Перси оказался в странном состоянии.
Он по-прежнему ничего не видел и не слышал, но наконец перестал двигаться. Притяжение его тела стало значительно слабее. Оно ощущалось, но не могло вытащить его из… того места, где он находился. Его попытка овладеть умирающим светом явно что-то изменила, хотя он не был уверен, что именно.
- Как будто мои конечности скрючены и утрамбованы в беспорядочный ящик.
Ну, если предположить, что у него вообще есть конечности. Логически, у этого тела должно быть нечто подобное, но он пока не мог пошевелить ни единым мускулом. Перси попытался пошевелиться. Похоже, он всё ещё находился в форме души. Само его существование просачивалось сквозь уголки и щели тесного контейнера. Внезапно…
[Треск]
Один из предметов, с которым он соприкасался, поддался давлению, рассыпавшись в ничто.
- Другая душа! Она ещё не полностью исчезла!
Перси попытался высвободиться из духа своего носителя, чувствуя, как рассыпаются новые частицы. В то же время, притяжение немного усилилось. Очевидно, он не мог позволить себе слишком сильно повредить его, иначе не осталось бы ничего, что могло бы удерживать его в этом месте.
- Можешь прекратить это, чёрт возьми?!?! - это была не его мысль.
Слова, эхом отдававшиеся в его сознании, были чужими, произнесенными на языке, о котором он никогда не слышал. Тем не менее, он мог их понять, так как они, казалось, передавались вместе со своим скрытым смыслом. Перси нахмурился бы, если бы у него всё ещё были губы.
- Кто ты? - спросил он.
Волна веселья вторглась в его сознание.
- А ты как думаешь?! Или ты случайно вошёл в моё тело?
Ладно, это был глупый вопрос. В защиту Перси можно сказать, что он не ожидал, что ему придется делиться. Ничего подобного не происходило в тот единственный раз.
- С другой стороны, последнее тело БЫЛО младенцем.
- ТЫ МОНСТР!! ТЫ ЗАВЛАДЕЛ МЛАДЕНЦЕМ?!?! - в негодовании закричала душа.
Перси не нашёл слов. Он не хотел делиться этим.
- Так или иначе, это было случайно. К тому же, оно уже умирало… кажется.
- ВЫМЕТАЙСЯ, ИЗВЕРГ!!!
На этот раз другая душа металась и пыталась вытолкнуть его. Однако ей удалось лишь ещё сильнее навредить себе. Волна боли захлестнула Перси, но это была не его боль.
- Прекрати! Ты что, пытаешься уничтожить себя?
- ЗАМОЛЧИ, ДЕМОН!!! - завопила душа. - Я ЛУЧШЕ УМРУ, ЧЕМ ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ ОПОРОЧИТЬ МОЁ ТЕЛО!!!
Перси уже собирался выругаться, но замер. Возможно, это была обычная реакция на одержимость. Если вообще существовало такое понятие, как "норма" в этой ситуации. И всё же, было бы жаль умереть в течение трёх минут после прибытия сюда.
- Может, сначала поговорим об этом? - спросил он. - Обещаю, я уйду сам, если мы не сможем прийти к соглашению.
- Что тут обсуждать?!? Я прожил всю свою жизнь как гордый воин Хуэхуэ! Я не позволю своей смерти изменить это!!
Перси сосредоточился на самой интересной информации, которой поделился его родственная душа.
- Хуэхуэ? Это название этого мира?
На этот раз его накрыла волна шока, предвещая недоброе. Каким-то образом он усугубил и без того шаткое положение.
- ТЫ ДАЖЕ ЭТОГО НЕ ЗНАЕШЬ?!?! ЧУЖАК?!?!
Душа удвоила усилия, чтобы вытеснить его. Такими темпами она развалится на части всего за несколько мгновений. Даже боль, доходящая до Перси через связь, была невыносимой. Что бы ни переживал его хозяин, должно быть, это было в дюжину раз хуже, но его это, похоже, не волновало.
- Что у тебя против чужаков? Я даже не знал об этом месте до сих пор! - сказал он.
- ЛЖЕЦ!!! ИМЕННО ТАКИЕ ЛЮДИ, КАК ТЫ, ВСЁ ИСПОРТИЛИ!!! Я ЛУЧШЕ ПОЗВОЛЮ КРОКА'РОЧУ ОВЛАДЕТЬ МОИМ ТЕЛОМ, ЧЕМ ТАКОМУ ОТБРОСУ, КАК ТЫ!!!
Перси уже собирался сдаться. "Тяга" начинала отрывать его от тела, и казалось, что с его владельцем невозможно договориться. Однако он попытался в последний раз.
- Смотри, я понятия не имею, кто эти чужаки, которых ты так ненавидишь, но почему они захватили твоё тело? У тебя есть что-нибудь, что им нужно?
Как ни странно, это немного замедлило усилия души, словно она задумалась над вопросом Перси, хотя и не прекратила сопротивление полностью.
- Кто знает? Вы, люди, уже забрали всё! Наш мир, наше наследие, нашу свободу! Может быть, вы решили, что этого недостаточно, и теперь вам нужна и наша честь!
Слова души были едкими, но Перси почувствовал за ними нечто большее, чем ярость – неописуемую печаль.
- Мне жаль, что с тобой это произошло, - ответил он. - У меня нет никакого интереса насильно завладевать чьим-то телом. Если ты хочешь пожить подольше, я могу попробовать удержать то, что от тебя осталось, на некоторое время. Ничего другого я не сделаю без разрешения.
На этот раз дух перестал сопротивляться. Однако многие из осколков уже разрушились. Перси с трудом удерживал их. Особенно тяжело было балансировать между тем, чтобы закрепиться самому и не сжимать осколки слишком сильно.
- Как я узнаю, что ты говоришь правду? - спросил он через некоторое время.
Перси мысленно «пожал плечами», надеясь, что это будет воспринято именно так.
- Ты всегда можешь вышвырнуть меня потом, если я попробую что-то смешное.
Душа долго молчала. Он уже собирался напомнить ей, что время на исходе, когда она заговорила.
- Ты вообще можешь сделать то, что утверждаешь?
- Понятия не имею. Твоя недавняя истерика, конечно, всё усложнила. Но если у тебя нет идеи получше, я могу сделать всё, что в моих силах.
Дух ничего не сказал, что Перси расценил как «да». Конечно, то, что он обещал, было легче сказать, чем сделать. Его носитель уже умирал, когда Перси нашёл его, что говорило о том, что тело и душа были не в лучшей форме с самого начала. Теперь стало ещё хуже. Не говоря уже о том, что он едва мог прикасаться к осколкам, не разрушая их…
«Хотя, с момента последнего разрушения прошло уже некоторое время…» - осознал он.
Возможно, тот факт, что его носитель предварительно согласился работать с ним, каким-то образом повысил их совместимость?
В любом случае, он должен был действовать быстро. Перемещая свою собственную душу, он максимально бережно обволакивал осколки. В отличие от прежнего, каждый раз, когда он касался одного из них, воспоминания проносились в его сознании.
Мрак сырой темницы, вкус гнилого мяса, боль от отвратительных ран, трепет победы, горечь поражения, гордость сломленного народа, боль предательства… Это было слишком, но Перси отбросил всё это. Он мог задать вопросы позже – если они выживут.
Пока что он продолжал растягивать всего себя, пытаясь использовать то, чем он был, чтобы восполнить пробелы в том, чего не хватало духу. В какой-то момент он окутал многие осколки, обняв их нежно, но крепко. Они удерживали его здесь, и он надеялся, что послужит мостом между ними. Результат был неоднозначен. По крайней мере, ущерб перестал накапливаться, но его носитель не был в полной мере функциональным. Более того, Перси не мог использовать и чувства тела.
- Почему с младенцем всё было так намного проще?!
Возможно, потому, что у последнего не было воли, что делало его более податливым, легче сливающимся.
Не имея других вариантов, юноша мысленно вернулся к сгустку душевной маны, щедро дарованной ему его основным телом. Он ещё не использовал её. Конечно, он не был уверен, что это поможет, но если он потерпит неудачу, то и не понадобится.
Позволив ей распутаться, он почувствовал, как мана вытекает наружу. Субстанция с готовностью устремилась к краям его фрагментированной души, начиная делать то, что у неё получалось лучше всего – восстанавливать её. И, как по волшебству, она наткнулась на другую душу, отчаянно нуждающуюся в исцелении именно в этих местах!
Подобно клею, она заполнила трещины, сближая души, пока воспоминания духа нахлынули на него с ещё большей силой. Было слишком много, чтобы разобраться, хотя Перси сосредоточился на одном, когда они достигли равновесия: на имени его нового приятеля.
- Миктлантекутли.
http://tl.rulate.ru/book/139587/7054913
Готово:
