Что такое диссонанс? Это когда что–то не так. Чувство неуместности. Так почему я его ощущаю? Причем далеко не в первый раз.
Начать стоит с того, что вся проблема – в этом мелком принце–засранце.
— Как, ты сказал, их зовут?
— Glaive Girls.
Группа, участницы которой танцуют с длинными глефами. Недавно они взорвали чарты, внезапно вернувшись на первые строчки. В последнее время Принц от них просто без ума.
И это в его–то десять лет. Десятилетка.
— Не по годам развиты, Ваше Высочество.
— Не твое дело.
Да, пожалуй, не мое. Но ты хоть понимаешь, насколько странно себя ведешь?
Обычно он смотрит корейскую еду, девчачьи и мальчишечьи группы, развлекательные шоу, но стоит ему расслабиться, как он нет–нет да и обронит что–то вроде:
— Если бы только я мог жить в Корее…
Стоит мне сделать вид, что я не расслышал, как подходит Ева и легонько хлопает его по плечу.
— Ваше Высочество, не забывайте о своем долге.
Ева. Американка, Оборотень. Фигурка – убойная, да и личико симпатичное. Я было подумал, что Принц запал на нее и вот–вот перейдет черту, но, присмотревшись, понял – ничего подобного.
Ева о нем заботится, как о родном, а сам Принц куда больше времени проводит со мной, чем с ней.
Будь он просто фанатиком Кореи, его привязанность ко мне была бы понятна. Но что–то подсказывало: дело не только в этом.
— При–ду–рок.
И я никак не мог взять в толк, зачем он так растягивает это слово.
— Да.
— Я хочу встретиться с Glaive Girls.
— Боюсь, я с ними не знаком.
Принц уставился на меня своими огромными глазищами с таким видом, будто я сморозил несусветную чушь. Захотелось ткнуть ему пальцами прямо в эти зенки. А выражение его лица – это было нечто. На лбу можно было прочесть одно слово: «Презрение». Может, раз он гений, в столь юном возрасте говорящий на нескольких языках, то и мимика у него богаче?
— Не говори очевидных вещей, идиот.
— То есть у меня нет такой возможности.
Несносный мальчишка. Но почему он так напоминает мне Мари? Нет, все же они разные. Мари, казалось, отчаянно цеплялась за жизнь. А этот… он похож на светлячка, что вспыхивает ярче всего перед смертью.
Почему так?
Я тупо уставился в окно, погруженный в мысли, когда Даниэль подал голос:
— Глаза убрал.
Даниэль. Американец. Особый вид с экстрасенсорными способностями. Внешность у него неплохая, а вот характер – полное дерьмо.
— На тебя я не смотрю.
— Псих.
Вот такие у нас отношения.
— Может, хватит вам собачиться? Жили бы дружно, а? — Вмешался Джой.
Джой, красавчик с Ближнего Востока, тоже Особый вид с экстрасенсорными способностями. У него легкий, компанейский характер, и он обожает развлекаться. А больше всего на свете – карты.
— Партейку?
— Давай.
Он сам признает, что азарт – его главная слабость, но и отказаться от игры не может. Поэтому я научил его играть в хвату.
— Асура–бальбальта.
— Это еще что такое?
— Что–то вроде заклинания.
Когда я показал ему ко–стоп, он пришел в неописуемый восторг.
Пока мы кое–как развлекались, подошла Ева. Какое у нее хобби? Понятия не имею. Знаю лишь одно: я ей нравлюсь.
— Ты так усердно тренируешься? Или все в Спецотряде Бессмертных такие?
— Я – особенный.
С этими словами она провела рукой по моему телу, и в этом жесте читалось многое. Если отбросить намеки категории «18+», можно было предположить, что она ощупывает меня, оценивая физическую форму.
Вот это тоже вызывало тот самый диссонанс. Мы же вроде как в одной команде, вместе защищаем Принца. Верно? Но было странное ощущение, будто они меня опасаются. Причем делают это незаметно, исподтишка.
Поэтому я решил ответить им тем же. Точнее, я скопировал поведение одного человека. Пан Гвитэ. Того самого дуралея, который вечно кричит, что «любовь – это ураган». Так что я начал играть роль идиота.
— Хе–хе, Ева, не забудь, мы договорились пропустить по стаканчику после работы!
Говоря это, я, конечно, слюни не пускал, но изобразить на лице глуповатую и доступную улыбку было обязательным элементом.
— Конечно, не забуду.
С Джоем я перекидывался в картишки. С Евой обменивался шутками и двусмысленными обещаниями.
— Эй, парень! Бессмертный должен тренировать свое тело, – сказал Роберт, Черный Медведь и тоже Бессмертный. С этим типом мы вели глубокомысленные беседы о тренировках.
— Я и так стараюсь.
— Может, на руках поборемся?
Этот Черный Медведь, в отличие от других Бессмертных, обожал мериться силой. Я, разумеется, ему поддался.
— Эй, парень, тренируйся усерднее. От слабого мужика толку нет, – заявил он, демонстрируя бицепс. Глядя на его мышцы, Ева снова погладила мою руку. Джой тут же начал канючить, требуя еще одну партию. Периодически меня подзывал Принц, чтобы обложить матом. Даниэль делал вид, что меня не существует.
Со стороны могло показаться, что я нарасхват, и все это очень запутанно. Но если посмотреть на ситуацию с моей точки зрения, все было просто:
Даниэль – игнор.
Ева – флирт.
Джой – дружба.
Роберт – братья по качалке.
Как–то так. Я с ними довольно близко сошелся. А если копнуть глубже – я мастерски делал вид, что мы близки.
Так прошли три дня, пять, и на рассвете шестого дня Принц закатил истерику, что не хочет спать. Все–таки Десятилетка.
— Мой день не похож на день других людей! — Вот такое у него было оправдание.
— Ваше Высочество, – на посту был Джой, поскольку они с Евой всегда дежурили по очереди.
— Я разбужу вас завтра пораньше.
— Хм.
Так и подмывало треснуть фыркающего Принца ребром ладони по шее. Джой бы, наверное, пришел в восторг. Но я сдержался. Я придерживался своей роли: охранник из Спецотряда Бессмертных, который держится в стороне и просто убивает время до возвращения.
Хнычущий Принц указал на меня пальцем.
— Эй, ты, спой колыбельную.
Вот же мелкий паршивец.
— Что, простите?
— Ты должен убаюкать меня так, чтобы я уснул спокойно.
А сам уже глаза еле разлепляет. «Пожалуйста», – беззвучно прошептал Джой за его спиной. Ну да, это мой крест – не родиться принцем.
— Идемте.
Я отвел Принца в его комнату. Уложив его на роскошную кровать, я заметил на полу спальный мешок, в котором спала Ева. Даниэль, Джой, Ева, Роберт… Нас пятеро, плюс почти двадцать охранников снаружи. Сколько же народу нужно, чтобы защитить одного–единственного принца.
— Пой.
Я напел какую–то простенькую колыбельную, и Принц почти сразу засопел, а потом и захрапел. Он что–то неразборчиво бормотал во сне, и я заметил, как в уголке его глаза блеснула слеза. Я сделал вид, что ничего не видел. Скажи я ему завтра: «А вы вчера во сне хныкали», – сколько же дерьма на меня выльется?
Кажется, через два дня у нас была запланирована вылазка в Сеул. Он вроде хотел на Гаросу–гиль.
Так прошел и шестой день. Утро ничем не отличалось от предыдущих. Джой ушел отдыхать, а мне пришлось готовить завтрак для капризного Принца. Будь моя воля, я бы приготовил ему пибимпап с тройной порцией острой пасты, но пришлось сдержаться.
— Рис с яйцом и соевым соусом.
— Кто такое ест?
Лучшее блюдо для бедного студента, которому лень готовить.
— В основном студенты и едят.
По правде говоря, я и сам не знал. Просто мне нравится это блюдо, вот я его и приготовил. На удивление, Принц ел молча и без ругани, даже сказал, что вкусно. При всей своей привередливости, вкусы у него были довольно простые.
Поскольку Принц был помешан на Корее, готовка в основном легла на мои плечи. Почему? Без понятия. Он приказал, я выполнил. Игнорируя диссонанс, я отлично со всеми ладил.
— Ах, Ева, вы капнули кетчупом на одежду.
На этот раз я приготовил сырный омлет–рулет. Руки у меня росли из нужного места, а вкусовые рецепторы Бессмертного были обострены. Так что моя стряпня была вполне, даже очень, съедобной. Ева и Джой часто ели вместе со мной. Только Даниэль упорно держался особняком. Этот ублюдок – прирожденный одиночка. Изгой. Ничего не попишешь, характер у него паршивый.
— Черт! — Ева была чистюлей и ненавидела, когда на ее одежде появлялись пятна. Я сам брызнул на нее кетчупом, так что ее раздражение было предсказуемо. Разумеется, она и не догадалась, что это моих рук дело. Рука, как говорится, быстрее глаза.
— Эй, желтая консервная банка! — Крикнул я Даниэлю.
Он тут же вскипел и зыркнул на меня.
— Жить надоело?
Тише, тише. Если мы подеремся, сдохнешь ты, а не я.
— Что? Убить меня? Ты вообще фильтруешь, что говоришь? Ваше Высочество, он же вам тоже не нравится? Можно я ему втащу пару раз?
— Ты мне не нравишься еще больше, – попытался разрядить обстановку Принц.
— Вот видите, Ваше Высочество, я так и знал, что этот ублюдок вам не по душе.
— Не наглей, кореец.
— А ну, иди сюда, янки!
— Хватит, Даниэль, – сказал Принц.
— Я должен сбить с него спесь! — Даниэль не унимался.
Какой же он примитивный.
Из–за шума Ева, оттирая пятно, крикнула:
— Роберт!
— Я и без крика слышу.
Точно, Роберт же Бессмертный. В следующий миг дверь открылась, и он вошел. В тот же момент я схватил вилку и сделал вид, что готов броситься в атаку. Это была уловка, чтобы он почувствовал мою ауру. Роберт среагировал мгновенно, встав между мной и Даниэлем.
— Прекратить.
Роберт с силой сжал плечо Даниэля.
— Пусти. Я порву этому ублюдку пасть.
Четкий, безупречный британский акцент делал его угрозу на удивление аристократичной.
— Бе–бе–бе, – я показал ему язык.
— Убью. Убью… — бормотал Даниэль, пока Роберт его оттаскивал.
— Черт возьми, Ю, что ты творишь? — Отчитала меня вышедшая Ева.
— Ева, у вас и на попе пятно.
Она нахмурилась.
— Черт.
И ушла переодеваться. Снаружи Роберт успокаивал Даниэля. Джой, скорее всего, спал. А значит, в этот самый миг здесь, кроме нас с Принцем, не было ни одной лишней пары ушей.
Я посмотрел Принцу прямо в глаза и спросил:
— Хотите жить?
В этот простой вопрос было вложено очень многое. Веки Принца дрогнули. В этой миссии у меня было две цели. Первая – безопасность Принца. Вторая – его истинная цель. Что в приоритете? Конечно, безопасность. Да, он был несносным мальчишкой, который первым делом выучил ругательства, но ему было всего десять. Десятилетка. Нельзя же убивать ребенка, который хочет жить.
— Что это за фокусы? — Спросил Принц.
Гений есть гений. Поразительно, как в десять лет можно так хорошо говорить и быстро соображать. Но ребенок есть ребенок.
— Вы же сами сказали, что хотите жить. Времени у нас мало.
Роберту, чтобы успокоить Даниэля, не понадобится и пяти минут. Ева вернется через две. Я не знал, готовят ли на него покушение или дело в чем–то другом. Но я чувствовал диссонанс и, играя роль идиота в стиле Пан Гвитэ, кое–что понял. Принц умрет. По крайней мере, он сам в это верит. А его охрана позволит этому случиться. Причина? Мотивы? Понятия не имею. Я знал лишь одно: он – ребенок, и он хочет жить.
— Тик–так, тик–так. Время идет. Хотите жить? — Повторил я.
Глаза Принца испуганно забегали.
— Я не хочу умирать.
До последнего цепляется за свою гордость.
— Запрос принят. Боец Спецотряда Бессмертных Ю Гваник, по просьбе господина Аль Халида Болианы приступаю к выполнению операции.
— Можешь звать меня Аль.
Так быстро оттаял? Говорю же, ребенок.
— Этот ваш омлет–рулет всегда так соусом брызжется? — Спросила Ева, выходя из комнаты.
— Иногда.
Только когда мне это нужно.
— Простите, Ева. Даниэль постоянно на меня пялился, а вы же знаете… обостренная чувствительность Бессмертных?
Я свалил все на нашу «особенность».
— Я предупрежу Даниэля. Но и ты будь осторожен. Не провоцируй его.
— Да, я виноват, – признал я и тут же лукаво улыбнулся. — Этот наряд идет вам даже больше.
Она обожала комплименты своей внешности. Улыбающейся Еве я предпочел вошедшего Даниэля.
— Прости, – я протянул ему руку в знак примирения.
Даниэль проигнорировал ее и прошел мимо.
— Эй, парень, Даниэль тоскует по дому. Пойми его, – сказал Роберт из–за двери.
— Заткнись, Роберт.
— Да, я все понимаю.
Оставив капризного блондинчика в покое, я снова начал болтать с Евой. Поддерживать легкую атмосферу для меня не составляло труда.
После ужина я занялся уборкой на кухне. Вскоре вошла Ева.
— Прости. У нас и Принц со странностями, так еще и Даниэль…
Мы довольно часто оставались вот так, наедине. И каждый раз Ева исполняла для меня свою «сонату соблазнения». Надевала откровенную одежду, невзначай касалась меня. Сегодняшний вечер не стал исключением. Я стоял на кухне, а она подошла совсем близко.
http://tl.rulate.ru/book/139426/9504851
Готово:
