Линь Сяосяо низко опустила голову и крепко сжала брови.
— Мы же всего лишь студенты...
— Тогда надо спросить кого-то не из студентов!
Когда Фу Цинъяню позвонила Линь Сяосяо, в её голосе слышались такие рыдания, будто её вот-вот поведут на расстрел. Чтобы максимально снизить стресс для девушки, он тщательно выбрал место для встречи.
— Ресторан с шведским столом? Да-да, отлично.
Услышав это, Сяосяо даже успела добавить:
— Только приходи вовремя, если опоздаешь — меньше времени на еду, не окупишь затраты.
Фу Цинъянь мысленно усмехнулся, подумав, что какое бы время она ни пришла, всё равно не окупит.
Когда они встретились, Линь Сяосяо первым делом набросилась на еду, и эта картина заставила Фу Цинъяня усомниться — та ли это Сяосяо, что рыдала в трубку час назад?
Убедившись, что девушка наелась, он осторожно спросил:
— Так в чём дело?
Линь Сяосяо, верная себе, мгновенно сменила выражение лица.
— Фу Цинъянь, что мне делать, наш куратор...
Она рассказывала сквозь всхлипы, израсходовав целую пачку салфеток, а её рыдания заставляли сердце Фу Цинъяня сжиматься.
Проходящие мимо посетители бросали на него выразительные взгляды, полные осуждения, ненависти и прочих трудноописуемых эмоций.
Промучившись под этим взглядом тридцать минут, Фу Цинъянь наконец разобрался в её проблемах.
Во-первых, в день пожара они действительно жарили в общежитии мясо, нарушая правила, отсюда её чувство вины.
Во-вторых, несколько парней из Университета Б написали Линь Сяосяо любовные письма, которые перехватил куратор, отсюда её страх.
Если кратко, чего она боится?
Первое: она ошибочно полагает, что куратор обнаружил их спиртовую горелку и теперь исключит её из университета, от этого она ревела, как заплаканный котёнок.
Второе: она думает, что куратор, увидев столько любовных посланий, заподозрит её в аморальном поведении.
«Аморальное поведение? В каком это ещё веке?» — подумал Фу Цинъянь, сохраняя внешнее спокойствие.
Такой ход мыслей, если применить его к Линь Сяосяо, казался ему вполне объяснимым.
— Сяосяо, университет — не карательный орган, чтобы исключать студентов по первому поводу, — начал он. — Даже если бы вас поймали, максимум — выговор. А так ведь никаких доказательств нет?
Линь Сяосяо задумалась, по крайней мере, сделала вид, затем кивнула.
Фу Цинъянь улыбнулся:
— Остаётся второй страх, да?
Девушка энергично закивала, глядя на него, как утопающий на спасательный круг, будто на его лице была кнопка с решением проблемы.
— Подожди секунду, — неожиданно сказал Фу Цинъянь.
Сяосяо удивлённо наблюдала, как он встаёт и направляется к стойке с едой.
Вскоре он вернулся с кружкой клубничного молочного чая.
Заметив, как её глаза загорелись при виде напитка, Фу Цинъянь подул:
— Пей давай.
Сяосяо сделала большой глоток, и её глаза сияли, будто чай уже победил все её проблемы.
Именно в этот момент Фу Цинъянь вернулся к главной теме:
— Почему ты так переживаешь из-за мнения куратора? Эти письма — инициатива других людей, какое это имеет отношение к тебе?
— Верно, — кивнула Сяосяо. — Но зачем мне хранить всё это в комнате?
Фу Цинъянь прищурился:
— Хм... Действительно, зачем?
— Да я просто забыла, что они там! — возмутилась девушка.
Уголок губ Фу Цинъяня дрогнул в мгновенной улыбке, которой Сяосяо не заметила.
Одна кружка чая — и большая проблема уже решена.
Что касается симпатичного парня напротив...
Фу Цинъянь решил, что при длительном знакомстве Сяосяо просто привыкла к его внешности.
Эта девчонка только в особых случаях выдавала что-то вроде: «Фу Цинъянь, ты такой красавчик!»
Например, во время практики по анатомии, когда она, держа скальпель, заявила, что он её «до слёз красив».
Или на вершине горы: сначала восторженное «Какой же ты красивый!», а потом — «Но разница в возрасте и выносливости слишком велика», что довело Фу Цинъяня до состояния %¥&*#@.
— Линь Сяосяо? — Фу Цинъянь откинулся на спинку стула, приподняв бровь. — А если я притворюсь твоим парнем? Тогда твой куратор не сможет ничего сказать.
Сяосяо, потягивающая чай:
— (⊙o⊙)
Фу Цинъянь вздохнул и решил пояснить:
— В прошлый раз, когда я спросил, можно ли за тобой ухаживать, ты ответила «не знаю». Сейчас я объясню.
Сяосяо широко раскрыла глаза, ожидая объяснений...
Фу Цинъянь:
— ...
— Ну же, объясняй! — подгоняла она.
Фу Цинъянь начал «анализ»:
— Роман в университете не запрещён, верно?
— Угу.
— Я буду притворяться твоим парнем, но ничего тебе не сделаю (ложь).
— Угу.
— Раз у тебя есть такой замечательный парень, как я, о каком ещё аморальном поведении может идти речь?
Сяосяо задумалась — действительно, о каком?
Улучив момент, Фу Цинъянь решительно заявил:
— Так что скажешь — согласна?
Белая крольчиха кивнула:
— Согласна!
Фу Цинъянь протянул руку для «пятюни», но Сяосяо подняла мизинчик.
— Фу Цинъянь, загибай мизинец — сто лет не изменять!
Фу Цинъянь:
— ...
«Чёрт... в прошлой жизни...» — мысленно простонал он. -_-||
http://tl.rulate.ru/book/142012/7210538
Готово:
