Глава 279. Потрясение и обещание
— Тук! Тук! Тук!
Эхо стука все еще витало в кузнице.
— Господин Роланд? Вы там? Это я, Ноэль! — знакомый голос дварфа раздался за дверью, в нем слышалась едва уловимая тревога.
Роланд глубоко вздохнул, силой подавляя удивление, и оглядел мастерскую.
Огонь в горне хоть и потускнел, но жар еще оставался. В воздухе витал характерный сладковатый запах закаленного металла и мифриловой пыли.
Утренний свет косо падал сквозь щель в высоком окне, отбрасывая на пол четкое световое пятно, сменившее вчерашний слабый рассвет.
Он, оказывается, в увлечении ковкой и нанесением рун, незаметно провел здесь целые сутки.
Слегка покачав головой, Роланд направился к двери.
Засов отодвинулся. За дверью стоял дварф Ноэль.
На его лице читалось облегчение от выполненного задания и едва уловимый трепет. В руках он с торжественным видом держал ту самую фиолетовую карточку.
— Господин Роланд, деньги… э-э, я взял сумму, соответствующую самой разумной рыночной цене.
Голос Ноэля был гораздо более почтительным, чем обычно. Его взгляд невольно метнулся за спину Роланда.
— Тех мифриловых обломков, что вы просили, еще немало осталось, верно? Если вам нужно что-то еще…
Его слова оборвались.
В тот миг, как Роланд посторонился, приглашая его войти, и закрыл за ним дверь, картина в мастерской без остатка предстала перед глазами Ноэля.
Глаза дварфа, всегда такие проницательные, резко округлились. Его рот невольно приоткрылся так, что туда мог бы поместиться большой желудь, любимое лакомство дварфов-шахтеров.
В центре мастерской на полу была не ожидаемая им гора мифриловых обломков и не несколько неудачных образцов.
Там были разбросаны десятки предметов, отливающих сдержанным серебряным блеском.
Острые стрелы, аккуратно сложенные, маленькие ромбовидные метательные ножи, тонкие, как крылья цикады, и даже несколько искусно сделанных метательных дротиков с микроскопическими канавками для направления ветра.
Они не были свалены в кучу, а, словно только что из-под молота, небрежно разбросаны на охлаждающей плите. Их было так много, что они занимали почти половину пола, и их серебряный блеск переливался в свете горна.
В воздухе витал характерный для мифрила, очищенный после плавки, магический аромат и еще не до конца рассеявшийся свежий запах «Лунной росы».
Взгляд Ноэля, словно притянутый магнитом, был прикован к этим предметам.
Он отчетливо узнавал в них те самые «сероватые» мифриловые обломки из своего дома.
Но сейчас они преобразились, обрели новую форму и душу.
«Это… это невозможно…» — голос Ноэля был сухим, как наждачная бумага.
Он с трудом шагнул вперед, присел на корточки и, дрожа, протянул палец, осторожно коснувшись ближайшей стрелы.
Кончик пальца ощутил не холодную мертвенность металла, а активную, готовую к действию остроту, словно внутри кружился легкий ветерок.
Он резко поднял голову и огляделся.
Взгляд скользнул по погасшему горну, аккуратно расставленным бутылочкам с зельями, глиняному кувшину с «Лунной росой»…Небывалый холод и жар одновременно охватили Ноэля.
Холод — от того, как эта картина перевернула все его представления.
Жар — от невероятного потрясения, бурлящего в его венах.
Его семья из поколения в поколение имела дело с мифрилом, добывая из глубин земли эту упрямую руду. Он слишком хорошо знал, насколько трудно обрабатывать мифрил.
Даже с подробными инструкциями, специальными зельями и драгоценной «Лунной росой», чтобы успешно расплавить и очистить мифрил от примесей, придать ему форму, все равно требовался огромный опыт и мастерство.
В традициях дварфов ученик часто должен был провести у мастера больше десяти лет, чтобы кое-как овладеть методом плавки и ковки мифрила.
А эта гора готовых изделий…
Их количество было поразительным!
И Ноэль чувствовал, что эти мифриловые предметы — далеко не работа новичка.
Как он это сделал?!
За один день!
Всего за один день!
С того момента, как он получил свиток, материалы, зелья и воду, и до этого момента…
Этот человек, Роланд, расплавил и очистил ту партию некачественных обломков и даже выковал готовые изделия.
Это просто переворачивало все представления Ноэля о ковке, о мифриловом ремесле.
Это уже нельзя было назвать талантом. Это было чудо!
— Г… господин Роланд… — голос Ноэля неконтролируемо дрожал. В его взгляде, обращенном на Роланда, смешались почти благоговейный трепет и растерянность.
Это было за гранью его понимания.
— Это все вы за один день сделали? Из тех обломков?
Услышав вопрос, Роланд взял фиолетовую карточку, небрежно сунул ее за пояс, а затем, проследив за ошеломленным взглядом Ноэля, окинул взглядом результаты своей практики.
Но на его лице не было особого выражения, словно все это было само собой разумеющимся.
В конце концов, после получения профессии «Чародей», его и без того отточенное кузнечное мастерство вышло на новый уровень. Ему не хватало лишь знаний. А метод, описанный в свитке, был предельно подробным.
Поэтому выковать готовые мифриловые изделия для него не составило особого труда.
— Да, просто немного попрактиковался.
Роланд подошел к наковальне, взял чистую бархатную тряпочку и принялся протирать свой, только что преобразившийся, мифриловый меч.
Холодное серебряное сияние, исходящее от меча, в тусклой кузнице походило на маленькую холодную луну. Вместе со светом, исходящим от мелких предметов на полу, оно создавало еще более таинственную и необычную атмосферу.
Взгляд Ноэля невольно приковался к этому мечу.
Аура, исходящая от него, была гораздо более сдержанной и глубокой, чем у мелких предметов, но в то же время несла в себе леденящую душу остроту.
Клинок сиял, чистый, без единой примеси, словно мог разрезать самую темную ночь.
— Тот… тот меч… — Ноэль почувствовал, как у него заплетается язык.
— Просто немного усилил, — ровно сказал Роланд, его движения были спокойными и сосредоточенными.
«Немного усилил?»
Сердце Ноэля бешено заколотилось.
Его семья добывала мифрил, и он прекрасно знал, что значит усилить мифриловое оружие до такой степени.
Это было не «немного», а…
Зачарование!
Глядя на спокойное, почти холодное лицо юноши в профиль, Ноэль вспомнил информацию из анкеты, которую он помогал заполнять Роланду, и его сердце охватил шторм.
Человек, которому нет и двадцати Чародей?
Как это возможно?
В королевстве дварфов Чародеи были почитаемыми существами.
Хоть те высокомерные члены королевской семьи, из-за своей древней крови и кастовых традиций, возможно, и не преклонялись перед Чародеями не из их круга, но ниже, среди таких, как Ноэль, — обычных дварфов, торговцев, ремесленников — любой настоящий Чародей был ходячей легендой, недостижимой вершиной.
Они были теми, кто превращал камень в золото, алхимиками, дарующими душу простому железу.
Установить связь с Чародеем — об этом мечтали многие семьи, но для них это было недостижимой честью.
«Глык…»
Ноэль сглотнул. В горле пересохло, словно он три дня шел по пустыне.
Он почувствовал, как у него подкашиваются колени. Из глубины его крови поднялось благоговение перед мастером, владеющим сверхъестественным искусством, которое даже пересилило первоначальное потрясение.
Сейчас он был безмерно рад, нет, просто в восторге от того, что его семья решила отдать Роланду тот драгоценный свиток. И что он сам не проявил ни малейшего пренебрежения, а, наоборот, был предельно почтителен.
Ему даже начало казаться, что то, что такой уважаемый Чародей использовал «сероватые» обломки его семьи для «практики», было для них… нет, для всей его семьи величайшей честью.
Если об этом узнают на руднике, те старые упрямцы, пожалуй, от волнения завяжут свои бороды в узел.
— Господин Роланд… — голос Ноэля стал невероятно почтительным, в нем даже слышалась нотка смирения. — Вам… вам еще нужен мифрил? Любого качества! Наша семья мы обязательно найдем для вас лучший!
Рука Роланда, протиравшая меч, на мгновение замерла. Он удивился такой внезапной перемене в Ноэле.
— А качественную мифриловую руду или… слитки, ты можешь достать?
— Я… — подумав о строгом контроле за мифрилом в королевстве дварфов, особенно за слитками высокой чистоты, Ноэль немного замешкался.
Контрабанда мифрила высокой чистоты была тяжким преступлением. Если их поймают, то не только бизнесу, но и всей семье придет конец.
Но через мгновение дварф отогнал свои сомнения, и его взгляд стал невероятно твердым.
— Думаю, да. Но, возможно, придется подождать немного дольше.
— Ничего страшного… — Роланд махнул рукой.
Сейчас его цель — потренироваться в зачаровании на мифриле — была достигнута, а этих расходных материалов, сделанных из обломков, ему хватит на несколько битв. Так что сейчас он не так уж и сильно нуждался в мифриле.
— Когда доставишь, сообщи мне.
— Да! Обязательно! Господин Роланд! — Ноэль чуть ли не бил себя в грудь, его лицо было полно возбуждения и ожидания.
Он уже предвидел, что будет означать для его семьи долгосрочное сотрудничество с этим таинственным и могущественным Чародеем.
— Что-то еще? — спросил Роланд, его тон был спокойным, но в нем слышался намек.
— Нет! Ничего! Простите, что побеспокоил, господин Роланд! — Ноэль поспешно поклонился и, не смея больше смотреть на россыпь мифриловых шедевров и на тот, казалось, несущий в себе бурю, длинный меч, осторожно вышел из кузницы, тихо прикрыв за собой дверь.
В тот миг, как дверь закрылась, Ноэль прислонился к холодной стене и, дрожа, протяжно выдохнул, словно только что вырвался из какого-то невидимого поля давления.
Он вытер со лба холодный пот, в его глазах все еще читалось недоверчивое потрясение.
«Горн Предков…» — прошептал он, и его голос в пустом коридоре прозвучал особенно отчетливо. — «С кем же я столкнулся…»
Роланд не обратил внимания на реакцию Ноэля.
Когда дверь закрылась, его взгляд снова упал на мифриловый меч.
Он сосредоточился, затаил дыхание.
Когда магическая энергия с кончиков его пальцев хлынула в клинок, те самые таинственные письмена снова проявились.
Однако на этот раз он, кажется, узнал, откуда они.
http://tl.rulate.ru/book/141021/7654430
Готово:
