имели общий путь.
Чжан Юй на мгновение замялся, а затем спросил: — А что насчет людей из Яньдай?
Сунь Цзы налил Чжан Юю стакан воды и с улыбкой сказал: — Яньдай относится к Бинчжоу, так почему бы ему не претендовать на то, что он из Гуаньдуна? Если Цзи Ань хочет чего-то добиться, ему необходимо не только признание Лорда Чан Вэня, но и известность в Бинчжоу, чтобы достичь успеха!
Чжан Юй слегка кивнул, сложил руки в приветствии и сказал: — Благодарю вас, Яньлун, за наставление. Интересно, когда вы собираетесь отправиться в столичную академию для обучения?
– Мы отправимся в Лоян примерно в августе, а до этого ещё больше месяца! – сказал Сунь Цзы.
– Желаю тебе больших успехов в учёбе!
– Благодарю!
Поболтав некоторое время с Сунь Цзы, Чжан Юй попрощался с Ли Суном и Чжан Маошанем и отправился в путь.
По дороге Ли Сун и Чжан Маошань оживлённо беседовали, а Чжан Юй перебирал в памяти всё, о чём сегодня говорил с Сунь Цзы.
Хоть Сунь Цзы и родился в бедной семье, он обладал огромным потенциалом и был редким талантом. В сегодняшнем разговоре Сунь Цзы даже дал Чжан Юю несколько советов относительно его будущего пути.
Во-первых, нужно было заслужить расположение Ван Хуна и получить доступ к некоторым из его ресурсов; во-вторых, следовало обрести известность в Бинчжоу и повысить свою репутацию.
Чжан Юй вздохнул и подумал: «Сунь Цзы талантлив и умен. Если мы сможем подружиться с ним сейчас, то подготовимся к будущему. Если же я напрямую предложу Сунь Цзы деньги или шёлк, боюсь, он откажется, и будет сложно показать ему свою признательность».
Внезапно Чжан Юй остановился, словно о чём-то вспомнив.
– Маошань!
– Слушаю!
– Возьми свои деньги и поскорее отправляйся в Чжунду. Найми там городской оркестр, чтобы отпраздновать поступление Сунь Яньлуна в Императорский Колледж. Оркестр должен играть с гонгами и барабанами на всём пути – шум должен быть пышным.
Чжан Юй положил руку на плечо Чжан Маошаня и добавил:
– Отправляйся к дому Сунь Яньлуна, купи ему мебель, оставь деньги и шёлк для его брата и невестки, и скажи им, что Чжан из Юньчжуна поздравляет Сунь Яньлуна с поступлением в Императорский Колледж.
– Зачем?
Чжан Маошань был в недоумении и не понимал, зачем Чжан Юй это делает!
– Глупец!
Чжан Юй нежно похлопал Чжан Маошаня по голове и недовольно произнёс:
– Семья Сунь Цзы была бедной. Его воспитали брат и невестка. Иначе как бы он достиг того, чем обладает сейчас?
– Поезжай в Чжунду очень быстро, и помни, не скупись на деньги!
— Покупай одежду по дороге и не скупись, — сказал Чжан Юй, дергая Чжан Маошаня за потертую одежду.
— Хорошо!
Чжан Маошань был очень рад и успокоил: — Будьте спокойны, брат, я обязательно это сделаю!
После ухода Чжан Маошаня Ли Сун, будто задумавшись, произ нес: — Цзи Ань хотел сохранить благосклонность Яньлуна, но боялся, что тот не примет ее, поэтому начал с брата и невестки!
— Конечно!
Чжан Юй улыбнулся и сказал: — Сунь Яньлун талантлив и амбициозен, и его ценит князь Чанвэнь. Обычные мелкие услуги его не заинтересуют. Поэтому, если вы хотите, чтобы Яньлун запомнил услугу, оказанную нами, нужно начать с его брата и невестки.
В прошлой жизни, будучи торговцем, Чжан Юй дружил с людьми всех сословий и встречал самых разных личностей.
Сунь Цзы — типичный представитель такого типа людей. Он любит деньги, но не в том смысле, чтобы раздавать их как подаяние. Более того, по сравнению с деньгами, Сунь Цзы предпочитает официальные должности.
Нынешний статус Чжан Юя не позволял ему получить титул, поэтому ему пришлось искать другие пути.
После глубокого анализа Сунь Цзы Чжан Юй обнаружил, что Сунь Цзы был воспитан с детства братом и невесткой. Чтобы обеспечить обучение Сунь Цзы, брат и невестка потратили все свое имущество, поэтому Сунь Цзы был им очень благодарен. Следовательно, вместо того чтобы давать деньги Сунь Цзы, лучше было бы изменить закон и даровать известность и богатство брату и невестке Сунь Цзы.
Его брату и невестке оказали услуги, и благодаря многочисленным добрым словам Чжан Юя, что бы ни думал Сунь Цзы, он, естественно, был обязан Чжан Юю.
Поняв глубокий смысл действий Чжан Юя, Ли Сун не мог не взглянуть на Чжан Юя снова.
Когда дело дошло до проявления благосклонности к Чжао Хао, Ли Сун лишь полагал, что Чжан Ю был, в лучшем случае, внимателен. Но когда дело коснулось проявления благосклонности к Сунь Цзы, это было полностью основано на политических схемах, что немного пугало юного Ли Суна.
«Что случилось?» — спросил Чжан Ю, увидев, что Ли Сун уставился на него.
Ли Сун покачал головой и похвалил: «То, как Цзи Ань сегодня выказывал свою милость, не под силу обычным людям».
«Чтобы завоевать расположение посторонних, нужно использовать уловки, но к близким следует относиться с искренностью!»
Чжан Ю положил руку на плечо Ли Суна и с улыбкой сказал: «Мы с Бо Суном выросли вместе и близки, как братья. Естественно, к нему нельзя относиться так же, как к посторонним».
Услышав это, Ли Сун невольно стал ругать себя. Как сказал Цзи Ань, они выросли вместе, и их чувства отличаются от чувств посторонних. Он, естественно, будет относиться ко мне с искренностью, так как же он может относиться ко мне так же, как к посторонним? «Маошань ещё молод, и я боюсь, что он ничего не сможет достичь. Пожалуй, лучше я пойду с ним!» — проявил инициативу Ли Сун.
Чжан Юй на мгновение задумался и сказал: «Нет необходимости идти вместе. Ты можешь просто записать детали на бамбуковых дощечках и позволить Маошаню выполнить всё по порядку!»
«Это хорошо!»
http://tl.rulate.ru/book/142948/7448206
Готово:
