Бум! Бум! Бум!
- Больно!
- Очень больно!
В этот момент Великий Змей обнаружил, что его тело разорвано пополам. Он извивался и бился остатками своих конечностей, превращая все окрестные строения в руины, словно сметая опавшие листья.
Глоть...
Орочимару покрылся холодным потом, не отрывая взгляда от удаляющейся ввысь птицы, виднеющейся сквозь дым.
- Эй, Орочимару, я умираю, и это всё из-за тебя!
Слушая непрекращающиеся жалобы Змея, Орочимару, стиснув зубы, сжал кулаки, на его лбу вздулись вены.
- Это сила Учихи или его личная мощь?
Сколько времени прошло с их последней схватки с Асукой? Всего два месяца, если посчитать в точности. Два месяца. И за такое короткое время его мощь возросла до столь пугающего уровня. Или, быть может, два месяца назад он лишь притворялся?
После недолгого молчания Орочимару потёр онемевшие щёки и снова вдруг рассмеялся.
- Асука-кун, ты становишься всё более и более интересен мне.
- На самом деле, — Асука осторожно похлопал себя по животу, развеивая клубы дыма, что заполнили всё пространство, и тем самым открывая Орочимару, который весь вспотел, - меня очень интересует принцесса Орочи.
Едва он договорил, как в его правом глазу возникла острая боль. Асука прикрыл глаза, и в следующее мгновение три томоэ завертелись, вновь устремляясь в сторону Орочимару.
В тот миг, когда хозяин великой страны был освобождён, Великий Змей вдруг почувствовал резкую боль в брюхе, и мучительное страдание заставило его снова взреветь.
- Больно!
- Больно до смерти!
- На этот раз мне по-настоящему больно!
- Орочимару, я тебя запомнил!
Затем над двумя частями тела Великого Змея внезапно поднялся столб белого дыма.
Бум!
Когда белый дым рассеялся, Орочимару окинул взглядом кровь на земле и исчезнувших змей, а затем облизнул сухие уголки рта и мрачно произнёс:
- Меня немного удивило, почему из рассечённой Манды* кровь не потекла тут же. Господин Асука, можете ли вы рассеять мои сомнения?
- Потому что мой меч быстр!
В следующую секунду Асука возник прямо перед Орочимару и нанёс удар мечом.
[Лязг!]
Рука Орочимару задрожала, когда его правый кунай* блокировал клинок меча, сияющий холодным светом. Затем он раскрыл рот и выплюнул ещё один клинок Кусанаги*. Когда он сжал рукоять меча зубами, его шея начала удлиняться, и в итоге он оказался за спиной Асуки, пытаясь нанести удар в сердце.
- Стихия ветра: Стрельба по целям!
Шукаку, стоявший на плече Асуки, хлопнул себя по животу, и прямо из его пасти вылетел сгусток ветра, содержащий большое количество чакры*, который врезался в шею Орочимару.
- Хм? Этот тануки*?
Поняв, что сила тануки немного отличалась от прежней, лицо Орочимару помрачнело, и в его сердце внезапно возникло чувство беспокойства.
- Тогда это означает... что они оба скрывают свою силу?
[Бум!]
Избегнутый снаряд ударился о землю, мгновенно создав глубокую воронку диаметром в несколько метров.
Глядя на огромную воронку с клубящимся дымом и пылью, Орочимару осознал, что скрытая атака не удалась, и он тут же сложил печати одной рукой, собрал порыв ветра в правой руке и ударил им в лицо Асуки.
- Стихия ветра: Великий прорыв!
- Техника Замещения!
- Вау!
Перед глазами Орочимару возникла вспышка дыма. Он посмотрел на деревянную куклу, которую разнёс в щепки, глубоко вздохнул, а затем посмотрел на окружающие руины.
- Стихия ветра и великое огненное истребление!
Ощутив колебания чакры над головой, Орочимару внезапно посмотрел в небо.
Огненный шар размером с метеорит появился в небе. Мощный удар мгновенно испарил дождевую дымку с земли и разметал её вокруг.
- Эй, ты шутишь?
Чувствуя, что это комбинированное ниндзюцу было намного мощнее, чем два месяца назад, Орочимару становилось всё хуже.
Красный свет быстро распространялся с крыши на землю, окрашивая щёки Орочимару в багровый цвет.
При ближайшем рассмотрении, в красном горении проступал еле заметный тёмный оттенок.
Высокая температура начала обжигать землю, и давно влажная почва мгновенно испарила влагу, становясь сухой и потрескавшейся.
[Бух!]
Огненный шар размером с метеорит ударился о землю и превратился в бушующее море пламени, разливающееся во все стороны.
Вдалеке.
Е Цан и Нанахана остановились одновременно. Они обернулись, чтобы взглянуть на место позади них, похожее на огненную гору, и невольно отступили на несколько шагов.
Даже на таком расстоянии от взрыва, вызванного огненным шаром, они всё ещё чувствовали обжигающий жар, проникающий сквозь воздух.
- Эй, Орочимару ведь не должен быть мастером огненного шара, верно?
Услышав бесцеремонный вопрос Е Цан, Нанахана на мгновение замолчала, затем покачала головой.
- Даже если он и мастер, он не смог бы сотворить такой масштабный огненный шар.
Как член клана Сарутоби, известного своим использованием огненного шара, она прекрасно понимала силу только что применённого ниндзюцу.
По её воспоминаниям, помимо определённых комбинаций ниндзюцу, только Шура в мире ниндзя в то время мог сотворить такой масштабный огненный шар.
- Угу.
Е Цан слегка кивнула и отпустила свою полузабытую тревогу.
Ей было всё равно, жив Орочимару или мёртв.
Вспомнив юношу с улыбкой, яркой, как солнце, который когда-то спас её от смерти, словно божество, Е Цан озорно улыбнулась.
Он теперь настолько силён, что превзошёл даже её саму.
Хм.
Прекрасно.
- Хватит сражаться.
По мере того как тоска в его сердце становилась всё сильнее, Е Цан махнул Нанахуа рукой, развернулся и зашагал прочь.
– Ты играй один.
Нанахуа на мгновение остолбенела. Она проводила взглядом удалявшегося Е Цана и слегка нахмурилась. Неизвестно почему, но она вдруг почувствовала, как воздух пропитался горьким запахом – совсем как аромат пищи, который она ощущала, когда ступила на землю клана Учиха.
[Хлопок!]
Асука приземлился на горячую землю. Он осмотрелся вокруг, где воздух искажался от жары, и принялся разыскивать Орочимару. Этот парень обладал бесчисленными способами спасти свою жизнь, так что он не мог умереть так просто.
[Ого!]
В это время среди руин раздался шум. Асука посмотрел на дрожащую фигуру, выходящую из почвы, и глубоко вдохнул окружающий жар.
— Техника Замещения в Стиле Орочи!
Орочимару вылез из пасти своего заменителя. Отряхнув мокрые пряди волос, он поднял голову, посмотрел на Асуку и холодно произнёс:
— Я не ожидал, что господин Асука питает ко мне такую ненависть. Он был почти убит.
— Тц… – Асука размял пальцы и вздохнул. – Орочимару, ты сам начал первым. Ты сказал, всё в порядке, но почему ты ударил меня посреди ночи? Ты почти добился своего той ночью.
Орочимару покачал головой и тоже вздохнул.
— Как жаль.
— Действительно! – Асука кивнул, а затем поднял правую руку высоко над головой. Чакра мгновенно сконденсировалась в неатрибутивный шар в его ладони, и по мере того как шар быстро вращался, он медленно становился огненно-красным.
[Пух!]
Шукаку посмотрел на разрастающийся огненный шар и выплюнул в него пустой снаряд.
[Бум!]
Красный шар расширился в круг, словно бьющееся сердце.
[Пух!]
Ещё раз выплюнув в него пустой снаряд, Шукаку посмотрел на вновь расширившийся огненный шар, полностью привыкнув к происходящему. Он обнаружил, что используемые им ниндзюцу могут быть идеально объединены с ниндзюцу Стихии Огня, выпускаемыми противником, превращаясь в комбинированное ниндзюцу.
[Бум!]
Бум!
По мере того как в огненный шар непрерывно добавлялись взрывные печати, диаметр его стремительно рос, и вскоре он достиг ста метров, сияя в руках Асуки, словно второе солнце.
Пылающий и вместе с тем сдержанный.
Хотя ощутить жар этого шара было невозможно, даже невооружённым глазом было видно, сколь колоссальная энергия таится в пылающей огненной сфере.
Асука взмыл высоко в небо и метнул огненный шар, следуя за стремительно удаляющимся Орочимару.
Это было ниндзюцу S-ранга без печатей.
— Футон: Палящее Солнце!
Огненный шар медленно опускался, и его тень постепенно накрыла тело Орочимару.
Бум!
В следующее мгновение Асука, наблюдая, как огненный шар бесследно исчезает в воздухе, почувствовал недоумение. Над его головой, казалось, возникали вопросительные знаки.
— Шукаку, куда исчез мой огромный огненный шар?
Шукаку энергично протёр глаза. Он оглядел опустевший мир вокруг, не обнаружив ни малейших следов огня или чакры ветра. После короткого молчания Шукаку ответил резким голосом:
— Возможно, мы под гендзюцу. Просто подожди, я сейчас развею его.
В это время.
Гора Мьёбоку.
Множество маленьких и больших жаб одна за другой поднимали головы. Они смотрели на солнце, внезапно появившееся в небе, и в их глазах удивление постепенно сменялось страхом.
В этот момент с самой высокой вершины горы Мьёбоку раздался пронзительный женский голос:
— Ах~ах~
— Джирайя, клянусь, я сварю тебя вместе с насекомыми!
Бум!
Огненный шар взорвался на большой высоте, и ужасающая температура прокатилась по окрестностям, развеяв белые облака в небе и окрасив половину неба над горой Мьёбоку в огненный цвет.
Эта священная земля, где круглый год не было заката, впервые встретила свой собственный закат.
У Саннина-жабы, погружённого в сон, слегка дёрнулись уголки губ. Его закрытые глаза дрогнули дважды, но он всё равно не решился их открыть.
Это огненное дзюцу, взорвавшееся в небе, не могло причинить никакого существенного вреда горе Мьёбоку, но немного напугало жаб.
- Малыш Джирайя, он и впрямь не считает жаб за людей.
http://tl.rulate.ru/book/139764/7081813
Готово:
