— Не волнуйся, мой Шифу очень дружелюбный, — сказала она, снова уловив аромат, исходивший от Вэнь Шэнчжу. Теперь она была уверена, что всякий раз, когда его эмоции накалялись, этот запах становился интенсивнее.
Вэнь Шэнчжу действительно нервничал. Он сжал губы, а его глаза, сверкающие, будто усыпанные звёздами, не моргали. Выражение лица напоминало то, что было у него на высоте, но теперь щёки порозовели, и страх тут был ни при чём.
— Я... я... — Вэнь Шэнчжу и сам понимал, что ведёт себя странно. Он хотел объясниться, но слова застревали в горле. Пауза затянулась, прежде чем он наконец улыбнулся. — Просто я немного взволнован.
Цуй Жань кивнула, потому что понимала. Богачи и знатные особы, услышав, что могут встретиться с её наставником, тоже приходили в восторг, надеясь, что та пророчеством укажет им путь к успеху. Но её Шифу руководствовалась лишь судьбой, а не деньгами или статусом, поэтому некоторые уходили ни с чем, ругая её за строптивый нрав.
— Если ты беспокоишься о своих... необычных обстоятельствах, можешь попросить Шифу осмотреть тебя, — предложила Цуй Жань, желая помочь.
Но эти слова подействовали на Вэнь Шэнчжу как ушат холодной воды. Как он мог позволить её наставнице взглянуть на него? Он солгал Цуй Жань о недомогании, чтобы вызвать у неё сочувствие. Если же Шифу раскусит его грязные замыслы...
— Хорошо, — пробормотал он, не решаясь отказать.
— Она ценит вежливость и обожает красивые вещи, так что ты ей точно понравишься, — мягко добавила Цуй Жань. На самом деле её Шифу была без ума от красоты, и как-то раз она потратила целое состояние, чтобы выкупить певицу с лодки, где та развлекала гостей песнями.
«Бедняжка, — говорила Шифу, — целыми днями перебирает струны, пальцы в кровяных мозолях, а мужчины слушают её, как соловья». Женщина, осыпав её благодарностями, тут же выкорчевала грядку с целебными травами за храмом, которые Шифу растила с таким трудом.
Вэнь Шэнчжу твёрдо решил перед поездкой привести себя в порядок, чтобы произвести хорошее впечатление, потому что для мужчины важны не только ум, но и внешность.
Закончив с делами, они вернулись в усадьбу Шэнь. Шэнь Тянье почти поправился и, узнав, что Цуй Жань собирается в Байюньгуань, заявил, что поедет с ней. В детстве он жил там какое-то время, и Шифу помогла ему справиться со странной болезнью, подавив в нём кровь Небесного Пса, и спасла ему жизнь.
Позже, возглавив охранное бюро, он редко виделся с ней, потому что она путешествовала. Теперь же, когда Цуй Жань возвращалась, он не упустил шанса выразить благодарность.
— Подарки не нужны, — остановила Цуй Жань его попытки собрать целый вьюк вещей. — Лучше выдели средства на ремонт храма. В прошлый раз, когда я там ночевала, крыша чуть не обрушилась мне на голову.
Она спала, обвившись вокруг столба, но тот рухнул, едва не раздавив её.
Шифу вечно пропадала то ли в благотворительных поездках, то ли на весенних пикниках, забывая о храме, где балки прогнили, а грядки с травами зарастали. И только Цуй Жань, ворча, приводила всё в порядок.
На этот раз она не собиралась тянуть всё одной, поэтому Шэнь Тянье тоже должен был помочь.
— Я тоже внесу вклад, — живо предложил Вэнь Шэнчжу. Он был богаче Шэнь Тянье, потому что отец щедро снабжал его деньгами, а сам он, чувствуя себя неуверенно, кроме учёбы занимался торговлей. В его владении были десятки лавок и домов, приносящих доход, а тратил же он лишь на книги и письменные принадлежности.
Цуй Жань одобрительно кивнула. Пусть ей самой деньги не везли, но эти двое были щедры, поэтому с такими дружить выгодно.
На следующий день они втроём, взяв лишь самое необходимое, отправились в Байюньгуань.
Родители Шэнь Тянье волновались, ведь сын и Вэнь Шэнчжу только вернулись — и снова в дорогу? Но те уговорили их, тем более что с ними была Цуй Жань.
Перед отправлением Шэнь Тянье набил пояс чем-то объёмистым. Цуй Жань решила, что это оружие, но он с гордостью достал пачку банкнот.
Заначка на чёрный день.
— Слишком много, — вздохнула Цуй Жань, потому что Байюньгуань — крохотный храм с двором в глуши, и одной банкноты хватило бы на полное обновление.
Оглянувшись, она увидела, как Вэнь Шэнчжу молча выложил мешок с золотыми слитками.
— Вы что, собрались выкупить весь холм?
Они дружно покачали головами, потому что состязание в щедрости зашло слишком далеко. Вэнь Шэнчжу размышлял иначе, ведь он не мог ни драться, ни таскать тяжести, так что оставалось превосходить других богатством.
— Если хочешь, можно и холм, — пробормотал Шэнь Тянье, заметив её замешательство. Может, Цуй Жань мечтала о собственном владении, где можно было бы плодиться и множить змеиный род?
— Ладно, ладно. Я лучше возьму лапшу с двойной порцией яиц, — махнула рукой Цуй Жань, усаживаясь за столик.
Они остановились у придорожного лотка, где подавали янчуньмянь и пельмени с овощами — без мяса, но лёгкие. В лапше плавала жареная рыбка, такая ароматная, что язык можно проглотить.
Цуй Жань ела это с детства, и вкус почти заставлял её забыть, что она не человек, а змеиный дух.
http://tl.rulate.ru/book/141471/7123872
Готово:
