— Беда, беда! Люди из деревни Байши пришли к нам воровать! Воры!
Ань Шэнь Цзы тоже была дома, и когда Да Чжу бросился звать людей, первым делом позвал свою мать. Ань Шэнь Цзы ругнулась:
— Скотины! — и поспешила бежать.
Байшийцы, увидев Лю Да Гу, ничуть не испугались и даже стали оправдываться:
— Мы же одна семья, раз у нас дома не хватает еды, что тут такого? Не надо так грубо выражаться!
Жена Бай Лао Саня ухмыльнулась:
— Не будь такой жадной, невестка! Одной семье не к лицу говорить чужие слова. Раз у тебя есть такие хорошие вещи, почему сама не принесла? Раз уж мы пришли сами, ты ещё и жадничаешь? Это же просто бесчеловечно! В конце концов, наш Сяо Мань — твой сын, столько лет тебе служил, верно?
Лю Да Гу потемнело в глазах от злости, и она со всей силы ударила жену Бай Лао Саня палкой. Та завизжала и едва увернулась.
— Ты что, бьешься?
— Бью, потому что вы — бесстыжие твари!
Бай Лао Сань злобно сверкнул глазами:
— Ты первая начала, так что не вини нас!
Как раз в этот момент подбежала запыхавшаяся Ань Шэнь Цзы. Увидев, что выдернули с десяток картофелин, она ахнула от боли:
— Что вы творите? Воровать урожай? Да вы с ума сошли! Думаете, в Лювани людей нет?
Урожай на поле — это жизнь крестьянина. Украсть его — всё равно что убить родителей, такое небо карает молнией!
Где бы это ни случилось, вора забить насмерть — справедливость.
Бай Лао Сань тут же завопил:
— Мы не воруем, мы же семья, вы же знаете!
— Вон отсюда! Родословную уже переписали, какая вам семья? Вы воры! Воры!
Лю Да Гу готова была прибить их палкой. Они с таким трудом вырастили этот картофель, Лю Цай Чунь каждые пару дней приходила проверить, будто это сокровище какое.
А теперь, в мгновение ока, эти мерзавцы столько повыдергивали.
Хорошо ещё Да Чжу заметил, иначе неизвестно, во что бы они превратили это поле.
Эта семейка — жестокая и ненасытная, они никогда не остановятся.
Лю Да Гу похолодела от ужаса.
Жена Бай Лао Саня, услышав это, даже обрадовалась:
— Родословную можно ведь и обратно переписать, это не проблема. Невестка, мы подумали и решили вернуть тебе Сяо Маня. Тебе ведь одной тяжело, а с ним будет кому о тебе заботиться, разве не хорошо?
Лю Да Гу пошатнулась от злости.
Даже Ань Шэнь Цзы не выдержала и схватилась за грудь:
— Ой, да как такое можно говорить? Меня аж трясёт от злости!
Бай Лао Сань добавил:
— Сяо Мань — наша плоть и кровь, мы даже его тебе отдаём, а ты никакой благодарности не проявляешь?
Его сын и невестка тут же закивали:
— Верно, верно.
Бай Сяо Мань и вовсе принял вид образцового сына, с трогательной почтительностью глядя на Лю Да Гу:
— Мама, я буду о тебе заботиться!
Увидев, чем теперь владеет Лю Да Гу, как он мог просто так отказаться?
Хотя в прошлый раз его прогнали, но если он проявит упорство, ведь столько лет материнской любви между ними, она точно простит и примет его. Раньше она больше всего мечтала, чтобы он считал её родной матерью и забыл о своих кровных родителях. Вот он и соглашается: отныне он больше не будет вспоминать о них.
У него только одна мать — она!
Конечно, об этом нельзя было говорить при Бай Лао Сане и его жене, он объяснит всё Лю Да Гу наедине.
Лю Да Гу от злости не могла вымолвить ни слова, только смотрела на Ань Шэнь Цзы:
— Сестра, ты слышала? Это же не люди, а…
— Пфу, это бред! Бессовестные!
— Была бы совесть, не творили бы такого.
— Руки прочь! Попробуйте ещё одну выдернуть — я вам их поотрубаю! Стойте!
Лю Да Гу увидела, что жена Бай Да Цана, Ню Ши, крадётся, чтобы выдернуть ещё картофелин, и, размахивая палкой, бросилась к ней, сверкая глазами.
Ань Шэнь Цзы тоже подбежала, крича:
— Да хватит вам! Картошка ещё не созрела, как вам не стыдно воровать?
Ню Ши усмехнулась:
— Родственники, не будьте такими жадными…
Лю Ли Чжэн, его жена и ещё десяток деревенских поспешно подошли.
— Где воры?
— Проклятые Бай Лао Сань с женой, думают, в Лювани никого нет?
— Кто им дал такую наглость?
Увидев столько людей, семейка Бай Лао Саня засуетилась.
— Недоразумение, всё недоразумение!
— Да-да, мы просто смотрели, свои же ведь. Просто не знали, что это, вот и выдернули посмотреть, не трогали урожай.
— Невестка, ну нельзя же совсем без души. Объясни же Лю Ли Чжэну.
Лю Ли Чжэн холодно сказал:
— Что вы делаете на поле? Быстро выходите.
Байшийцы заворчали, неохотно подчиняясь.
Лю Ли Чжэн рявкнул:
— Вон!
Жена Бай Лао Саня схватилась за грудь:
— Ой, чего так кричать? Мы просто смотрели…
Под гневными взглядами жителей Люваня байшийцы с напускным спокойствием вышли с картофельного поля.
Когда все подошли к большому двору Лю Цай Чунь, жена Бай Лао Саня сразу же заулыбалась:
— Давайте зайдём в дом поговорим, а? На улице как-то неудобно.
Бай Лао Сань поспешно кивнул:
— Жена права, негоже так невежливо.
— Стоять! — Лю Да Гу, не выдержав, преградила им путь палкой и зло крикнула, — вам воровать мало, ещё и в дом лезете? Пфу! Вам ли туда?
— Ты…
— Лю Ли Чжэн, они украли наш картофель, прошу вас заставить их вернуть. Даже если он ещё не созрел, им это с рук не сойдёт!
При мысли о выдернутом недозревшем картофеле у Лю Да Гу сжалось сердце, и она сквозь зубы пробормотала:
— Как же я Лю Цай Чунь в глаза посмотрю?
При упоминании Лю Цай Чунь жители Люваня насторожились и ещё злее уставились на байшийцев.
Ань Шэнь Цзы поспешила добавить:
— Кто виноват, тот и ответит. Лю Цай Чунь на тебя не обидится, только на воров. Когда она с Чу Ци вернётся, им не поздоровится!
Лю Ли Чжэн ледяным взглядом окинул семейку Бай Лао Саня:
— Сколько картошки украли? Отдавайте.
— Мы не воровали!
— Не было такого, не клевещите!
— Лю Ли Чжэн, это уже перебор, как можно так говорить?
Лю Ли Чжэн:
— Сами отдадите или будем обыскивать?
Байшийцы забеспокоились и взвились:
— По какому праву вы нас обыскиваете?
Лю Да Гу сказала:
— Лю Ли Чжэн, с этими псами разговаривать бесполезно, давайте просто обыщем их.
— Хорошо, обыщем!
http://tl.rulate.ru/book/142580/7588293
Готово:
