Оделли осторожно вставила Кровавый Кристалл. Точно в контур «разрушения», а не «запуска».
В тот миг, когда кристалл чётко сцепился с магическим кругом, из пола донёсся низкий гул.
Скрытый в кристалле багряный свет вспыхнул, как пламя, и дрогнул.
И…
Тресь.
Постепенно, очень медленно, нити света одна за другой обрывались, магические цепи мутнели. Настолько сложный и филигранный круг начал угасать, словно живое существо, дожившее свой век.
Половина жизненной силы, что Рудвиль отдал ради завершения ритуала, возвращалась истинному хозяину.
Оделли молча наблюдала за происходящим.
Когда магический круг окончательно исчез, пространство вновь погрузилось во тьму.
В тот момент в глубине груди возникло чувство, будто тончайшая нить оборвалась.
Тук и всё.
И вместе с тем нахлынуло тяжёлое, нестерпимое чувство утраты.
Последняя и единственная нить, что связывала её с Рудвилем через ритуал, теперь полностью исчезла.
Оделли тихо вдохнула.
Ощущение, будто где-то в груди образовалась пустота.
«…На этом всё».
Оставалось только одно: кому суждено жить — пусть живёт, кому умереть — пусть умрёт.
До того ей предстоит помочь Рудвилю прийти в себя и дать ему цель, ради которой он снова будет жить.
Оставшиеся пять лет она проживёт в делах.
Как бы она ни старалась подбодрить себя, чувство пустоты не уходило.
Наконец оборвалась эта до тошноты тягучая связь, которой лучше бы и не случаться с самого начала…
«Пора возвращаться».
Оделли медленно повернулась.
В этом месте, где не осталось ничего, ей уже нечего было делать.
Но в тот миг…
Вспых.
Мягкий свет разрезал кромешную тьму.
— ..!
Оделли с неверием обернулась.
Кровавый кристалл Рудвиля, который должен был исчезнуть вместе с кругом.
Алый кристалл всё ещё сиял на полу.
Горел, как негасимое пламя.
Оделли застыла на месте и уставилась на одиноко лежащий кристалл.
Магический круг исчез без следа, а его пламевидное мерцание не утихало.
— …Почему.
Сердце едва не рухнуло вниз.
А вдруг разрушение ритуала провалилось?
На мгновение в голове промелькнула такая зловещая мысль.
Но нет.
«Круг исчез. Ритуал полностью разрушен…»
Она была уверена.
Даже наполовину израсходованная жизненная сила Рудвиля точно вернулась к нему.
Но почему же остался Кровавый Кристалл?
Посредник, который должен был исчезнуть вместе с кругом.
Оделли осторожно опустилась перед ним на колени.
Подняв алый кристалл, она ощутила на кончиках пальцев слабое тепло.
Тёплое, как температура человеческого тела. Будто в нём заключена чья-то душа. Но ни зловещего, ни жуткого ощущения не возникло.
Напротив… на душе стало странно спокойно.
«Рудвиль почти всего себя отдал, чтобы создать это».
Рудвиль вложил в этот кристалл не только жизненную силу, но и память, и чувства, и всю отчаянную бездну и одержимость, накопившиеся за бесчисленные возвраты.
Как бы сильно ни была вложена воля, обычно вместе с разрушением ритуала всё это должно было исчезнуть.
Но Рудвиль не был «обычным».
«Может быть, дело в том, что он — возвращенец».
Выходит, одна и та же мечта копилась в его душе тысячи раз.
Столько желания, тоски, мольбы, безумия… вот почему, даже когда исчез круг, кристалл не исчез. Вещь, расколовшись, на этом кончает свой путь, а сердце человеческое, даже разбитое, остаётся в виде упрямого сожаления.
Возможно, это не остаток магии, а последний осколок чувств Рудвиля.
Едва-едва оборвав связь, она ощутила, будто этот кристалл вновь стягивает концы нити, твердя: «Ещё не могу отпустить».
Оделли долго смотрела на него.
Невольно вспомнилось желание Рудвиля — вместе встретить её тридцатилетие.
Может, он не исчез, потому что те чувства ещё не исчерпаны…
«…Бессмысленно».
Он всё ещё блуждает в поисках женщины с голубыми глазами.
Память он утратил, но сердцем отпустить не смог.
Этот кристалл, возможно, и есть сама искренность Рудвиля.
Если так, то он может стать индикатором.
«Когда Рудвиль полностью отпустит меня, исчезнет и этот кристалл».
Оделли снова спрятала кристалл за пазуху.
* * *
Третий день, как орден Рассвета выступил в поход.
На опустошённом поле снег, выпавший за ночь, был окрашен в багряный кровью.
Название этой деревни больше ничего не значило.
Уже много лет назад эти земли обратились в руины из-за набегов одной разновидности чудищ.
«Белуза».
Ядовитые монстры, от чьего дыхания кожа плавится, а внутренности гниют.
Сейчас Рудвиль стоял прямо в гуще стаи Белуз, уничтожившей всю деревню.
Получая удары их дыхания и не моргнув глазом.
Рубил, снова и снова, и шёл вперёд по прямой.
Словно человек, не знающий, что такое отступление.
— Ваша светлость! — крикнул помощник великого герцога, Эдвин, переводя замерзающее дыхание на краю обрушившегося ущелья.
Часом ранее.
Рудвиль, приманив Белуз, нарочно обрушил вход в ущелье.
Это был манёвр, чтобы сузить ход чудищ, но заодно решающее действие, лишившее кого-либо возможности последовать за ним.
Безрассудно, по его собственному произволу.
«Чёрт, опять!»
Эдвин лишь теперь понял, что их провели.
Рудвиль использовал операцию по истреблению чудищ, чтобы предаться забаве, граничащей с самоубийством.
— Белкан! Всё ещё никак? — закричал Эдвин, отчаянно оглянувшись к засыпанному входу.
Маг по имени Белкан, стирая пот со лба над магическим кругом, выкрикнул в ответ:
— Продолжаю попытки, господин помощник!
Обрушившаяся местность грозила лавиной, и любое неосторожное проникновение могло похоронить и самого Рудвиля.
Помощник и рыцари отряда Рассвета могли лишь бессильно наблюдать отсюда, моля, чтобы заклинание сработало.
Эдвин стиснул зубы и притопнул ногой.
— Чёрт, ну же, быстрее…!
За грудами обвала мелькнула фигура их господина.
Рудвиль Эксепсион.
Он улыбался перекошенным ртом, словно опьянённый яростью чудища.
«Уж если сходить с ума, так хоть красиво!» — Эдвин завопил про себя.
А Рудвиль, которому не было никакого дела до того, что делает его помощник, одним махом снёс чудищу голову.
Густая, почти ядовитая кровь брызнула на лицо, но он и бровью не повёл.
Пустые, лиловые глаза не отражали и следа боли.
Он просто безучастно смотрел куда-то вдаль.
Очередное чудище бросилось на него, он встретил его равнодушным взглядом.
На этот раз даже не поднял меча, сломал ему шею голыми руками.
И в тот самый миг…
— …
Тум, тум, тум —
Сердце забилось, как безумное.
Что-то хлынуло обратно.
Жизнь, жизненная сила, энергия, пульс, можно было назвать это как угодно.
http://tl.rulate.ru/book/141792/8211860
