Готовый перевод Got into a novel about remorse? A hundred calls at the start, and I'm on a roll! / Попал в роман о раскаянии? Сотня лещей на старте, и я в ударе!: Глава 24. Директор Линь: «Что за истеричка!»

(Ctrl + влево) Предыдущая глава | Оглавление | Следующая глава (Ctrl + вправо)

Когда Бай Хуалянь получила звонок от классного руководителя, её первой мыслью было: «Неужели Тан Цинмо опять что-то натворил в школе?!»

У Дэтун звонил домой, но Тан Цзяньжэнь и Тан Жолин были в компании, а Бай Хуалянь с Тан Айли и остальными поехали в больницу к Тан Фэйфэй.

В итоге трубку взяла тётушка Ван и передала всё Бай Хуалянь.

Поскольку Тан Фэйфэй всё ещё была в реанимации, Бай Хуалянь сначала не собиралась ехать в школу, надеясь, что Тан Цинмо её поймёт.

Но Тан Сюэжун захотелось увидеть, как Тан Цинмо попадёт впросак, и она уговорила мать поехать вместе.

Едва они вошли в ворота школы, как увидели ожидавшего их Тан Сяньси. Они втроём немного поболтали, обсудили, какой Тан Цинмо негодяй, и только потом направились в кабинет директора.

Кто бы мог подумать, что, подойдя к двери, они увидят, как Тан Цинмо наступает кому-то на грудь со злобной ухмылкой на лице! Это так напугало Бай Хуалянь, что она закричала!

— Цинмо, как ты можешь стоять на человеке!

— Тц, только сейчас явились. Поезд уже ушёл, — Тан Цинмо убрал ногу и снова уселся на диван в кабинете.

Появление этих двух женщин его только раздражало.

— А где глава семьи Тан? Разве У Дэтун не ему звонил? Почему вы приехали?

Холодный тон Тан Цинмо ранил Бай Хуалянь в самое сердце.

После вчерашних событий её сын отдалился от неё.

Так не должно было быть!

[Очки раскаяния Бай Хуалянь +100!]

Тан Сюэжун, раздосадованная поведением Тан Цинмо, вспылила:

— Как мы могли беспокоить отца из-за твоих дурацких проблем!

— Если бы не звонок твоего классного руководителя, мы бы вообще не приехали! Что ты опять натворил?!

Она с порога начала обвинять Тан Цинмо, даже не потрудившись узнать, в чём дело!

— Учитель У, почему вы стоите на коленях?

Тан Сяньси, войдя, увидел Чжан Лина и У Дэтуна на коленях, а также троих избитых незнакомых мужчин и…

— Здравствуйте, директор Линь!

Тан Сяньси тут же вежливо кивнул директору, надеясь произвести на него хорошее впечатление.

— Здравствуй, ученик Тан.

Но директор Линь отнёсся к нему прохладно и подошёл прямо к Бай Хуалянь.

— Госпожа Тан, спасибо, что приехали.

Бай Хуалянь с печалью посмотрела на Тан Цинмо, который сидел на диване, игнорируя их.

— Не стоит благодарности, директор. Скажите, мой сын, он?..

Стоявшая рядом Тан Сюэжун тут же перебила:

— Директор! Если мой так называемый брат что-то натворил, пожалуйста, не обращайте внимания на нашу семью и накажите его по всей строгости!

— Пятая сестра, не говори так. Главное, чтобы братец раскаялся, наказание — это слишком сурово, — вовремя вмешался Тан Сяньси.

Однако его слова лишь усилили неприязнь Тан Сюэжун к Тан Цинмо. Её взгляд был полон отвращения.

— Сяньси, ты слишком добрый. Он так тебя обижает, а ты всё ещё за него заступаешься!

— Директор Линь, пожалуйста, накажите Тан Цинмо! Только так он усвоит урок и в будущем станет нормальным человеком!

«…» — слова Тан Сюэжун заставили директора Линя нахмуриться.

Хотя Тан Сюэжун и была популярной звездой, он не следил за миром шоу-бизнеса и знал лишь, что она — сестра Тан Цинмо.

Она же его родная сестра, как можно выносить вердикт, даже не спросив о причинах?

А эта Бай Хуалянь, с самого начала стоит с печальным лицом и даже не поинтересовалась, как её сыну живётся в школе!

Эх…

Похоже, слухи о семье Тан не врали. Они лелеют фальшивку и издеваются над родным сыном!

Мозги у них, что ли, собака съела?!

К этому моменту директор Линь уже не испытывал к семье Тан никакой симпатии, но всё же честно изложил суть дела:

— Госпожа Тан, вас действительно вызвал его классный руководитель, У Дэтун.

— Но после проверки я выяснил, что произошло недоразумение. На этот раз жертвой стал ваш брат, Тан Цинмо. За последние два месяца…

— Директор, вам не нужно заступаться за Тан Цинмо из-за нашей семьи, — перебила его Тан Сюэжун.

Директор Линь: ?

— Раньше нам уже звонил учитель У и говорил, что этот ублюдок Тан Цинмо не хочет учиться и издевается над одноклассниками. Мы прекрасно знаем, что он за человек!

«…»

Директор Линь остолбенел от слов Тан Сюэжун.

Это… это родная сестра?!

Он ошеломлённо посмотрел на Тан Цинмо, сидевшего на диване. Тот лишь холодно усмехнулся и пожал плечами.

Похоже, привык!

Тогда директор Линь перевёл взгляд на всё ещё скорбящую Бай Хуалянь:

— Госпожа Тан, ученик Тан действительно жертва!

— Я уже провёл расследование и выяснил, что всё это время его травил Чжан Лин, а классный руководитель У Дэтун был его пособником!

Взгляд Тан Сюэжун стал ледяным, а тон — нетерпеливым:

— Директор, вы что, взятку от Тан Цинмо получили? Почему вы постоянно его защищаете?

Директор Линь опешил: «А?»

— Сяньси и учитель У всегда говорили, что Тан Цинмо в школе ведёт себя высокомерно, не уважает ни учителей, ни старших!

Сяньси?..

Тан Сяньси?

Директор Линь тут же перевёл взгляд на Тан Сяньси.

Похоже, в том, что семья Тан так ненавидит Тан Цинмо, этот парень сыграл не последнюю роль!

— ?! — Тан Сяньси увидел, что взгляд директора становится всё холоднее, а затем посмотрел на Тан Цинмо, который с самого начала лишь холодно усмехался. У него возникло дурное предчувствие!

— Такой злой человек, как Тан Цинмо, наверняка в школе…

— Пятая сестра, я думаю, это всё недоразумение! — он тут же остановил разбушевавшуюся Тан Сюэжун.

— Директор Линь ко всем относится справедливо, он точно не защищает братца!

Во взгляде Тан Сюэжун промелькнула нежность:

— Эх, Сяньси, ты опять заступаешься за Тан Цинмо…

Директор Линь: «…Ну и истеричка же!»

В этот момент Бай Хуалянь наконец-то отреагировала. Она подошла к Тан Цинмо и с горечью сказала:

— Цинмо, если у тебя есть какие-то проблемы, ты можешь рассказать, мама тебе поможет!

Директор Линь: «То есть всё, что я говорил до этого, было впустую?»

Тан Цинмо многозначительно улыбнулся и посмотрел на дрожащего от страха Чжан Лина.

— Чжан Лин, расскажи всем присутствующим, почему ты меня травил?

Бай Хуалянь словно громом поразило: