На главной дороге из Лавандовой рощи в тайный порт.
Сражение было оглушительным.
Жизнь здесь была лишь мерой, всякая эмоция стерта.
Кроме...
Жадности и безумия.
Пират Одноглазый Дракон, с мутным голубым зрачком на слепом глазу, выглядел жестоким, словно хладнокровное существо. Он вонзил свою ятаган в шею конституционного солдата и резко провернул, срывая голову и отрывая погон, заполучив двух Золотых Драконов.
Несколько секунд жизни и смерти, обмененных на доход обычного матроса за почти четыре года.
Расположенные в глубине Арана, конституционные солдаты, хоть и элита, в основном имели дело с гангстерами империи.
Они никогда не сталкивались с отчаянными парнями из прибрежных районов, теми, кто облизывал свои лезвия и был почти безумен.
Полная дикость — имитируя племя людоедов с жестокими воем.
Офицеры Пайан и Окс вели напряженный бой, но было ясно, что они постепенно проигрывают, а боевой дух на грани краха.
Они не должны были проиграть!
Пайан продолжал сопротивляться, его Особый Большой Клинок дико рассекал Окса, каждый удар был достаточно силен, чтобы в фарш расколоть корову.
Окс, спокойный и невозмутимый, блокировал всё, их оружие дымилось под дождем, когда они встречались с сильными ударами, готовые раскалиться докрасна.
В этот момент всё внимание Пайана было сосредоточено на Оксе.
Остальные не смели приближаться к их сражению, где незначительный удар означал смерть, кроме одного человека, увидевшего возможность.
Предательски метнувшись из тени, Рейн вцепился в лодыжку Пайана, а затем сломал его ахиллово сухожилие.
Левая нога Пайана полностью ослабла, и он потерял равновесие.
В одно мгновение.
Жизнь и смерть были решены.
Бах!
Яростный удар. Окс отрубил Особый Большой Клинок, подпрыгнул и схватил оружие Пайана.
С 300-фунтовым Особым Большим Клинком в левой руке и 300-фунтовым Особым Длинным Мечом в правой, словно бог смерти.
Лицо Пайана было пепельным.
Окс сделал два шага вперед и начал...
Неистово размахивать обоими клинками.
Клинки метались столь стремительно, словно были легкой пеной, а несущийся ветер гонял прочь дождевые капли в радиусе двадцати метров; звуки рассекаемой и крошащейся плоти и костей не смолкали.
Когда Окс остановился.
Имперскую арену, ежемесячного претендента на второе место, превратили... в разбросанные куски плоти, падающие повсюду, образуя хлюпающую жижу.
К тому моменту бой был решен.
Двадцать или около того пиратов из «Черного Паруса» погибли, но после того, как Окс срубил Пайяна, и так низкий моральный дух Контролирующих Солдат рухнул полностью менее чем за минуту.
Уничтожены пиратами, не осталось ни единого.
Они начали собирать военные трофеи — каждое ухо Контролирующего Солдата стоило сотню серебряных монет, пара — Золотого Дракона, а офицерам нужны были и голова, и эполеты.
— Мы вдвоем, работающие вместе, просто слишком свирепы.
Рейн, видя, что основные силы на этой дороге были уничтожены, открыл шампанское раньше времени, просто ожидая возвращения Листа; дождь мог немного замедлить их, но несущественно. Отправившись в море, он узнает, каково это – быть с героем уровня Авантюриста.
Окс молчал, его вечное непроницаемое лицо не выражало никакой радости. Если бы не сильный дождь, возможно, он бы умер под теми Леопардовыми Людьми в таких условиях.
— Интересно, как там Захак.
Видя, что ситуация улажена, Окс осмотрел окружающие джунгли, не зная, куда делся Моррисон, не в состоянии оказать поддержку.
— Брат Ша... он ведь не мог умереть, правда?
Хотя Рейн говорил уверенно, он был слегка неуверен. Моррисон мог наносить удары быстро и мощно, но он никогда не сталкивался с кем-то вроде Захака, учеником Короля Меча, Адмирала Арана.
Окс молчал, ибо Рейн был склонен произносить благоприятные слова.
Тем временем.
На поляне глубоко в джунглях.
Первая секунда.
Все уже началось.
Когда ударила молния.
Моррисон исчез.
Его навык был за пределами понимания Захака, полностью вне сферы того, что он знал.
Скорее, сам факт того, что он так долго продержался под натиском Морисона, уже был исключением из всех правил.
На сапоги были надеты лезвия, острые, как бритвы, и кинжалы — меньше чем за секунду они вылетали на десятки метров вверх, в кроны деревьев, перепрыгивая с ветки на ветку.
Серебряные змеи спускались, Клинок Крыла стремительно двигался.
Лезвия, словно свободно струящиеся электрические искры, обрушивались с яростью, хлеща, извиваясь, сплетаясь, пронзая, — стремительнее и яростнее, чем проливной дождь.
Захак выхватил меч и яростно отражал удары, нанося более десяти за секунду, тоже входя в яростное состояние, искры освещали всё вокруг, словно дневной свет.
— Слишком медленно, слишком медленно! Как ты смеешь быть таким медлительным, выбираясь сюда!
Морисон продолжал усиливать атаку, начало было положено, но до конца было далеко.
Острые, яростные, рвущие, пронзающие, словно бесчисленные клинки, переплетающиеся в мучительном адовом камере, поднимающемся из Преисподней.
Рефлексы и скорость Захака достигли предела.
Морисон мог быть ещё быстрее и свирепее.
Треск — рука Захака была испачкана кровавой полосой, треск — на его ноге лопнул порез, он не успевал отражать такой дикий натиск.
Бах-бах-бах, несколько метательных ножей вылетели, их мощь была сравнима с пушечными ядрами, взрывающимися на земле.
Захак не смог увернуться вовремя, и одна лишь сила ветра от метательных ножей вспорола рукав его одеяния, и его плоть лопнула, кровоточа.
Видя, как Морисон медленно спускается с неба.
— Умри!
Ладонь Захака коснулась клинка, проливая немного собственной крови, чтобы пропитать Магический Клинок, затем, с приливом энергии меча, он яростно взмахнул им над головой.
Ветви были полностью разбиты, ветер от меча ломал каждый куст в радиусе десятков метров.
— Моррисон легко увернулся от удара. Клин-хлыст уже зацепился за другое дерево. Словно вращающееся лезвие, он спиралью спустился с дерева. Менее чем за секунду он пролетел дугой по воздуху к земле, сделал два шага по инерции, чтобы совершить прыжок, и не только кинжал, но и всё его тело мелькнуло, словно свет. Захак был уже несколько ошеломлён скоростью, чисто инстинктивно реагируя мечом, чтобы блокировать.
Его тут же отбросило на несколько метров, но Моррисон, подобно призраку, уносимому ветром, вытянул клинок-крыло из локтевого сустава, кинжал яростно полоснул, взмахивая клинком-крылом, отбивая и непрерывно стреляя арбалетными стрелами.
Невероятно хитроумный и коварный смертельный удар, каждая атака была направлена прямо в жизненно важные точки, нанося десятки ударов каждую секунду.
Словно ужасное существо, эволюционировавшее исключительно для истребления.
Один меч — даже адмирал Аран не мог его выдержать.
Треск, треск, треск…
Захак лишь блокировал смертельные атаки, но на его теле вскрылось более дюжины порезов, кровь хлынула наружу, его плечо было поражено арбалетной стрелой.
Моррисон оттянул клинок-хлыст, разрушая окружающие два больших дерева, с невероятно коварной траекторией, обрушивая крест-накрест на место, где оба мужчины сражались.
Захак был полностью опутан Моррисоном, его движения ограничены.
Большие деревья вот-вот должны были раздавить их обоих.
Странные навыки Моррисона позволили ему взобраться рядом с падающим деревом, взлетая в воздух.
Захак тоже хотел вырваться.
Но Моррисон не сдерживался, прикрепив оставшиеся шестнадцать метательных ножей, напрямую выпустив два залпа, чтобы заблокировать движения Захака.
Большое дерево рухнуло прямо на Захака.
Его физическая сила была почти исчерпана, но ему удалось расколоть дерево пополам одним ударом.
Но Моррисон уже был перед ним.
Он не мог увернуться.
Треск!
Хотя тонкий короткий меч не отнял его жизнь, он пробил плечо Захака, протащив его по земле более чем на десять метров, пригвоздив к дереву.
Моррисон взмахнул хлыстом, обезоружив его. Жуткое красное лезвие, вместе с ножнами, притянулось хлыстом и оказалось в его руке.
Захак.
Побеждён.
Он обмяк, пригвождённый к дереву, его горло сладко сдавило, и он изрыгнул полный рот свежей крови.
Холодный дождь лил как из ведра.
Моррисон был невредим.
«С твоими навыками, зачем становиться пиратом? Служить Императору, даже вступить в Орден Императорских Рыцарей, было бы более чем достаточно».
Захак не мог этого понять; это было сокрушительное поражение, но справедливое. Ему нужно было достичь уровня своего учителя, чтобы сразиться с ним.
Моррисон насмешливо хмыкнул дважды.
«Быть офицером в Аране – это просить себе смерти».
Моррисон небрежно произнес.
«Делай свой ход».
Захак холодно уставился на Моррисона, ничуть не боясь смерти, ведь вернувшись в Аран, он был бы просто сломленным человеком.
«Как пожелаешь».
Моррисон горел желанием испытать новое оружие. В хижине Вольмана было много ценных сведений, он должен был идти в ногу со временем. Повернув механизм на руке, он обнажил пять небольших черных дул пушек.
Без колебаний он прицелился в голову Захака и активировал устройство.
Однако…
Ничего не произошло.
Возможно, из-за того, что его замочил дождевой водой, Моррисон стряхнул воду, снова прицелился в голову Захака, но снова осечка.
Затем Моррисон прицелился в сторону.
Бах!
Пять пуль успешно вылетели, проделав небольшие дыры в дереве.
Но намерение Моррисона убить было непоколебимо.
Он обнажил свой красный длинный меч, намереваясь обезглавить его.
Раздался свист. Только Рейн мог так громко свистеть; пронзительный крик, длившийся более двух секунд, означал, что команда Захака была уничтожена.
Моррисон на мгновение умолк.
«Ты крепкий орешек. Я оставлю этот меч; до новой встречи».
Моррисон вложил меч в ножны и, пошагав, удалился.
Оставив тяжело раненого Захака, который уже не мог двинуться.
http://tl.rulate.ru/book/140354/7326320
Готово:
