Глава 49. Начало ритуала
В глубине пещеры, в клетках, те, кто находился ближе к выходу, услышали грохот битвы снаружи. Один за другим они поднимались на ноги.
— Кто там? Что за шум?
— Нас пришли спасти!
— Слава духам, мы выберемся отсюда!
Разговоры быстро разнеслись по всем клеткам.
Дал Тройной Кровавый Клинок, бывший вождь клана Огненного Клинка, заключённый в самой дальней клетке, тоже услышал шёпот своих соплеменников.
«Что происходит? Весь клан Огненного Клинка в плену. Кто мог прийти нас спасать?»
Услышав слова отца, Азука Клинкоярость села и сказала:
— Отец, Лантресора не схватили. Может, это он нашёл кого-то, кто нам поможет?
— Ха, смешно! Этот полукровка? Да кто ему поможет, тем более в битве против Гул'дана!
Азука больше ничего не сказала. Она знала, как сильно её отец презирает полукровок. Заставить его поверить, что их спасает полукровка, было сложнее, чем убедить, что на помощь пришли вожди всех шести великих кланов.
С болью глядя на изборождённое морщинами лицо отца, Азука молча отошла в угол клетки и села.
— Самуро, есть способ открыть этот замок? Все предатели ушли с этим ублюдком Нилру. Это наш шанс, — повернувшись к Самуро, сказал Дал.
— Я попробую, вождь, но я ведь не разбойник.
Самуро подошёл к решётке. Но едва его рука коснулась холодного железа замка, как со стороны входа донеслись шаги.
Неспешный, размеренный шаг заглушил все разговоры пленников. Все головы повернулись к источнику звука.
Гул'дан, стоявший на центральном возвышении, неведомо когда поднялся и теперь медленно шагал по платформе.
Он шёл и что-то рассыпал из рук, бормоча себе под нос:
— Дорогой повелитель демонов Кил'джеден, твоему другу нужна твоя помощь. А теперь… прими дары для твоего прихода.
Начиная с самых ближних к выходу клеток, орки из клана Огненного Клинка один за другим начали подниматься в воздух. Из их тел потянулись красные нити, сходящиеся к Гул'дану.
Увидев это, Дал обезумел от ужаса. В одной из этих клеток были двое его внуков.
— Самуро, скорее, сделай что-нибудь!
— Вождь, я не разбойник, и у меня нет нужных инструментов. Я бессилен, — Самуро лишь покачал головой, глядя на замок.
— Нет! Сайск! Горн! Мои внуки!
Видя, как его внуки тоже поднимаются в воздух, Дал мог лишь в бессилии трясти решётку и реветь от горя.
Азука смотрела на агонию отца, и в её сердце смешались сострадание и ревность. Сострадание к отцу и ревность к племянникам, которые занимали в его сердце такое важное место.
Всё больше и больше орков поднималось в воздух. Поток жертв приближался к их клетке. Дал Тройной Кровавый Клинок, Азука Клинкоярость, Самуро — трое сильнейших воинов клана Огненного Клинка могли лишь беспомощно наблюдать, как гибнут их соплеменники. И следующими будут они.
Снаружи грохот битвы становился всё громче. Чернорук, благодаря совместным усилиям Рело и Килрогга, пришёл в себя, но пламя инфернала наносило урон не только телу, но и духу. Некогда гордый и рвущийся в бой вождь клана Чёрной Горы теперь мог лишь сидеть, прислонившись к стене, и с завистью наблюдать, как его вечные соперники Дуротан и Каргат блистают на поле боя.
Хотя никто не понимал, почему инфернал, призванный Нилру, до сих пор не исчез, Каргат и Дуротан уже изучили его повадки. Из-за чудовищной защиты они пока не могли его одолеть, но с топором Рело в руках Дуротана и призрачными волками Килрогга, отвлекающими монстра, победа была лишь вопросом времени.
Рело и Килрогг, видя, что ситуация под контролем, переключили своё внимание. Первый оттащил Леолорокса к Черноруку и, восстанавливая силы, принялся его лечить. Второй же методично уничтожал демонов Нилру одного за другим, после чего подтаскивал к себе трупы и изучал их, а затем принимался за следующего.
Нилру с отчаянием смотрел, как редеют ряды его прислужников, но ничего не мог поделать. Сначала он не поверил словам Рело, а когда инфернал расправился с одним из вождей, он и вовсе мысленно посмеялся над ним.
Но теперь, столкнувшись с ними лицом к лицу, он понял, что Рело, возможно, говорил правду. Даже если это были не вожди шести великих кланов, это были воины героического ранга. Иначе как бы они так легко «играли» с ним?
К счастью, этот могущественный воин пока не трогал его самого. Поэтому, видя, как уменьшается число его созданий, Нилру мог лишь смиренно призывать новых.
От его былой самоуверенности не осталось и следа. Теперь его занимала лишь одна мысль: как унести ноги.
Пока Килрогг, склонившись, изучал труп очередной инфернальной гончей, Нилру начал медленно отступать.
Сосредоточив всё внимание на Килрогге, он пятился шаг за шагом, как вдруг позади него раздался предсмертный визг одного из его созданий.
— У-у-у…
Он обернулся и увидел своего брата с длинным мечом в руках, с которого ещё не успела стечь свежая кровь.
— Ублюдок! Ты снова мне мешаешь! — взревел Нилру. Он злился не на то, что это был Лантресор, а на то, что один и тот же человек во второй раз срывает его план побега.
— Брат, одумайся. Пойдём со мной в клан Каменного Кулака. Будем жить там, где нет предрассудков. Разве это не хорошо? — Лантресор, ничуть не смущаясь, что его считают занудой, снова принялся увещевать брата.
Услышав слова Лантресора, Рело покрылся холодным потом. Он не хотел видеть в своём клане такого радикала. Это же бомба замедленного действия.
Даже в единых империях, где сотни народов живут в мире, всегда находятся экстремисты, сеющие смуту. Он не был уверен, что сможет справиться с такой проблемой.
Но Нилру тут же развеял его опасения.
— Смешно! Такое место лишь ослабит волю и убьёт стремление к силе! Кто захочет жить в таком болоте!
Видя упрямство брата, Лантресор наконец принял решение.
— Раз так, я силой заберу тебя отсюда. Я не позволю тебе и дальше творить зло под началом Гул'дана!
— Хе-хе-хе! Ну давай, попробуй!
Нилру, заметив, что Рело занят, а грозный Килрогг даже не смотрит в их сторону, решил сначала разобраться с надоедливым братцем, а потом продолжить отступление.
— Взять его!
По приказу Нилру все его демоны бросились на Лантресора. Чего бояться мастера клинка, который не использует невидимость?
— Ну что ж, будь по-твоему!
Лантресор двинулся, и четыре его зеркальные копии разлетелись в разные стороны, устремляясь к Нилру с разных направлений.
— Вождь, прошу вас, не вмешивайтесь. Это моя битва. Даже если я погибну!
http://tl.rulate.ru/book/140105/7597413
