Глава 280: Не будешь моей девушкой? Тогда взлетим на небеса!
Выражение лица Учихи Итачи не изменилось. Он знал, что Кисаме не умрёт, а вот Нисикадо Макото мог этого и не знать.
Нисикадо Макото тоже сделал вид, что не знает, и сказал: «Это вам урок. Убирайтесь».
Затем он мгновенно переместился к воротам Конохи. Какаши и остальные уже применили Стихию Земли, пытаясь остановить надвигающуюся гигантскую волну, но, похоже, было уже поздно.
Нисикадо Макото, основываясь на их техниках, быстро сложил печати и одновременно снял свой Инфуин.
В следующую секунду он применил супер-ниндзюцу — Стихия Земли: Тысячемильная стена земляного потока!
Стена высотой в тридцать метров и длиной более десяти ли появилась прямо перед гигантской волной, остановив цунами, вызванное техникой Кисаме. Поскольку у этой волны не было источника, и последующих ударов не предвиделось, после отражения первой волны кризис был полностью устранён.
Увидев это, жители Конохи, которые только что осознали опасность, разразились радостными криками.
А Какаши с восхищением смотрел на Макото. Он не ожидал, что этот юноша уже успел стать настоящим защитником Конохи.
Жаль только, что он не хочет быть Хокаге...
«Отлично сработано, Нисикадо-кун!» — Гай показал Макото большой палец.
Юхи Куренай же, зардевшись, подлетела к нему, обвила его шею руками и поцеловала в щеку.
Улыбка, до этого сиявшая на лице Асумы, застыла. Но через несколько секунд застывшая улыбка медленно стала искренней.
Асума не был всемогущим героем. Он считал свою жизнь чередой неудач, жизнью бродяги. В детстве, будучи отпрыском знатного рода, он вёл себя в Конохе как хотел. Повзрослев, поссорился с Хокаге, скитался по свету и стал одним из Двенадцати Ниндзя-Защитников. Но часть из них подняла мятеж, организацию распустили, и ему ничего не оставалось, как вернуться в Коноху.
Сейчас он просто продолжал эту череду неудач... возможно, в этом и был смысл его жизни. Он не мог стать драгоценным камнем, ему было суждено лишь охранять его.
Волна отступила. Макото убрал земляную стену и обменялся информацией с Какаши и остальными.
Макото рассказал им о технике Итачи под названием Цукуёми, а затем сообщил, что целью его визита была попытка забрать Саске. Однако после этого столкновения он, скорее всего, не станет так просто нападать на Коноху.
Выслушав рассказ Макото, все успокоились. В Конохе сейчас не было даже главы, и ещё один крупный кризис был бы просто недопустим.
Но пока они совещались, прибежал ниндзя с докладом, что Учиха Саске выбежал из деревни.
Шум от их недавней битвы был таким, что о нём знала почти вся Коноха. Саске, вероятно, увидел сражение издалека со стены и понял, кто пришёл.
«Этот Саске... Гай, помоги мне. Мы должны его вернуть».
Как наставник команды, Какаши был первым, кто нёс ответственность, и, естественно, не мог остаться в стороне.
Гай кивнул. Ради лучшего друга он был готов на всё.
Однако Какаши не решился просить о помощи Макото. Он считал, что их отношения ещё не были настолько близкими, чтобы он мог так просто просить его о вмешательстве.
Юхи Куренай взглянула на Макото. Тот, естественно, понял её мысли и сказал: «Пусть идут. Учиха Итачи не желает зла, он их не тронет».
«Что до того Кисаме, то он на некоторое время выведен из строя».
«Однако Саске, скорее всего, придётся несладко».
Юхи Куренай, естественно, доверяла суждению Макото и спокойно проводила взглядом Какаши и Гая, отправившихся в погоню за Саске.
Асума же возглавил команду по ликвидации последствий. Хотя техника Кисаме и не привела к человеческим жертвам, утонувших животных и погибшую рыбу в этом лесу нужно было убрать, чтобы предотвратить эпидемию.
Что касается Макото, то он вернулся домой, убедился, что всё в порядке, передал Юхи Куренай кристалл с ниндзюцу, а затем поменялся местами с теневым клоном и вернулся к Цунаде.
В это время Цунаде всё ещё спала, и Макото не торопился.
Волнения, связанные с экзаменом на чунина, на этом в основном закончились. Далее предстояли мирные переговоры с Деревней Скрытого Песка и побег Саске. К первому Макото уже подготовил почву, а второе его не касалось — это была игра между Орочимару и Учихой Итачи.
Кроме того, Макото нужно было вмешаться в гражданскую войну в Деревне Скрытого Тумана, но для этого было отведено определённое время, так что торопиться пока не стоило.
Напротив, до того, как Джирайя найдёт Цунаде, оставалось всего несколько дней, и Макото, естественно, должен был окончательно её завоевать. А если и не завоевать, то полностью разрушить барьер в их отношениях, чтобы Цунаде больше не могла ему отказать.
Макото так и сидел рядом с Цунаде, глядя на неё, пока в полдень она не села, потирая глаза, и не позвала: «Шизуне, я голодна...»
В пустой комнате не было ни звука. Только тогда Цунаде опомнилась и вспомнила, какие нелепые вещи произошли с ней за последние два дня.
Спасаться бегством от признания в любви какого-то юнца...
Цунаде с горькой усмешкой прикрыла лицо, но в её улыбке промелькнул виноватый румянец. Она знала, что действительно была на грани того, чтобы не устоять.
Будь она прежней, каким бы выдающимся ни был Макото, она ни за что не согласилась бы на отношения с таким, как он.
Но сейчас её тело постоянно выдавало какие-то странные реакции. Хотя разумом она ещё могла их контролировать, её настроение тоже начало меняться.
Цунаде знала, что это из-за гормонов помолодевшего тела. Однако знать — это одно, а сталкиваться с этими чувствами и постоянными атаками Макото, не имея возможности оставаться равнодушной, — совсем другое.
Она вздохнула и собралась встать, чтобы пойти поесть, как вдруг поняла, что рядом с ней кто-то есть.
Зрачки Цунаде сузились. Она уже хотела было атаковать, но взгляд Макото сверкнул, и всё вокруг на мгновение исказилось.
Прежняя деревянная комната сменилась белыми стенами, татами — деревянным полом, а перед глазами даже появилась знакомая Макото большая кровать — в точности обстановка его комнаты до переселения в этот мир.
Макото и сам с удивлением смотрел на всё это. Это было пространство гендзюцу, которое он создал подсознательно, а затем затянул в него разум Цунаде.
Звучит сложно, но на самом деле он просто применил к Цунаде гендзюцу, синхронизировав её пять чувств со своими, а затем накрыл всё вокруг иллюзорным пространством.
В общем, это была неумелая имитация Цукуёми. Поскольку у Макото не было шарингана, ничего другого не оставалось.
Но даже так, это гендзюцу было поразительным. Даже Цунаде с изумлением смотрела на всё это: «Ты и такое умеешь?»
«Только что освоил. Я умный, правда?»
Цунаде со сложным выражением лица посмотрела на Макото. Она ничего не знала о его прошлом. Однако, даже если считать его гением, который тренировался с раннего детства, его сила уже была поразительной, возможно, даже превосходящей силу её деда в том же возрасте.
Столкнувшись с ухаживаниями такого гения, Цунаде чувствовала себя всё более бессильной.
Ей оставалось лишь снова твёрдо заявить: «Нисикадо Макото, мы не подходим друг другу. Как мне ещё объяснить, чтобы ты понял?»
«Сестрёнка Цунаде, это ты меня не понимаешь, да?» — Макото удивлённо посмотрел на неё. — «Это ведь ты проиграла пари и отказалась выполнять его условия. Всего лишь побыть моей девушкой неделю, и после этого я перестану тебя преследовать».
«Но ты решила сбежать и всё усложнить. Сестрёнка Цунаде, ты не хочешь выполнять условия пари, или ты боишься, что за эту неделю влюбишься в меня?»
«Идиот, я в тебя не влюблюсь! Я просто...»
Цунаде покраснела от смущения. Очевидно, обмануть Макото было не так-то просто. Что касается того, чтобы влюбиться в него, она, конечно, не могла этого признать. Но неужели ей действительно придётся быть его девушкой целую неделю?
«Нет причин, или ты боишься их назвать?» — на губах Макото появилась презрительная усмешка. — «Великая Саннин не может даже сдержать слово после проигрыша. И это величайший "камо" мира шиноби?»
«Цунаде, у тебя плохая репутация в азартных играх!»
Цунаде тут же взорвалась и ударила Макото.
Но её кулак прошёл сквозь его тело, и всё вокруг, покрывшись рябью, исчезло.
Макото с сожалением посмотрел на своё иллюзорное пространство. Он только начал осваивать использование чакры Стихии Инь, и его техники были ещё далеки от совершенства. Но это было хорошее начало, ведь его показатель гендзюцу ещё мог значительно вырасти.
«Нисикадо-кун... отпусти меня».
Видя, что силой ничего не добиться, Цунаде решила действовать мягкостью.
Она сложила руки в умоляющем жесте: «Зачем ты так настойчив со мной, старой женщиной? Ты такой выдающийся, можешь ухаживать за множеством молодых девушек!»
«Смотри, как насчёт того, чтобы я познакомила тебя с Шизуне?»
«Никак. Она не сравнится с тобой».
«И чем это она со мной не сравнится?!»
Макото без обиняков указал на грудь Цунаде. Та, покраснев, прикрылась руками и отступила.
Раньше её пышные формы были её гордостью, а теперь ей казалось, что быть немного скромнее в этом плане было бы не так уж и плохо.
«Я...»
Цунаде отчаянно искала предлог. Макото сменил тему: «Сестрёнка Цунаде, если ты так не хочешь, тогда отдай мне своё ожерелье».
«Ожерелье?»
Цунаде с удивлением достала ожерелье. Это была реликвия Первого Хокаге, в которой была запечатана его чакра, способная в определённой степени подавлять джинчурики.
«Ты знаешь, что это?»
Выражение лица Цунаде стало ещё более сложным. Не потому, что ожерелье было ценным, а потому, что она однажды подарила его своему младшему брату, и тот трагически погиб.
Поэтому Цунаде считала, что это ожерелье, скорее всего, приносит несчастье, как и она сама.
Кого она полюбит — тот умрёт. Кому она подарит ожерелье — тот умрёт.
По сравнению с этим, побыть девушкой Макото неделю было безопаснее. По крайней мере, если игра не станет реальностью, это нельзя будет считать любовью, а значит, её проклятие «кого полюблю, тот умрёт» не должно сработать.
По крайней мере, это должно быть лучше, чем дарить ожерелье!
«Не знаю, но я хочу оставить его на память».
«Невозможно. Это реликвия моего деда, она стоит дороже трёх гор. Я не отдам её никому постороннему».
Макото внезапно встал, напугав Цунаде. Она поспешно спросила: «Что ты собираешься делать?»
«Не я, а что собираешься делать ты, сестрёнка Цунаде».
«И так нельзя, и этак нельзя. Мне тоже трудно».
Затем Макото вдруг взмахнул рукой, и кунай, вылетев в окно, устремился в небо, исчезнув, словно ракета.
Цунаде ещё не поняла, в чём дело, как в следующую секунду рука Макото легла ей на плечо, и они оба оказались над облаками.
Оказалось, Макото использовал Технику Летающего Бога Грома, чтобы перенести себя и Цунаде в небо!
http://tl.rulate.ru/book/141346/8749677
Готово:
