На арене, с последним взмахом клинка Ван Цзиньяна, лезвие замерло у самой шеи Ли Янь.
Она, пользуясь тем, что Ван Цзиньян не осмелится нанести смертельный удар, сражалась в отчаянной, яростной манере, надеясь продержаться хоть немного дольше. Но разрыв в силе между ними лишь увеличивался.
Теперь, с клинком у горла, любая попытка атаковать была бы безрассудством, демонстрацией полного отсутствия такта и понимания ситуации.
Если бы он её убил, Цзинъу нечего было бы возразить.
— Я проиграла.
Она выдавила из себя эти два слова, словно вытолкнув последние силы.
Тело её было залито кровью, но эта боль не шла ни в какое сравнение с тем разочарованием и стыдом, что сжигали её изнутри.
В отсутствие Цинь Цзэ она была сильнейшей на пике третьего ранга в Цзинъу.
Проиграть Моу — это было бы ещё терпимо.
Два великих университета десятилетиями соперничали, и победы сменялись поражениями.
Но проиграть студенту из обычного университета, да ещё и второкурснику… она прекрасно понимала, какой позор навлеклá на Цзинъу.
За последние тридцать лет она была первой.
Особенно учитывая, что цели этого поединка были нечисты.
Ван Цзиньян победил. И теперь для двух ведущих университетов, скорее всего, наступят непростые времена.
Десятки Грандмастеров из обычных вузов, объединившись, представляли собой немалую силу.
На лице Ван Цзиньяна, однако, не было и тени радости.
Победа над какой-то Ли Янь ничего для него не значила.
Даже будь здесь Цинь Цзэ, он бы не испугался.
Если бы не необходимость поддерживать свою серию побед, он бы сейчас с куда большим удовольствием бросил вызов Яо Чэнцзюню из Первой Военной Академии.
Лишь победа над ним принесла бы ему настоящую радость.
Глядя на красивую девушку, чьё тело он истыкал клинком, он не чувствовал ни капли жалости.
Таковы были воины.
Не то чтобы он хотел быть жестоким.
Но воины всегда соревнуются.
Десятки Грандмастеров из обычных университетов нуждались в его победе над Моу и Цзинъу, чтобы бросить вызов статусу ведущих школ и добиться перераспределения ресурсов.
А ему самому нужны были эти победы, чтобы получить огромное количество ресурсов и быстрее прорваться на четвёртый, пятый, шестой ранг, а то и на уровень Грандмастера.
Услышав, что Ли Янь признала поражение, Ван Цзиньян развернулся и пошёл прочь.
Ли Янь, откашливаясь кровью, крикнула ему вслед:
— Ван Цзиньян, если есть смелость, вызови сейчас нашего председателя! Ты ведь председатель Общества Боевых Искусств в Наньцзяне, неужели боишься сразиться?
Ван Цзиньян на мгновение остановился, но затем продолжил спускаться с арены.
— Может, попробуешь? — тихо спросил кто-то, когда Ван Цзиньян подошёл к группе поддержки.
По его мнению, если бы Ван Цзиньян смог победить Ли Ханьсуна, то Цзинъу был бы по-настоящему втоптан в грязь.
Их замысел тогда имел бы больше шансов на успех.
Ван Цзиньян искоса взглянул на говорившего и холодно усмехнулся.
— Ты меня за идиота держишь или сам такой?
Бросив эту фразу, Ван Цзиньян резко развернулся и зашагал прочь.
Один — третьего ранга, другой — четвёртого.
Нужно быть полным кретином, чтобы принять такой вызов.
Это ведь не какой-нибудь воин четвёртого ранга из Катакомб.
Ли Ханьсун был абсолютным гением своего поколения. Победить противника на ранг выше было для них обоих непростой задачей.
Особенно учитывая, что разница между третьим и четвёртым рангом была разницей между низшим и средним уровнем.
Она была огромной.
— Ван Цзиньян, ты не забывай…
Говоривший был довольно известным наставником в своём университете, мастером четвёртого ранга.
В обычном вузе четвёртый ранг — это уже очень хорошо.
Студенты обычно относились к нему с величайшим почтением. Такого неповиновения он никогда не встречал.
Услышав слова Ван Цзиньяна, он вспыхнул от гнева.
Но не успел он договорить, как сверкнул клинок Ван Цзиньяна.
В одно мгновение он отсёк руку наставника по самое плечо. Всё произошло так быстро, что никто не успел среагировать.
