— Зачем мне тебя дразнить? — сказал Цуй Жань. — Вчера я проснулся от звука капающей крови и увидел, что твоё запястье порезано. Еле успел тебя спасти. Так что теперь ты мне жизнью обязан.
Улыбка Су Сюя застыла, и он больше не мог её удерживать, потому что уголки губ опустились, а на глазах выступили слёзы. Его охватил такой страх, что он сдавленно прошептал:
— Брат Чжу, что происходит? Почему я вдруг пытался покончить с собой? Неужели во мне что-то вселилось? Ты должен мне помочь!
Он попытался встать с кровати, чтобы схватить Цуй Жаня за руку, но ноги подкосились, и он рухнул на холодный пол. Ледяное прикосновение плит лишь усилило его ужас, и он чувствовал себя как щепка в бурном потоке, беспомощно уставившись на Цуй Жаня.
В его глазах этот ничем не примечательный, неудачливый мужчина средних лет вдруг стал последней надеждой.
— Ты мне веришь? — Цуй Жань усмехнулся, потому что поведение Су Сюя было странным. Он слишком легко принял факт внезапного самоубийства, сразу перескочил к мысли о вселении и обратился за помощью к незнакомому магу, вместо того чтобы молиться богам. Каждое его действие было неожиданным.
— Мы же с тобой незнакомы. Почему ты мне доверяешь? — Цуй Жань шагнул вперёд и помог Су Сюю подняться с пола.
— Я... я... — Су Сюй перестал плакать, но глаза его бегали. — Перед дорогой я гадал в храме. Предсказание гласило, что путь будет трудным, жизнь — как слабый огонёк на ветру, но если встречу благодетеля, то смогу преодолеть опасности и добиться желаемого.
Поэтому, когда настоятель сказал, что свободных комнат мало и придётся делить с кем-то, он сразу согласился. Теперь, после странного самоубийства и учитывая, что Чжу Син — маг, он ещё больше уверен, что его спаситель — именно он!
Настоящие мастера часто скрываются среди простых людей, и Чжу Син выглядел как раз так — неприметный, угрюмый, немолодой. Но раз он остался невредим, пока они жили в одной комнате, значит, это и есть тот самый благодетель!
— Я не твой благодетель, и разбираться с внезапным самоубийством тебе придётся самому, — Цуй Жань отказал ему.
Хотя у Чжу Сина и были магические атрибуты, он не умел писать заклинания для восстановления памяти или контроля над телом. К тому же, если он не ошибался, те насекомые приползли именно из-за Су Сюя, скорее всего, их привлекла его кровь. Значит, он что-то скрывает, и история с гаданием, скорее всего, выдумка.
Услышав отказ, Су Сюй даже не изменился в лице. Он лишь вытер рукавом непросохшие слёзы, выглядев при этом совершенно несчастным. Человеческое нежелание Чжу Сина влезать в чужие проблемы было понятно.
Но страх не отпускал его. Ему отчаянно нужна была опора. А если ночью он снова потеряет сознание и попытается убить себя? Вчера — порез на запястье, а сегодня? Чжу Син спас его один раз, но сможет ли он сделать это снова? Почему такие ужасы происходят с ним, обычным бедным студентом?
Эти мысли нахлынули на него, и слёзы снова навернулись на глаза.
В этот момент зазвучал монастырский колокол, возвещая рассвет. После удара большого колокола раздалось ещё сто восемь звонов — время монахам вставать.
В дверь постучал послушник, который, увидев Су Сюя в таком состоянии, воскликнул:
— Почему вы так расстроены, досточтимый Су? Ваше тело ещё слабо, не стоит так убиваться, иначе силы совсем вас покинут!
Послушник заметил его красные глаза и поспешил утешить.
— Молодой учитель, могу я увидеть настоятеля? — Су Сюй понял, что остаётся только надеяться на настоятеля. Говорили, что он мудрый и уважаемый монах. Может, он поймёт, в чём причина его бед.
— Простите, досточтимый Су, но настоятель сейчас обсуждает важные дела с другими учителями и не может отлучиться, — с сожалением ответил послушник.
Последняя надежда рухнула, и Су Сюй почувствовал, как холодеют руки и ноги.
— Молодой учитель, вы видели мёртвых насекомых у входа? — Цуй Жань заметил зелёные пятна на обуви послушника и задал вопрос.
— Вы уже видели их, досточтимый Чжу? — Послушник хотел скрыть этот факт, потому что он был слишком уж странным. Но раз Цуй Жань спросил, пришлось признать. — Этим утром мы обнаружили, что весь храм усыпан мёртвыми насекомыми. Настоятель считает, что это дурное предзнаменование, и собрал всех старших монахов для совета.
— Насекомые? Какие насекомые? — Су Сюй резко встрепенулся, будто его ударили.
— Пойдёмте, я покажу, — предложил послушник.
Они вышли наружу, где монахи уже занимались уборкой, сгребая лопатами мягкие тельца насекомых в кучи. Из раздавленных тел сочилась зелёная жидкость, образуя целые ручьи, которые огибали храм Ваньшоу.
Су Сюй молча смотрел на это зрелище, в глазах мелькали страх и недоверие. Лишь спустя время он смог вымолвить:
— Это... это все насекомые? — Он уставился на чёрные холмики в оцепенении. — Как они смогли добраться сюда издалека?
Последнюю фразу он произнёс так тихо, что никто не услышал.
Цуй Жань тоже была потрясена.
Она видела, как в заброшенных храмах бегали крысы, как тараканы кишмя кишели на кухнях, но никогда не встречала такого количества мёртвых насекомых, лежащих в полной тишине.
Казалось, они пришли лишь для того, чтобы сказать что-то. Но тот, кому предназначалось это послание, был без сознания.
После уборки монахи отправились в зал для молитвы. Су Сюй боялся оставаться один и поспешил за ними, потому что только звуки молитв могли немного успокоить его.
Цуй Жань последовала за ним и наконец сказала:
— Су Сюй, похоже, вчера эти насекомые пришли за тобой.
Су Сюй, сидевший на коленях, резко поднял голову:
— Что ты имеешь в виду?
Цуй Жань прищурилась и медленно произнесла:
— Су Сюй, они велели тебе вернуться домой.
Крупные капли пота выступили на лбу Су Сюя. Его лицо, некогда молодое и привлекательное, теперь было измождённым, с тёмными кругами под глазами. В этот момент он больше походил на тридцатидвухлетнего неудачника, так и не сумевшего сдать экзамены.
http://tl.rulate.ru/book/141471/7123831
Готово:
