Человек–лесоруб Но Пхильду.
Один из ключевых бойцов террористической группировки «Прометей».
Чистокровный оборотень, трансформируется в вервольфа.
Предполагаемая боевая мощь – S–ранг.
Считается специалистом по ближнему бою.
Коронный приём – Вой.
Прозвище Человек–лесоруб он получил за свою манеру боя: сначала парализует жертву жаждой крови, а затем одним ударом топора сносит ей голову.
Само собой, Но Пхильду был в списке особо опасных. Террорист, преступник первого класса. Его имя значилось в справочнике «Хварим», который мы зубрили наизусть, а за его голову была назначена награда.
Сколько там за него давали? Кажется, сотни миллионов. И это не только в Корее – он преступник мирового масштаба.
К тому же он оборотень – представитель особого вида, считающегося сильнейшим в бою один на один.
— Меня остановить решил? — Но Пхильду сочился самоуверенностью. И его можно было понять.
Да, в последнее время я нашумел, но Но Пхильду, судя по всему, боец уровня Тимлидера Сибаля.
«А я смогу одолеть Тимлидера Сибаля?»
— А что, не получится? — Осторожно уточнил я.
— Не–а. Если ты не ровня Ли Джунбону, то ляжешь за секунду. Щенок.
— Это ты так обо мне беспокоишься?
— Нет. Это я к тому, что сегодня отрублю тебе башку, расчленю на куски и скормлю промышленному шредеру.
Бессмертный может умереть, если его к этому принудят, но физическое уничтожение, конечно, надёжнее. Смогу ли я восстановиться, если меня перемелет в шредере? Пока что ни одному Бессмертному такое не удавалось. Клетки–то, может, и выживут, будут извиваться, но вот собраться обратно в человека – совсем другая история.
— Не надо, мне страшно, — сказал я.
И ведь правда страшно. Я представил, как меня затягивает в шредер.
Я прикинул, сколько ещё будет действовать препарат. Примерно час в запасе есть.
— Может, просто отпустишь меня? — Спросил я со всей искренностью.
— А ты бы на моём месте отпустил?
— Ага. — Я лучезарно улыбнулся и кивнул.
В этом мире иногда не обойтись без святой лжи.
— Бешеный ублюдок. Аж интересно на твою мамашу поглядеть.
Похоже, Но Пхильду был любителем оскорблять родителей.
«К твоему сведению, ублюдок, повстречай ты мою матушку – сразу бы сдох».
После пробуждения Бессмертного во мне я стал лучше чувствовать силу. И, как ни крути, моя мать кажется куда более несокрушимой стеной.
Так что Но Пхильду меня не пугал. Хотя победить его в бою – это, конечно, совсем другое дело.
Вун!
Я не сводил глаз с вытянутой волчьей морды, как вдруг он исчез, оставив за собой лишь размытый силуэт.
Сверху вниз, снизу вверх. Топоры в его руках мелькнули крест–накрест. Почувствовав их траекторию, я отпрыгнул назад.
Фшух!
Он взмахнул топорами с такой силищей, что в ушах зазвенело от рвущегося воздуха. Ударная волна толкнула меня в грудь. Невероятное явление, порождённое его тупой, чудовищной мощью.
— Ложись!
Услышав голос за спиной, я пригнулся. В тот же миг что–то со свистом пронеслось над моей головой и устремилось прямо в грудь Но Пхильду.
Но Пхильду выставил лезвие топора как щит.
Дзынь.
Дротик. Не простой, а отравленный.
— Нельзя же позволить новичку умереть в одиночку, — раздался голос тимлидера Пак Пхилло. Его бедро было уже в полном порядке – видимо, успел закинуться «белой бабочкой».
— Прости, от меня помощи будет немного.
Подоспел и Голос, мой напарник, вонзая себе в плечо Блад–джек.
М–да, вот так–так.
Вообще–то я собирался немного с ним повозиться и сбежать. Всё–таки я пока не был уверен, что смогу одолеть Тимлидера Сибаля даже в спарринге.
Впрочем, победить и убить – вещи разные.
Я закрыл и снова открыл глаза.
Пора переключать передачу.
Я окинул взглядом всех: Но Пхильду, себя, тимлидера Пак Пхилло и Голоса. Мозг заработал на полную, прокручивая десятки боевых сценариев. Впервые я понял, что способен на такое.
За считаные секунды я прогнал десятки симуляций боя. И пришёл к выводу.
Отступать нельзя.
— Я беру его на себя. Тимлидер Пак Пхилло – прикрывайте. Голос, ты держи дистанцию и ищи снайперскую позицию! — Мгновенно раздал я команды.
Сейчас мне нужна мобильность и реакция, чтобы уворачиваться от выпадов Но Пхильду. А для этого необходимо обострить шестое чувство.
— Х–хуп.
Я затаил дыхание, на миг прикрыл глаза и «открыл врата» восприятия.
Это тайная техника, которой я научился у тимлидера во время операции по похищению доктора Пак Бён–джуна. С тех пор я сам её изучал. Правда, была одна проблема: она слишком возбуждала, поэтому я старался не злоупотреблять ею.
В результате долгих исследований и размышлений я пришел к выводу: Тимлидер Сибаль называл это «открытием врат», но, если точнее, это было «Усиление синестезии».
«Синий звон колокола» – это когда ты слышишь звук, но воспринимаешь его как образ. Синестезия – это вторжение одного чувства в область другого.
Если тайная техника чистокровного клана Чон – «Разделение чувств», то техника тимлидера – «Слияние чувств».
Она накладывает все пять чувств друг на друга, расширяя границы шестого. Это пробуждает невероятную сверхчувствительность, позволяющую предсказывать движения противника.
В этом и заключается вся суть техники «открытия врат».
Именно она мне сейчас и понадобилась.
Тунг.
Но Пхильду перестал болтать и пустил в ход топоры. Ему явно не терпелось раскроить череп Бессмертному, посмевшему встать у него на пути.
Вжик.
Лезвие топора вторгается в область моего шестого чувства. Цель – не я.
Топор в левой руке наносит горизонтальный удар, а топор из правой летит в броске. Прямо как тот ублюдок на крыше. Этот тоже любит внезапные атаки.
Летящий топор нацелен на Голоса. Он не увернётся.
Бам!
Я тоже оттолкнулся от земли, используя ровно столько силы, сколько мог бы выдать натренированный Бессмертный. Любой бой – это обман, и я не собирался раскрывать все свои карты сразу.
Встав на пути топора, я скрестил руки для блока.
Дум!
Активировалось Галактическое поле моих перчаток.
Ду–ду–ду–дум!
Щит в виде млечного пути задрожал, когда в него врезался топор, и разлетелся на куски. Вот же чёртова сила оборотня.
Я выставил грудь навстречу лезвию, не растерявшему своей инерции.
Хрясь!
Гексагональное поле плаща тоже разлетелось в миг активации. Топор пробил плащ и вспорол бронежилет под ним.
Хлюп.
По груди потекла кровь. Осталась лишь царапина.
— Фух… — Я выровнял дыхание одним выдохом и поставил ногу на упавший топор.
— Куда собрался?
Это была провокация.
Но Пхильду моргнул, посмотрел на меня и вдруг широко, радостно улыбнулся.
— Ты ведь тот, кто отнял руку у моего ученика. Так что подобное вполне ожидаемо, да–да, само собой.
Во мне тоже течёт кровь оборотня, так что я чувствовал: этот ублюдок слегка возбудился.
— К чему эти провокации? — Заметил тимлидер Пак Пхилло.
— Да я и не думал провоцировать, — не успел я договорить, как меня снова накрыло головокружительное ощущение опасности.
Ба–бах!
Шестое чувство сработало быстрее слуха. Я извернулся, уклоняясь. Туда, где я только что стоял, ударил топор.
Та–та–та–та!
Тимлидер Пак Пхилло открыл огонь из пистолета по предполагаемой позиции Но Пхильду – идеальному месту для атаки на меня.
Дзинь–дзинь–дзинь!
Но Пхильду выдернул топор и, не глядя, отмахнулся им назад, отбивая пули.
Вот же чудовище.
Я отпрыгнул в сторону. Говорили же, что боец S–ранга не умрёт так просто даже в схватке с Именным персонажем.
Повинуясь сигналу шестого чувства, я ударил по летящему лезвию ребром ладони. Чтобы принять удар в лоб, мне пришлось бы использовать силу оборотня, но сейчас это было нельзя. Выдержать мощь чистокровного в его истинной форме было бы самоубийством. Значит – только уводить удар в сторону.
Это был коронный приём Тимлидера Сибаля.
Уклоняться от всего, а что невозможно – отводить.
Время от времени в него летели дротики и пули. Голос, державшийся на расстоянии, даже пытался вести снайперский огонь из винтовки.
— Так ты ученик этого ублюдка Ли Джунбона.
— Нет! — Я задыхался, но на такое промолчать не мог.
«Кто чей ученик, а?»
Но Пхильду отбивал пули и дротики топором в левой руке, а правым целился в меня.
Отчаянно уворачиваясь, я в какой–то момент всё же выстрелил из «4-го Козыря». Похоже, даже для этого ублюдка адамантиевые пули были опасны – он тут же выскочил из зоны поражения.
При этом он показал нечто поразительное: оттолкнувшись левой ногой, он отпрыгнул в сторону, а затем тут же оттолкнулся правой и вернулся на прежнее место. Два толчка вправо–влево – и он ушёл с линии огня. Трюк, достойный чудовищной силы оборотня.
Я полоснул мачете по голове вернувшегося врага. Он заблокировал лезвие топорищем и отбил его в сторону.
Клац.
— Хм, адамантий?
На нашем оружии не осталось ни царапины.
В его лапах топор казался небольшим, но для меня он был бы слишком громоздким даже для одной руки. Одно только лезвие размером с двадцатидюймовый монитор.
Вжух!
Но Пхильду, казалось, наслаждался боем.
— Давай, блокируй ещё! — Кричал он без умолку.
Убирать мачете было некогда, поэтому я, используя инерцию клинка, развернулся и нанёс ещё один удар.
Фу–ах.
Я ощутил настолько чудовищную силу в его ответном движении, что тут же выпустил мачете из рук.
Хрясь!
«Что он сделал?»
Моё мачете отлетело в сторону и вонзилось в землю.
— Пф–ф, теперь ты безоружен, — усмехнулся Но Пхильду.
Он всего лишь взмахнул топором. Просто в несколько раз сильнее, чем раньше. Так я и лишился своего клинка.
Я выхватил нож–струну и взял его обратным хватом. Пистолет в такой ситуации бесполезен. Враг постоянно навязывал ближний бой.
Полагаясь на шестое чувство, я едва успевал уворачиваться. Но даже уклоняясь и отводя удары, я получал всё новые царапины. Казалось, меня вот–вот сдует ударной волной. Стоило ошибиться с блоком, как кости начинали трещать.
Хруст.
Уворачиваясь, я оступился, и он наступил мне на большой палец ноги. Кажется, раздавил. Но препарат ещё действовал, так что тело само исцелится. Не время обращать на это внимание.
Бах! Вззз–звинь!
Если бы не прикрывавший меня дуэт, я бы давно уже отправился в шредер.
Я использовал всё: и Отвод глаз, и обманные движения, и рассеивание присутствия – ничего не работало. Вернее, он на это даже внимания не обращал.
Но Пхильду просто следил за мной глазами и махал топорами. Левым блокировал, правым атаковал. Он словно выполнял монотонную работу, а я из последних сил уворачивался и защищался.
Время играло на стороне Но Пхильду. Он оборотень и мог повторять эти простые движения трое суток без перерыва. Я знал это, ведь во мне тоже текла кровь оборотня. Но позволить этому случиться я не мог.
— Думаешь, поймаешь меня?
Я использовал любую возможность для провокации, то выставляя «4-й Козырь» как щит, то размахивая им, как дубиной.
Дзынь–дзынь!
Даже когда я отводил удар, отдача сотрясала все кости в теле. На цельном адамантии начали появляться царапины.
— Кх–х. Я могу так махать хоть целую неделю.
«Вот же хвастун. Неделя – это уже перебор, не находишь?»
— Это ты говоришь, потому что не можешь поймать меня прямо сейчас? Извини, но мне нужно продержаться всего полчаса.
— Полчаса?
Весь этот диалог происходил, пока я уворачивался от его топора. Я продолжал говорить, притворяясь, что задыхаюсь, и тяжело дышал для пущей убедительности.
— Дядя Чжунбон, которого ты так боишься, уже в пути.
При этих словах глаза Но Пхильду сверкнули.
— Какой ещё дядя?!
Гнев, доведённый до предела, – излюбленное оружие оборотней. В вихре яростных эмоций топоры Но Пхильду заплясали.
«Но, Но Пхильду, собачья ты башка… Для того, кто якобы в ярости, у тебя слишком холодные глаза, не находишь?»
В тот миг, когда топор в его правой руке рассёк воздух, левый топор, который он до сих пор использовал исключительно для защиты, метнулся ко мне по горизонтали. Этот удар был быстрее всех предыдущих.
Но я кубарем откатился назад ещё до того, как лезвие достигло меня. Честно говоря, пока он блокировал пути к отступлению левой рукой и атаковал правой, мне было куда сложнее.
— И это ты умудрился избежать? — Но Пхильду замер и произнёс.
Я поднял руку, останавливая атаки тимлидера и Голоса, и ответил:
— Не, ну вылитая собачья башка. Ты не слишком тупой, а?
— Что?
— Только и делал, что защищался левой рукой, разыгрывал ярость, а глаза ледяные. Да кто на такое купится? Дядя, не надо играть на публику. Мне аж смотреть больно.
Наверное, это был его козырной приём. И обычно он, скорее всего, срабатывал. Но благодаря «Слиянию чувств» и усиленной синестезии я читаю все движения противника. Его скорость и рефлексы превосходили мои, так что я держался исключительно за счёт предвидения.
— Сегодня ты точно сдохнешь.
Вот теперь Но Пхильду разозлился по–настоящему.
— Х–хуп!
Он резко вдохнул, его грудь раздулась. Он с силой вонзил оба топора в землю. Ба–бах! Грохот взрыва поднял в воздух тучу пыли и грязи.
Увидев это, тимлидер метнул своё оружие – иглы. Видимо, дротики закончились. На них был яд, который действовал даже от царапины.
Но Пхильду лишь скосил глаза и прихлопнул иглы ладонью, словно комаров.
Из–за пылевой завесы, над раздувшейся грудью, раскрылась волчья пасть.
— А–у–у–у–у–у!
Это был Вой – чудовищный рёв, разрывающий уши и сжимающий сердце. Коронный приём оборотней, не уступающий «Страху», который используют Инвейдеры. Тайная техника, парализующая противника одним лишь криком.
Если дикая жажда крови выводит из равновесия, вселяя дурное предчувствие, то Вой буквально сковывает всё тело.
Неудивительно, что тело Бессмертного, никогда не сталкивавшегося с подобным, оцепенело.
Тимлидер Пак Пхилло, кажется, прикусил язык – из уголка его рта потекла кровь. Неплохой способ сопротивляться. Но на таком расстоянии выдержать Вой почти невозможно.
Конечно, если ты сталкивался с этим бессчётное количество раз, если у тебя выработался иммунитет после купания в океане жажды крови, то выстоять можно. Но тимлидер Пак Пхилло, похоже, не из таких.
Вжух.
Ко мне летел топор. Казалось, будто сталь свирепо воет.
«Мозг словно раскалился. Усиление Синестезии буквально поджаривает его, так что долго поддерживать это состояние нельзя. К тому же, когда шестое чувство обострено до предела, Вой становится невыносимо мучительным», – поэтому я отключил усиление.
Вместо этого я напряг пресс и выдержал. «Приятель, я тот, кто выстоял под натиском маминой жажды крови и её нравоучений. Вой дяди Пхильду, конечно, мощный, но та убийственная аура, что исходит от моей матушки перед шлепком по спине, – это практически билет в один конец на тот свет». Моя закалённая матерью выдержка позволила мне пережить этот Вой.
И Но Пхильду этого не знал.
До сих пор я сражался исключительно как Бессмертный, а не как оборотень. И даже притворился, что Вой парализовал меня.
В спарринге мне Но Пхильду не одолеть. Раз уж я пока не могу победить Тимлидера Сибаля. Таков был мой трезвый расчёт.
Но убить – совсем другое дело.
В глазах Но Пхильду не было и тени сомнения. За миг до того, как лезвие должно было впиться в мою плоть, я шагнул левой ногой в сторону, уклонившись с запасом в один сантиметр.
Вжух.
Пока его топор рассекал пустоту, я применил Великое сокрытие. Отвлекающий манёвр левой рукой – его мышцы инстинктивно дёрнулись. В это мгновение я, скрыв ауру «4-го Козыря», приставил его ствол к подбородку Но Пхильду.
— У меня остался ещё один патрон, ублюдок.
Сказал и нажал на спуск.
Ба–бах!
Но Пхильду попытался увернуться, но не мог быть быстрее моего пальца на спусковом крючке. Он потерял бдительность. Это был удар, которого он не ожидал. А ещё он попался на моё Великое сокрытие: среагировав на обманное движение левой рукой, он сам подставился под выстрел.
Адамантиевая дробь, выпущенная в упор, разнесла его голову, как перезрелый помидор.
http://tl.rulate.ru/book/139426/9525335
Готово:
