— В отеле «Ши́лла» в Сеуле, номер один. Позвони, когда приедешь.
— Хорошо, буду вовремя.
— Ладно, увидимся. Хайюнь повесила трубку и достала из сумки ключ-карту от номера 502.
Затем она позвонила на стойку регистрации и сделала несколько запросов относительно расположения комнат 501 и 502.
......
Время возвращается на три часа назад. Чжао Чэн уже полтора часа стоял в стойке наездника. В этот момент на нем был жилет с утяжелителем весом 100 кг, а также пара штанов и наручи, общая масса которых достигала 190 кг.
На земле лежали четыре массажера. Этот последний дракон оказался сложнее предыдущих. Он впитал четыре энергии, но еще не достиг прорыва.
Атрибуты тела стали:
Телосложение: 30
Дух: 27
Что более примечательно:
Сверхспособности: Очарование афродизиака, Суперсамоисцеление.
Обе сверхспособности эволюционировали!
Чжао Чэн был в восторге. Вместе с тем, что висел у него на поясе, у него было пять пар. Он размышлял, насколько увеличатся его атрибуты и способности.
Откуда ему знать, осталось ли это энергия старика, или же она была израсходована после тысяч лет существования? Если бы это было за тысячу лет до этого, он, вероятно, смог бы взлететь в небо с помощью этой энергии.
Через некоторое время энергия массажера на поясе была полностью поглощена. Чжао Чэн развязал его и бросил на землю. Его уставшее тело вновь наполнилось силой, кости, мышцы и сухожилия ощущали онемение и набухание.
— Иду!
Чжао Чэн почувствовал что-то в сердце, и последний дракон скоро будет завершен.
Он не знал, сколько времени прошло, но в голове Чжао Чэна раздался громкий «бум», будто одновременно зазвонили колокола и ударили барабаны, и восемь чудесных меридианов, двенадцать обычных меридианов и истинная Ци хлынули, словно огромные волны несущейся реки.
В корневище — нет, это скорее место схождения основных сухожилий. Плотно сплетённые сине-чёрные сухожилия на нём словно дышали сами по себе, сжимаясь и разрастаясь. Последний дракон пронзал восемь других, и на вершине выросла свирепая драконья голова.
В отличие от прохлады, которую он ощущал, когда сухожилия росли раньше, Чжао Чэн почувствовал лишь жгучее ощущение, мгновенно распростряняющееся от сухожилий ко всем меридианам. Истинная Ци, недавно хлынувшая бурными волнами, теперь ревела и кипела, вливаясь в даньтянь.
Энергия от массажера, впитанная в даньтяне, быстро переваривалась и поглощалась с видимой глазу скоростью. Новая истинная Ци больше не вырывалась из даньтяня, а бьющей фонтаном устремлялась наружу, заставляя Чжао Чэна ощущать, как его даньтянь наполняется силой.
Но даньтянь не казался раздутым и болезненным, потому что от места схождения цзун-сухожилий, от хвостов Девяти Драконов, боковые сосуды использовали эту истинную Ци для роста, укрепления и расширения.
Коллатерали — это, как правило, ответвления меридианов, и они меньше. Обычно они не содержат много истинной Ци. Однако в это время часть от цзун-жилок до даньтяня превратилась в новый меридиан.
В даньтяне истинная Ци, что текла со всего тела, следовала по вновь образованным меридианам от хвостов Девяти Драконов в цзун-сухожилия, а затем возвращалась из цзун-сухожилий обратно в даньтянь. После каждого цикла истинная Ци больше не ревела и не бурлила, а тихо оседала в самой глубокой части даньтяня.
Так, глубоко в даньтяне зажёгся крошечный красный огонёк, и скорость циркуляции даньтянь—цзун-сухожилия резко возросла. Наконец, истинная Ци всего тела сконденсировалась в маленькую точку, сияющую светом, к чему-то, будто зарождающемуся внутри.
Системное окно в сознании Чжао Чэна всплыло автоматически, а затем быстро исчезло. Книга боевых искусств открылась в его разуме, и строка золотых символов промелькнула:
«Дао»
Затем в него поступало еще больше информации, чем прежде. На тот момент ментальное состояние Чжао Чэна достигло тридцати. Хоть голова и не болела, время от времени он чувствовал головокружение. Ему вливали огромное количество знаний.
Чжао Чэн, превозмогая дурноту, встал, расставив ноги. Он уже заметил, что с его телом что-то не так, поэтому, подойдя к спальне, замер перед зеркалом, издал стон и застонал:
— Как мне этим пользоваться, чёрт возьми?!
Он увидел нечто огромное, свисающее между его ног, лишь немного тоньше собственных икр. Стоит учесть, что после всех тренировок за этот период его икры и так были далеко не худыми.
Голова всё ещё кружилась, знания вливались не полностью. Чжао Чэн с головной болью уставился на это. Неужели это конец?
Он принял решение, подумав: «Всё равно так получилось. Начну воображать прекрасные картины». Корни тут же разогрелись и набухли.
— Тьфу! — Чжао Чэн громко выругался. — Когда оно вставало, поднималось выше груди, а толщиной сравнивалось с бедром. Он-то думал, оно будет размером с детскую голову, а оно ещё больше.
— Владыка, прошу, не играй со мной так! — Чжао Чэн причитал. На самом деле он уже впадал в панику. Он начал размышлять, не ошиблось ли что-то в его тренировках. В конце концов, он слышал в истории, что Лао Ай мог вращать колесо, но никогда не слышал, чтобы кто-то мог использовать эту штуку как булаву, чтобы ударить кого-нибудь.
Он беспомощно вышел и лёг на кровать, корни по-прежнему стояли торчком, а голова разламывалась от дурноты. Теперь оставалось только надеяться, что после полного усвоения знаний найдётся какое-нибудь решение.
Отзывы
Я писал книгу полмесяца, и наконец-то после стольких неудач её собираются выставить на полки. Я очень нервничаю.
Самая большая проблема с чтением корейских комиксов в том, что они недостаточно захватывающие. Похоже, авторы в Корее не осмеливаются браться за всё, даже если это всего лишь фантазия.
Сначала я думал, что это ограничение, но финал «Богатой сестры» — это палка о двух концах, так что я не знаю, в каком моральном состоянии находятся её авторы и читатели.
Моя мотивация писать книгу тоже исходит из этого, но, возможно, потому, что я часто читаю статьи, даже после их пересмотра они остаются для меня «медленно горящими».
По первоначальному плану сюжет с массажистом должен был быть отложен на потом, но теперь темп ускорился, поэтому всем представлено то, что протагонист достиг состояния, которое может двигаться вперед.
Но из-за этого многое из того, что я написал раньше, стало обрезками, так грустно…
Кроме того, бесплатные главы должны быть более сдержанными, поэтому сексуальных сцен немного, но по мере продвижения практики протагониста, многое из них будет разблокировано после того, как они будут выставлены на продажу.
По мере роста способностей протагониста его поведение станет более смелым и безудержным. Чем сильнее подавление в начале, тем сильнее будет отдача.
Семья Пэйлинь, Дуоси Хуэймэй, Лия Маньшу, Цзинь Хайюнь, которой доверили её жизнь, и Чжао Цзяси, с которой она только что познакомилась, — все они не будут упущены.
Кроме того, помимо атрибутов жен-трай в этой книге, все должны видеть, что это книга, где собраны все. К тому же, когда я читаю романы, я ненавижу такие сюжеты, как спекуляция акциями, утечка информации о девушках, раздача девушек или обман, поэтому таких сюжетов, как «желтоволосый минотавр», точно не будет.
Помимо «драйва», я на самом деле надеюсь сделать историю яркой, интересной, новой и страстной. Например, чтобы сделать систему культивации более разумной и интересной, я буду изучать много знаний о пределах человеческого тела и даосской китайской медицине, и сделаю все возможное, чтобы она была более реалистичной и достоверной.
Так что, если вы увидите ошибку, обязательно укажите на нее, и я ее исправлю. Если это не ошибка, я четко объясню.
Наконец, я хотел бы попросить всех подписаться и включить автоподписку. Те, кто постоянно поддерживает книги, также могут помочь, подписавшись и включив автоподписку. Некоторые новые книги перестанут выходить через некоторое время. Я очень прошу вас подписаться.
Глава 40 Вопросы
Чувство головокружения постепенно отступило, и в сознании появились два набора упражнений. Первое называлось «Двойное совершенствование», а второе — «Жуи».
Несмотря на то, что его корни выглядели именно так, Чжао Чэн почувствовал прилив тепла в сердце. Наконец-то это стало возможным. Его жизненно важные усилия и усердная практика стоили того.
Содержание двойного совершенствования слишком сложное, поэтому его можно разделить на две части.
Первая часть озаглавлена «Цай Чжань» и разделена на две главы.
Первая глава называется «Методы битвы», которая в основном учит, как возбудить женщин и достичь оргазма легче. Она включает понимание акупунктурных точек и циркуляцию ци и крови в теле человека, а также то, как находить чувствительные зоны и как лучше стимулировать сексуальное желание. Эффект аналогичен приему афродизиаков.
Вторая глава называется «Сбор Ци», которая в основном собирает Инь-эссенцию или Ян-эссенцию, высвобождаемые женщинами и им самим при достижении оргазма. Чжао Чэн протер глаза, чтобы убедиться, что он правильно запомнил, и что это действительно может собирать высвобождаемую им самим Ян-эссенцию.
Следовательно, вы будете становиться сильнее и сильнее, и это не навредит вашему телу. Однако, если вы будете черпать энергию из женщин без ограничений, возникнут проблемы, от тяжелой болезни до смерти.
Чжао Чэн вспомнил, что легендарный Желтый Император вознесся на небо после совокупления с тремя тысячами наложниц. Может ли этот метод сбора ци происходить от этого?
Кроме того, эти две статьи касались меридианов, ци и крови, а также времени, географии и многого другого. Количество знаний было огромным, и это была лишь часть, посвященная половым сношениям. Однако Чжао Чэн был немного разочарован после прочтения, потому что его самая насущная и огромная проблема так и не была решена.
Вторая часть называлась «Защита семени», и она также была разделена на две главы. Первая глава называлась «Защита и поддержка», а вторая – «Посев пути».
Чжао Чэн быстро просмотрел эту часть и по-прежнему не нашел решения, поэтому переключил свое внимание на главу «Жуи».
Как только он начал читать, он выпрямился на кровати. Эта статья была именно тем, что ему нужно!
Глава «Жуи» была посвящена людям с недостатками. Что такое недостатки? Они либо рождаются низкорослыми, размером всего 2-3 сантиметра, даже если девять драконов поддерживают столпы, либо получают травму и им не хватает секции.
Почему это называлось «Жуи»? Потому что после культивации оно могло становиться большим или маленьким по желанию. Оно могло не только исправлять дефекты, но и приспосабливаться к различным глубинам и широтам.
Чжао Чэн был поражен. Можно было сказать, что это была какая-то магическая техника, которая не только восполняла недостатки, но и превращала отходы в сокровище.
Эта статья на самом деле была дополнением к статье «Двойное культивирование». Она решала проблему того, что некоторые люди по-прежнему не могли практиковать двойное культивирование, даже если освоили предыдущие. Обычные люди могли практиковать это или нет.
Если это было так хорошо, почему обычные люди могли не практиковать это?
Потому что, если ты хочешь практиковать, ты не можешь потерять девственность, когда очищаешь первый размер. Чжао Чэн предположил, что это должно быть так же, как и когда Девять Драконов обнимали столп. Ты не мог часто терять свою янскую сущность, чтобы активировать жизненную силу корня. Однако Чжао Чэн оставил оставшиеся 4 массажера, и он, вероятно, не был бы медленным в практике самостоятельно.
— А это еще и отрабатывать надо. Я ведь тоже инвалид, неужто игра слишком громоздкая!
Он поднялся с кровати, снял штаны и, как было сказано, сел, скрестив ноги, на пол. Затем он положил оставшуюся «игрушку» рядом с собой, чтобы иметь возможность применить ее в любой момент.
Что до того, почему он снял штаны, так это потому, что в методе совершенствования было четко указано: при практике человек должен находиться в твердом и эрегированном состоянии. При нынешнем размере Чжао Чэна ему было бы невозможно заниматься без снятия штанов.
Вспоминая содержание «Жуи», он позволил истинной Ци течь по намеченному пути. Основной маршрут течения в данной статье — меридианы печени, селезенки и легких, что не отличалось сложностью.
Истинная Ци циркулировала стремительно, и через некоторое время большая ее часть собралась у корневищ. Это было не так прохладно, как когда Девять Драконов обхватывали столп. В этот момент «палка» горела жаром, словно ее обжигали огнем. Истинная Ци потреблялась быстро, и даже при нынешнем богатстве истинной Ци у Чжао Чэна не хватало выносливости, и циркуляция техники замедлилась.
Тогда Чжао Чэн взял «игрушку», обвязал ее вокруг талии и живота. Вскоре истинная Ци в его теле привлекла энергию наружу, а оставшаяся истинная Ци в его даньтяне окутала энергию и была быстро переработана и поглощена.
Практика, подкрепленная истинной Ци, вновь начала действовать, и вскоре потребление и поглощение достигли баланса.
Чжао Чэн сидел тихо. Это, казалось, было первое статическое упражнение, которым он занимался с момента своего путешествия во времени. Это был иной опыт по сравнению с физическими упражнениями.
Его дыхание постепенно выровнялось и стало долгим, глаза закрылись, выражение лица стало умиротворённым и спокойным, мысли постепенно улеглись, внутренний шум рассеялся, словно плывущие облака, тело стало подобно неподвижной горе, невосприимчивой к шуму внешнего мира. Если бы не огромный корневой отросток, выросший до груди и нарушавший своим движением эту картину, он выглядел бы как мастер, пребывающий в медитации.
По мере того как площадь охватывал палящий жар, твёрдые корни постепенно смягчались. Это было не чувство слабости, а скорее ощущение, будто железный стержень расплавился под высокой температурой, что заставило Чжао Чэнфу глубоко запечатлеть в своём сознании новый размер.
Со временем, когда Чжао Чэн снова открыл глаза, корневой отросток наконец-то вернулся к своему «нормальному» размеру: 20 сантиметров в длину во взведённом состоянии и 18 сантиметров в окружности.
Взглянув на два оставшихся стимулятора, Чжао Чэн просто выложился по полной, поглотив их все сразу, и снова начал тренироваться. На этот раз он усовершенствовал ещё два размера: один для того, чтобы справиться с бездонной глубиной, а другой — с узостью и трудностью входа.
Что касается его первоначальной громадности, Чжао Чэн предположил, что никогда не сможет им воспользоваться при жизни, если только не встретит великана.
Как раз когда Чжао Чэн встал, готовясь найти Хайюнь, чтобы отпраздновать своё окончательное возвращение к норме, багровый свет, сиявший в глубине его даньтяня, внезапно сжался, а затем снова расширился, превратившись в огненно-красное семя.
Однако семя теперь было покрыто следами ожогов, словно его обожгло огнём. Каждый раз, когда поглощалась частица истинной ци, следы ожогов расширялись, превращаясь в трещины, с проступающими признаками раскола.
Как только семя проявило признаки растрескивания, Чжао Чэн почувствовал в своем даньтяне сильную жгучую боль и упал на постель, держась за живот.
Оказывается, уровень назван «Семенем Дао» потому, что истинная ци закладывает основу через Девять Драконов, сгущается в световые точки, а затем поливается собранной иньской сущностью и собственной янской сущностью. Когда инь и ян сходятся, световые точки превращаются в семена Дао.
Но Чжао Чэн поглощал чужеродную энергию для практики. Раньше это было нормально, поскольку эта часть энергии в основном использовалась для укрепления тела после переваривания и поглощения истинной ци. Но на этот раз он использовал истинную ци, сгенерированную чужеродной энергией, что повлияло на природу световой точки. Изначально она должна была быть бесцветной, и полученное семя Дао также было бесцветным.
По сути, это пустяки. Если начать парную культивацию нормально, это не повлияет на формирование семени Дао. Что происходит, так это изменение свойств самого семени Дао, а также изменение природы истинной ци.
К несчастью, Чжао Чэн сначала практиковал «Жуи», а затем снова использовал чужеродную энергию для генерации истинной ци, культивируя её сразу в трех размерах. Семя Дао сформировалось под стимуляцией огромного количества истинной ци, но основа была непрочной, а природа неустойчивой, поэтому оно получило жгучую природу, из-за чего семя Дао оказалось на грани гибели сразу после рождения.
Чжао Чэн не знал об этом и катался по полу, держась за живот. Он понимал, что с ним что-то пошло не так, но не знал, что именно.
Как раз в этот момент у двери раздался звуковой сигнал, и Хайюнь, надев халат, толкнула дверь и вошла.
Слова автора:
Слова автора: Я постараюсь обновить 3 раза сегодня, 8 из которых будут в 14:00.
Глава 41 Первый раз
Хайюнь с удивлением увидела Чжао Чэна, свернувшегося в клубок на полу под кроватью, когда вошла в комнату. Она быстро подбежала и спросила: — Оппа, что с тобой?
Она лишь чувствовала, что должна была прийти в этот момент, но не знала, почему Чжао Чэн стал таким. Она обеспокоенно наклонилась и помогла ему подняться.
Чжао Чэн, терпя жгучую боль в животе, медленно встал и, с помощью Хайюнь, сел на край кровати. Однако случайный взгляд заставил его застыть, словно он вмерз. Оказалось, Хайюнь ничего не надела под халат. Перед ним показались белые, стоячие ягодицы1 и розовые соски2.
— Оппа, ты! — в ужасе воскликнула Хайюнь и подсознательно отшатнулась, с изумлением глядя на корень, выросший до груди Чжао Чэна и уже почти толще ее талии. — Это еще человек?!
Чжао Чэн понял, что его член уже стоял, но, не имея над ним контроля, он оставался прежнего размера. Он, подавляя боль, молча воспользовался «Жуи»3.
— Застынь! — тихо произнес он, и корневище сжалось обратно до двадцати сантиметров.
Это была встроенная функция «Жуи». Иначе было бы крайне хлопотно практиковать навык перед каждым половым актом. Однако его сбила с ног жгучая боль, прежде чем он успел это сделать.
Хайюнь наблюдала, как гигантское существо сжалось обратно до своих обычных размеров. Даже если она догадывалась, что Оппа не обычный человек, зрелище перед ней все равно потрясло ее. Но Чжао Чэн снова свернулся на кровати от боли.
Хайюнь покраснела. Она знала, что делать дальше, и давно готовилась к этому моменту, но все же немного растерялась и не знала, как поступить.
Он стиснул зубы и неловко снял свой халат, чем заставил Чжао Чэна, у которого от боли вздулись вены на лбу, застыть от изумления.
У девушки было очень тонкое телосложение, и ягодицы с сосками в ее ладонях слегка дрожали при каждом движении. Она остановилась, как только сняла халат.
— Оппа, ты не мог бы перестать смотреть… — тихо проговорила Хайюнь, не смея взглянуть в его обжигающие, словно способные испепелить человека, глаза.
Девушка робко обхватила одной рукой грудь, другой прикрывая сокровенное. Ее длинные белые ноги были скрещены, пока она стояла на коленях на кровати, создавая изящный образ красавицы.
При обычных обстоятельствах Чжао Чэн уже давно бы набросился на нее, но сейчас он мог лишь не отрываясь любоваться ею, с высоко поднятым «гневным драконом». Стоило умереть, глядя на столь прекрасное зрелище.
«Я умираю, пойду и посмотрю, что случилось», — подумал Чжао Чэн, но от боли не мог произнести ни слова.
Видя, что он все еще в прежнем состоянии, Хайюнь недовольно взглянула на него, затем, подавив смущение, подошла к изголовью кровати и выключила весь свет в комнате. Поток весеннего света, который увидели глаза Чжао Чэна, чуть не вылез из орбит.
Прежде чем Чжао Чэн успел пожалеть, что не сможет увидеть прекрасную картину перед смертью, холодная маленькая ручка нежно сжала его «гневного дракона», затем обернулась теплом и влагой, а маленький язычок нежно принялся его облизывать.
— Ох… — Чжао Чэн протянул долгий, удовлетворенный вздох, бормоча про себя:
«Оно того стоило».
Хайюнь почувствовала что-то необычное, едва прикоснувшись к Чжао Чэну. Его тело горело, особенно огромный «гневный дракон». Касаясь его, казалось, будто он впивается прямо в сердце.
http://tl.rulate.ru/book/142192/7461945
Готово:
