Хан Гону впервые за долгое время прекратил зачистку разломов.
Он объявил перерыв.
Впрочем, перерыв не означал безделье — скорее, личное техобслуживание.
Обычный человек беспокоился бы о шрамах и ранах, но пробужденный, если только не погибал, восстанавливался полностью. Многие игроки из-за этого пренебрегали заботой о теле, но Хан Гону был другим.
Он проверял свое тело с дотошностью механика — старая привычка со времен службы в спецназе.
«Баланс левой и правой стороны в норме. Гибкость… тоже неплохая».
В битве на острове Уллындо он в очередной раз ощутил, насколько стал сильнее. Дело было не просто в высоких характеристиках и множестве скиллов — он научился применять их совершенно естественно.
«Физические параметры, кажется, полностью стабилизировались, и с комбинацией скиллов я освоился».
Но главным подспорьем, без всяких сомнений, было автоматическое восстановление. Мана била неиссякаемым ключом, сколько ни черпай. Благодаря этому он мог без сожалений обрушивать на врагов всю мощь своих способностей.
«Мясо зверя, ставшего древним богом… воистину невероятно».
Когда там появится следующий измененный разлом? Ему даже стало немного жаль, что все закончилось.
И все же слабых мест хватало. Особенно — ловкости.
До сих пор он умело использовал в нужный момент бонусный навык «Электрический рывок», но его ограничения начинали раздражать. Это был всего лишь навык, и время перезарядки становилось критическим недостатком. Сутки на восстановление после одного применения — это было слишком.
Хан Гону вложил весь опыт, полученный за убийство грифонов, в ловкость.
Ловкость 98 -> 134 (+36)
«Отлично».
В дверь постучали.
— Оппа, давай поедим курицу втроем, с Сольа.
— Давай, — согласился он.
Сестра разложила на столе заказанную курицу. Джиюн и Сольа с сияющими глазами смотрели на дымящиеся кусочки.
Ын Сольа за это время совершенно преобразилась. Хан Гону и правда заботился о ней от всего сердца: дал выспаться, отмыться, накормил досыта. Грязную, заляпанную одежду выбросили, купили новую. Девочка все еще была худенькой и маленькой, но на лице уже появился румянец.
— Дяденька! — спросила Сольа, уплетая курицу. — А куда делась та девушка?
— Какая девушка?
— Та, в плаще.
Хан Гону заметил, что Джиюн слушает очень внимательно. Опасаясь ненужных подозрений, он сменил тему:
— Увидишься с ней позже. Но давай договоримся: никому о ней не рассказывать, хорошо?
— Да-а.
Разговорившись, Ын Сольа принялась весело щебетать.
«Вот каково это — растить дочь?»
У Хан Гону никогда не было детей. Ему показалось, что в нем пробудилось новое чувство. Ын Сольа было пятнадцать, а ему до возвращения в прошлое — тридцать пять. Вполне годилась в дочери.
От этой мысли на душе стало еще тяжелее.
«И я убил такого ребенка собственными руками?»
Пусть это и был приказ, пусть она и могла представлять опасность для мирных жителей…
«Хватит бесполезных сожалений».
Хан Гону был человеком действия. Чем острее боль от прошлого, тем усерднее он будет исправлять свои ошибки.
Когда с курицей было покончено, он повел Ын Сольа наверх, в квартиру, которую заранее для нее купил.
— С этого дня это твой дом. Можешь жить здесь.
— …Что? Правда? — Ын Сольа не верила своим ушам.
Она согласилась поехать в Сеул, но была уверена, что ее отправят в приют. Хан Гону и Джиюн были так добры к ней, что она считала это лишь мимолетным светлым воспоминанием, не более. Как те взрослые из приюта, что приезжали ненадолго, дарили заботу, а потом исчезали.
Ын Сольа расплакалась.
Джиюн обняла ее, а Хан Гону так и стоял, словно пригвожденный к месту.
*
Хан Гону ехал в лифте вместе с Кым Хэджуном. Они поднимались на самый верхний этаж здания, которому суждено было стать штаб-квартирой их будущей гильдии. Сейчас там шел ремонт.
Даже в лифте повсюду валялись коробки и обрывки скотча.
— Как установка искусственного разлома? Все прошло гладко?
— Еще бы! И работает отлично, — ответил Кым Хэджун.
На верхнем этаже здания гильдии установили искусственный разлом — подарок, обещанный председателем LK Group в благодарность за спасение внука. Исследователи LK, похоже, горели энтузиазмом: прототип был готов раньше срока. Испытания на безопасность завершены, оставалось лишь запустить его в коммерческое использование.
Хан Гону ни о чем не беспокоился — он и так знал, что прототип будет работать без сбоев.
Они с Кым Хэджуном открыли врата разлома и шагнули внутрь.
Ссс-шшш…
Ощущения были почти неотличимы от настоящего разлома. Перед ними раскинулось широкое плоскогорье.
— Ого.
Под ярко-синим небом простирался бескрайний луг, усеянный невысокими кустарниками и окаймленный скалистыми утесами. В подражание другому миру здесь сияли два маленьких солнца. Сложно было поверить, что это искусственное пространство. Даже веющий ветер был чистым и прохладным.
— Хён-ним, разломы лугового типа кажутся скучноватыми. Вы не просто так заказали именно такой?
Хан Гону был в восторге от пейзажа, но юному Кым Хэджуну он, видимо, казался унылым.
— Думаю завести здесь кое-кого, похожего на орла.
— Что?
Здесь брошенный семьей грифон сможет вволю расправить крылья.
Хан Гону достал из кармана бронзовый ключ — недавно заказанный ключ от пространственного хранилища. Он поднял его в воздух, повернул вправо, и хранилище открылось.
— Ки-и-и-я-я-я!
— А-а-ак!
Из портала с яростным криком вырвался белый грифон. Вздрогнув от неожиданности, Кым Хэджун едва не сел на землю.
— Ш-ш-ши-и-ик!
Выставив вперед золотой клюв, грифон угрожающе уставился на Хан Гону и Кым Хэджуна. В его взгляде, обращенном на Гону, читалось явное неприятие.
«…Наверное, потому что я убил его семью у него на глазах?»
А ведь он спас ему жизнь. Неблагодарная тварь.
Взмах! Взмах!
Грифон взмыл в воздух и улетел к низине.
— Ух ты… Приручить зверя. Хён-ним, вы как всегда нечто особенное.
— …
Хан Гону не счел нужным уточнять, что грифон едва ли выглядит прирученным.
— Спасибо за вертолет, очень пригодился. И еще…
— Да?
Хан Гону кратко пересказал Кым Хэджуну события на острове Уллындо.
— Я привел первого члена гильдии.
— С Уллындо? Удивительно… Что же это за скрытый мастер?
Кым Хэджун был в восторге от появления нового лица.
— Скоро познакомлю.
— С нетерпением жду!
Хан Гону пока не показывал Ын Сольа людям. Время еще не пришло. А подходящее время не ждут — его создают.
Выйдя из искусственного разлома, Хан Гону пролистал список входящих вызовов на телефоне. Репортер PBS News Мун Чхольмин пытался связаться с ним денно и нощно.
Хан Гону отправил ему сообщение.
«Репортер Мун, не хотите написать эксклюзивный материал?»
Телефон зазвонил мгновенно, словно тот только этого и ждал.
— Игрок Хан Гону, что, черт возьми, произошло на Уллындо!
— А как вы сами видите эту ситуацию, репортер?
Мун Чхольмин на мгновение замялся, но тут же заговорил гладко и быстро, как по писаному:
— Да это же сенсация в чистом виде! Двадцатилетний игрок S-класса одолел диких зверей и спас жителей острова! История, которая понравится любому корейцу.
— Вот как?
Хан Гону молча выжидал, и Мун Чхольмин не выдержал:
— Если честно, обидно. Ни одной завалящей записи с камер наблюдения или телефона, одни старики, из которых и живого слова не вытянешь… С ума сойти можно.
— Понимаю.
— Игрок Хан Гону, может, расскажете все как на духу только мне? Разве я хоть раз искажал факты? Другие репортеры — может быть, но вы же знаете, я не занимаюсь грязными делишками.
— Что именно вы хотите узнать?
— Говорят, кроме вас там было еще двое… Кто они?
Наконец-то он перешел к делу.
Хан Гону едва заметно улыбнулся и сменил тему:
— Репортер, вы знаете о скиллах укрощения?
— …Укрощения… Насколько я знаю, это довольно опасный скилл?
До Мун Чхольмина доходили слухи. Были свидетельства, что на Уллындо кто-то свободно управлял зверьми и стравливал их друг с другом.
«Это же укротитель…»
Но это было невозможно. Насколько знал Мун Чхольмин, в Корее на данный момент не было ни одного действующего укротителя. Он был профессиональным репортером. Показания обычных людей всегда искажены страхом или преувеличением. Их нужно проверять. Был, конечно, один надежный свидетель — пробужденный. Но он молчал, словно на исповеди, и это сводило с ума.
«Да что же там на самом деле произошло?!»
Ситуация явно была непростой. Информация под контролем, а единственная надежда, Хан Гону, не отвечал. Как тут не сойти с ума от досады?
— Если уж вы, специалист по пробужденным, так думаете об укротителях… представьте, какое неприятие они вызывают у обычных людей, — сказал Гону.
— Пожалуй, вы правы, — охотно согласился Мун Чхольмин.
— На вашем месте, — предложил Хан Гону, — я бы сейчас же доложил начальству и запланировал специальный репортаж, посвященный потенциалу скилла «Укрощение».
— ?
— Вы понимаете, о чем я? Не пожалеете.
Щелк.
Как всегда, Хан Гону бросил наживку и повесил трубку.
— Вот черт…
Мун Чхольмин немедленно развернул машину и поехал в редакцию.
Тем временем инцидент на далеком острове Уллындо вызывал все более широкие круги. Первым делом переполох начался в правительственных ведомствах. В Агентстве по управлению пробужденными, отвечающем за контроль над игроками и разломами, его глава Пак Сынрёль трясся от ярости.
— Стая одичавших грифонов в наших территориальных водах? Откуда, черт возьми, они взялись?
— …Есть подозрения, что со стороны Цусимы. Говорят, несколько месяцев назад там открылся незачищенный разлом, — докладывал начальник отдела, утирая со лба холодный пот.
Брови главы агентства поползли вверх.
— Цусима? Япония?
— Да. Сейчас его накрыли «Пирамидой», но, похоже, несколько тварей успело выбраться на начальном этапе.
Глава сверкнул глазами.
— Идиот! И это ты называешь «несколько»? Да они там целую стаю образовали!
— …Прошу прощения.
Начальник отдела понурил голову.
— И еще! О такой информации нужно докладывать немедленно! Мы бы хоть жителей эвакуировали!
— Японское агентство крайне неохотно делится информацией… Эти сведения мы и так с трудом раздобыли, — жалобно оправдывался тот.
— И это ты называешь оправданием… Ну, знаешь ли…
Глава выругался, но его пыл заметно поубавился. Он и сам знал, что проблемы с разломами и зверьми сродни стихийным бедствиям. Он злился от бессилия, понимая, что полностью предотвратить подобное невозможно.
«Хорошо еще, что случилось чудо».
Казалось, вся его карьерная удача была потрачена на этот случай.
«Стая диких зверей напала на островную деревню, и ни одной жертвы?»
Когда он впервые увидел отчет с нулем в графе погибших, то подумал, что это опечатка. Если бы кто-то принес ему такой сценарий для учений, он бы высмеял его за нереалистичность.
Глава агентства был безмерно благодарен игроку по имени Хан Гону.
— S-класс — это настоящее сокровище…
Если бы не Хан Гону, общественное мнение об их агентстве упало бы на самое дно.
— Но откуда у него информация? Мы, конечно, благодарны, что он прилетел, но странно, что он так быстро прибыл на вертолете…
У начальника отдела была своя теория.
«Может, он перехватывает сигналы о помощи?»
Среди наемников были и те, кто перехватывал правительственные сигналы бедствия, чтобы прибыть на место раньше спасателей и содрать деньги с гражданских.
— Да какая нам разница! Никто не пострадал, денег он не требовал, так? Вот и отлично.
— Да… это так.
Похоже, глава агентства решил оказать Хан Гону полную поддержку.
Начальник отдела, уловив момент, тут же внес предложение:
— Что касается игрока Хан Гону, может, организуем ужин с вами, господин глава?
— О, ужин? Отличная идея.
Глава агентства удовлетворенно улыбнулся. И он, и начальник отдела были тертыми калачами, съевшими собаку на службе в Агентстве по управлению пробужденными.
«С S-классом нужно знакомиться лично, чего бы это ни стоило».
Поблагодарить за спасение граждан, а под этим предлогом наладить личные связи. После отставки пригодится.
Однако не успел он отдать распоряжение, как в кабинет, семеня, вошла его секретарь со смущенным видом. Она стояла, не зная, как быть, и нервно сцепив руки.
— Господин глава, ужин с игроком Хан Гону организовать не получится.
— Почему?
— Э-э… Похоже, с ним собираются связаться из Службы Особой Безопасности. Нам лучше не вмешиваться.
— …!
Лицо главы агентства окаменело. При упоминании этой организации у него разом пропал аппетит. Он провел ладонью по лбу и щекам, а затем кивнул.
— Да, да. Считай, что ничего не было.
Служба Особой Безопасности, SSS — правительство над правительством. Мешать им было нельзя. Раз они обратили на него внимание, будущее молодого человека по имени Хан Гону было предрешено.
«Либо убьют, либо сожрут».
Глава агентства мысленно выразил Хан Гону краткое соболезнование.
http://tl.rulate.ru/book/140075/8776849