Хоть тот и был четвёртого ранга, но его боевая мощь и реакция не шли ни в какое сравнение даже с проигравшей Ли Янь.
— Идиот! Ещё одно слово, и следующей будет твоя голова! — холодно бросил Ван Цзиньян и, не задерживаясь, ушёл.
Он опасался мастеров четвёртого ранга вроде Ли Ханьсуна. А этот… хоть он и был четвёртого ранга, но Ван Цзиньян на своём веку убил уже не одного и не двух таких.
Он был на пороге четвёртого ранга, за его спиной стояли Грандмастеры. Он не был пешкой, которой можно помыкать.
В этом походе на север он был клинком в руках тех Грандмастеров.
Но он действовал по своей воле.
Он делал это ради ресурсов, это было взаимовыгодное сотрудничество.
Никто никем не управлял.
И это не означало, что он был просто оружием в чужих руках.
Толпа зрителей побледнела. Все расступались перед Ван Цзиньяном, не смея преградить ему путь.
На арене можно было драться сколько угодно жестоко, пока не было смертей, это никого особо не волновало.
Но рубить своих же… Этот человек был жесток и безжалостен!
Су Бэй, однако, не чувствовал ни капли страха. Наоборот, с восторгом глядя вслед уходящему Ван Цзиньяну, он не удержался и вздохнул:
— Вот каким должен быть воин нашего поколения!
Не успели эти слова сорваться с его губ, как он почувствовал острую боль.
Железные пальцы У Мина впились ему в плечо. Наставник зловеще улыбался.
«Этот Ван Цзиньян только что растоптал честь Цзинъу, а ты говоришь, что воин должен быть таким. И самое главное, чего это ты на моё плечо косишься? Что, когда наберёшься сил, тоже захочешь меня клинком полоснуть? Не слишком ли ты заносчив? Совсем меня, мастера на пике шестого ранга, ни во что не ставишь? Парень, а хочешь, я тебе прямо сейчас руку оторву?»
Су Бэй скривился от боли и замолчал.
Продолжать дерзить — будет только больнее.
Лучше подождать, пока наберётся сил, а уж потом дерзить.
Посмотрим, кому тогда будет больно.
В то же время, глядя вслед уходящему Ван Цзиньяну, он почувствовал, как в нём разгорается боевой дух.
При следующей встрече он точно не будет таким слабым, как сегодня.
Он, воин первого ранга, Король новичков, заметная фигура в Цзинъу, не был достоин даже того, чтобы Ван Цзиньян обратил на него внимание.
Тот даже не знал, кто такой Су Бэй.
Он не стал бросать громких слов, в этом не было нужды.
На следующем турнире по обмену, а может, и раньше, он вернёт Цзинъу утерянную сегодня честь.
Глядя на уходящих Су Бэя и остальных, У Мин внезапно улыбнулся.
То, что Ван Цзиньян победил и ударил по самолюбию Цзинъу, на самом деле, не было так уж плохо.
Статус Цзинъу как первого университета страны не могли пошатнуть один-два гения из обычных вузов.
Даже Моу, с его многочисленными талантами, потребовались десятки лет, чтобы войти в ранг ведущих школ и хотя бы с натяжкой называться ровней Цзинъу.
Сейчас обычные университеты постоянно вели переговоры, протестуя против того, что ведущие школы получают слишком много ресурсов.
Хоть это и вызвало определённые волнения в мире боевых искусств, У Мин и другие не слишком беспокоились.
Если не считать отдельных гениев, разрыв между ведущими школами и обычными вузами был слишком велик.
Но если существование Ван Цзиньяна заставит студентов Цзинъу почувствовать унижение, и это унижение будет постоянно подталкивать их вперёд, то это, пожалуй, станет лучшим приобретением для университета.
Именно для того, чтобы они ощутили этот стыд, он и привёл сюда Су Бэя и остальных.
Среди второкурсников У Мин не видел никого, кто мог бы превзойти Ван Цзиньяна.
На третьем курсе был Ли Ханьсун, но ему оставалось учиться всего год.
А вот на первом курсе были Су Бэй и Хань Сюй, два гения с тремя закалками. Именно они станут лицом Цзинъу в ближайшие несколько лет.
Он надеялся увидеть, как один из них победит Ван Цзиньяна и смоет этот позор.
http://tl.rulate.ru/book/140688/7088548
Готово:
