- Одноглазый, перед тем как умереть, я хочу попросить тебя кое о чём.
Император Сяо небрежно усмехнулся. Одноглазый говорил, что срок истёк завтра, но Император Сяо, казалось, вообще не обращал на это внимания, словно умирать собирался не он.
Одноглазый серьёзно сказал:
- Есть ещё неисполненные желания? Говори. Выпустить тебя никак не получится.
- Не насытился мясом и не напился вином. Даже если суждено умереть, не хочу превратиться в голодного призрака, - рассмеялся Император Сяо.
Он смутно чувствовал, что вот-вот вернётся к четвёртому уровню царства Крови и Ци. Если он сможет восстановить свою силу до четвёртого уровня царства Крови и Ци, это, несомненно, даст ему дополнительный, хоть и небольшой, луч надежды.
Одноглазый расхохотался:
- Хорошо, жди. Мне нечем тебя особо угостить, но выпивки и мяса будет вдоволь. Пей пока, я пойду и убью ещё двух свирепых зверей для тебя.
С этими словами Одноглазый стремительно вышел из хижины. В последние дни он уже убил медведя и огненного льва, способного применять божественные способности, что истощило его силы, но он всё равно пошёл без колебаний.
Император Сяо отчаянно ел мясо, используя духовную энергию для переваривания и усиления своей Крови и Ци. Его аппетит был просто чудовищным. Он ел так много дней, так много пищи, что даже самые изысканные деликатесы надоедали. Император Сяо заставлял себя есть, поскольку каждый съеденный кусок позволял ему восстановить немного силы.
Одноглазый вернулся только к полудню, неся на плече огромного оленя, превосходящего по размерам быка. Это был духовный зверь, чья плоть содержала не только изобилие Крови и Ци, но и небесную духовную энергию, делая его невероятно редким. Одноглазый потратил всё утро, организовав засаду, и израсходовал много сил, чтобы наконец убить этого духовного оленя.
Весь остаток дня прошёл за питьём и едой. Конечно, кроме Императора Сяо и Одноглазого, никто из остальных обитателей шахты Цишань не мог насладиться таким пиршеством. Император Сяо ощущал, как его прежние силы постепенно возвращаются. Чувство вновь обретённой мощи вселило в него ещё больше уверенности. Однако утраченная Имперская кость и рассеявшаяся Ци и Кровь не вернутся никогда. Всё это было даром клана Цанлань.
На пятый день Император Сяо проснулся уже после восхода солнца. Его тело бурлило Ци и Кровью, и он вновь прорвался через царство культивации, достигнув четвёртого уровня царства Крови и Ци. Одним взмахом руки он теперь мог высвободить силу не менее семи тысяч цзиней. За короткие семь дней Император Сяо превратился из никчёмного человека, неспособного даже на культивацию Крови и Ци, в могущественного воина четвёртого уровня царства Крови и Ци, способного одним ударом руки обрушить семь тысяч цзиней. Такая скорость культивации была поистине невероятной.
Император Сяо вышел из хижины и сел, скрестив ноги, на огромный валун. Последние несколько дней он заставлял себя постоянно есть, и теперь чувствовал себя переевшим. Сегодня был тот самый "через три дня", о котором говорил Одноглазый. Переедание могло повлиять на его действия. Он всё ещё носил с собой две сырые медвежьи лапы. Если бы ему удалось покинуть шахту Цишань, он, вероятно, был бы тяжело ранен. Бегство в дикие леса было бы слишком опасным, а эти две лапы могли быстро восстановить его силы.
С полудня до позднего вечера, когда небо затянуло тучами, в глубоких горах за пределами шахты Цишань всё чаще раздавались низкие рычания и рёв свирепых зверей. В конце концов они нарастали, подобно грому, сотрясая камни и отдаваясь эхом.
[Шуух!]
Порыв дикого ветра пронёсся через ущелье шахты Цишань, подняв клубы пыли. За пределами ущелья листья бешено кружились, а огромная стая ворон, испугавшись, взмыла в небо, затмив его своим чёрным покровом!
Буря приближалась!
- Скоро! Эти люди из клана Чжао Ле привели сюда волну зверей!
Одноглазый пробормотал, беспомощно вздохнув и глядя на Императора Сяо с выражением сожаления.
Император Сяо поднялся, сжимая в руке Древнюю Башню. Для Императора Сяо в нынешнем его состоянии, Древняя Башня была единственным пригодным оружием.
- А-у…
Внезапно из ущелья донёсся волчий вой. В темноте, без видимого силуэта, появились лишь зелёные светящиеся глаза волков в районе ущелья. Стая волков была стремительной, первой достигнув ущелья и самой осторожной, они остановились у входа. Этот волчий вой, однако, всполошил всех в шахте Цишань!
- Нападение зверей!
- Раньше, когда звери нападали, всегда были предвестники, почему на этот раз так внезапно!
...
Все запаниковали. У них не было силы Одноглазого, мастера царства Трансформации Души. Нападение зверей для них было равносильно катастрофе. Ещё больше их озадачивало то, что раньше, когда звери атаковали, Одноглазый всегда мгновенно организовывал оборону, а на этот раз, когда хищные звери уже ринулись в ущелье, Одноглазый стоял там, неподвижный и равнодушный.
- Босс Одноглазый, что нам делать? Сражаться? - спросил кто-то.
- Бегите, или ждите смерти, разницы всё равно нет, - безразлично ответил Одноглазый.
- Что?
- Одноглазый, что ты имеешь в виду? Ты собираешься просто смотреть, как мы умираем?
...
Все тут же пришли в смятение. Слова Одноглазого заставили их запаниковать. Похоже, Одноглазый не собирался действовать. Без этого могущественного мастера Царства Трансформации Души они не могли противостоять нападению зверей.
- Рёв!
Из ущелья раздался оглушительный рёв, за которым последовало появление двухметрового гигантского медведя, который с несравненной грубостью протаранил простые ограждения у входа в ущелье. Затем в проход хлынули всевозможные свирепые звери: шакалы, волки, тигры, леопарды. Их скорость была невероятной, они, словно взбесившись, бросились на шахтёров. В одно мгновение раздались крики ужаса, все отчаянно бежали, но всё равно не могли избежать погони хищников.
- Одноглазый, спаси меня!
Кто-то побежал к Одноглазому, но, едва произнеся эти слова, его повалил на землю свирепый волк, укусив за шею, и хлынула кровь. Это было слишком ужасно, повсюду раздавались душераздирающие вопли. В этот момент Император Сяо двинулся, не убегая, а вместо этого бросившись к тем хищным зверям. Он был подобен свирепому тигру, спускающемуся с горы, спрыгнувшему с огромного камня, властный и дикий, сжавший кулак и ударивший в голову свирепого волка, с громким грохотом, этот свирепый волк с воплями отлетел в сторону. Такое поведение удивило всех, остальные увидели эту сцену и были поражены. Даже Одноглазый был ошеломлён, он знал, что Император Сяо был непрост, но такое выступление превзошло его ожидания. Когда Император Сяо впервые прибыл в шахту Цишань, он казался очень слабым, но всего за несколько дней он превратился до такой степени, что это казалось нереальным.
Одноглазый знал, что мясо зверей, которых он убил, сыграло ключевую роль, но самым важным был сам Император Сяо. Но даже при этом, по мнению Одноглазого, шансы Императора Сяо выжить были один на десять тысяч.
- А-у!
Раненый могучим ударом Императора Сяо свирепый волк зарычал, призывая свою стаю. Два-три десятка хищников с налитыми кровью глазами и оскаленными клыками бросились на Імператора Сяо.
Император Сяо испустил боевой клич. Оттолкнувшись, он поддел ногой трёхтысячефунтовый валун, который с грохотом взмыл в воздух и обрушился на атакующую волчью стаю.
[Бум-бум-бум]
Семь-восемь свирепых волков были раздавлены валуном, а ещё трое-четверо с жалобным воем отлетели в стороны.
Не успев приблизиться, волчья стая лишилась половины своей боеспособности.
Оставшиеся волки ринулись вперёд. Імператор Сяо, словно дракон, задействовал духовную энергию, и его руки преобразились в настоящие драконьи когти.
Его реакция была молниеносной: одним драконьим когтем он схватил волка за голову, ранив его, а затем с размаху нанёс удар правой ногой, подобно «Качанию Хвоста Лазурного Дракона». Двое волков, пронзительно взвизгнув, врезались в скалу. Мощнейший удар раздробил её, и осколки разлетелись во все стороны.
- А-у-у!
Один из волков пронзительно взвыл, подпрыгнув и стремясь вцепиться в шею Імператора Сяо.
- Хватка Лазурного Дракона! - воскликнул Імператор Сяо. Он протянул руку, схватил волка за шею, с силой прижал его к земле и с хрустом свернул!
- Убить! – разнёсся боевой клич Імператора Сяо, сотрясая окрестности и устрашая остальных волков.
Стая потеряла больше половины своих бойцов. Но, что важнее, Імператор Сяо только что свернул шею вожаку, и оставшиеся волки не смели подступиться.
Глаза Императора Сяо налились кровью, на лице проступила звериная свирепость, сделавшая его ещё более грозным, чем самих хищников. Он ринулся к устью ущелья!
- Что задумал этот парень?
- Он хочет вырваться из ущелья, он просто сумасшедший!
Толпа замерла в ужасе: это было слишком безумно, они никогда не видели, чтобы кто-то осмелился в одиночку броситься навстречу животному бешенству!
Одноглазый казался оцепенелым: действия Імператора Сяо совершенно выходили за рамки его представлений.
- Если бы это было обычное нападение зверей, возможно, ты бы действительно смог спастись, но, к сожалению… – пробормотал Одноглазый. Даже если бы Императору Сяо чудом удалось вырваться из ущелья, нельзя было забывать, что группа Чжао Ли всё ещё оставалась здесь. Как они могли позволить Императору Сяо уйти живым из города Цишань?
http://tl.rulate.ru/book/142463/7787629
Готово:
