— Мисс Ся, пожалуйста, сначала выслушайте меня до конца. Хотя пациент благополучно пережил критический послеоперационный период, текущее состояние остаётся коматозным, и мы не можем предсказать, как долго продлится эта кома... — продолжил врач.
Ладонь Ся Цинъюэ внезапно похолодела, и она снова перестала воспринимать слова, потому что Цзян Цы получил огнестрельное ранение в нескольких сантиметрах от сердца, и после двух операций пулю наконец извлекли.
Слова врача о том, что невозможно определить продолжительность комы, звучали тревожно, так как даже медики не решались дать точный прогноз.
— По правилам больницы посещения в реанимации запрещены. Прошу прощения, мисс Ся, я сообщу вам, когда состояние пациента улучшится, — объяснил врач, который не мог нарушить больничный устав и был вынужден честно сказать это родственнице.
Ся Цинъюэ не хотела сдаваться, и ей необходимо было увидеть Цзян Цы своими глазами, поэтому она умоляла:
— ...Умоляю, доктор, я... я только взгляну...
— Искренне сожалею. Мы понимаем ваши чувства, но правила есть правила... — врач снова отказал.
В этот момент в палату вошла группа врачей и медсестёр во главе с главврачом больницы, который прибыл по указанию вышестоящего руководства, и в данном случае можно было сделать исключение, разрешив Ся Цинъюэ посетить реанимацию, так как контакт с близкими мог благоприятно повлиять на пробуждение пациента.
Облачившись в стерильную одежду, Ся Цинъюэ вошла в реанимационное отделение и увидела вдалеке Цзян Цы на больничной койке, а рядом монитор отображал ритмичные колебания его сердечного ритма.
Подойдя к кровати, Ся Цинъюэ опустила взгляд и увидела, что его губы были бледными, а дыхание настолько тихим, что его почти не было слышно. На лице и в уголках губ виднелись синяки.
Неконтролируемая слеза скатилась по её щеке и упала на его руку, но он ничего не почувствовал и оставался неподвижным.
— Ацы, — Ся Цинъюэ села на стул, взяла его руку и прижала к своей щеке, а в её голосе явно слышались слёзы. — Ты ведь слышишь меня... Я знаю, ты меня слышишь...
— Помнишь, в детстве ты обожал, когда я рассказывала тебе истории? Я расскажу тебе одну, только проснись... Я не могу видеть тебя здесь, ты должен... поправиться... — её голос звучал тихо, словно возвращая их в беззаботное детство, когда у них не было никаких забот.
Она вспоминала их детские шалости, как он в детском саду каждый день ждал, когда она с родителями придёт за ним, их первую ссору в средней школе из-за разногласий, а также как в старших классах он выиграл забег на школьных соревнованиях, и она так за него радовалась.
Держа его руку, Ся Цинъюэ сожалела, что не осознала своих чувств раньше, потому что если бы она поняла это раньше, то смогла бы лучше запомнить все детали их прошлого.
Однажды, после того как они стали парой, Цзян Цы сказал ей:
— Ся Цинъюэ, ты никогда не говорила мне "я тебя люблю". Я хочу это услышать.
Он ждал этих слов, и она действительно любила его, но намеренно дразнила, отказываясь произносить их.
— ...Ацы. — Его каштановые волосы слегка спадали на лоб, почти касаясь ресниц, и Ся Цинъюэ аккуратно поправила их, едва касаясь его длинных ресниц. Глядя на него, она прошептала, сдерживая рыдания: — Я люблю тебя.
— Я так сильно тебя люблю... — её искренняя любовь была страстной и безграничной, а любовь Ся Цинъюэ к Цзян Цы была непреложной истиной.
После потери сознания Цзян Цы находился в своём подсознании, и первоначально в его мире не было ничего, только обрывочные, хаотичные звуки.
Но внезапно он услышал голос Ся Цинъюэ, голос, который он никогда не смог бы забыть, и она рассказывала ему историю, вспоминала их прошлое, смеялась и плакала, умоляя его очнуться.
Она сказала, что любит его, очень сильно, и Цзян Цы медленно открыл глаза. Всё вокруг казалось бесцветным, но когда он увидел Ся Цинъюэ, она стала единственным цветным пятном в его сером мире.
— ...Юэюэ. — Он перевернул ладонь и сжал её руку, а его голос был слабым после пробуждения.
Услышав это, Ся Цинъюэ подняла голову и увидела, что он очнулся, поэтому не раздумывая, она осторожно обняла его, стараясь не задеть рану.
— Ацы, ты проснулся... — Она прижималась к нему, не желая отпускать, а её слёзы падали на него. — Ты даже не представляешь, как я волновалась... Я так боялась... Но я верила... что ты обязательно очнёшься...
Она дрожала, обнимая его, а Цзян Цы хотел утешить её, но движение руки вызвало боль в области сердца, и он слегка поморщился.
К счастью, она не заметила, иначе начала бы волноваться ещё сильнее.
Он положил руку ей на спину, мягко успокаивая, и произнёс тем голосом, который она так долго ждала, с лёгкой улыбкой:
— Старшая сестра, девушка, за которой я так долго ухаживал. Я не мог просто так уйти.
http://tl.rulate.ru/book/142140/7229145
Готово:
