Всё было как тогда, у входа в ловушку. Стоило увидеть противника, и я мгновенно всё понял.
Подбородок, руки, ноги, корпус – каждое движение, каждое напряжение мышц выдавало его следующий шаг. Считав его намерения, я скользнул в слепые зоны – для зрения, слуха и обоняния.
И как раз в этот момент тот наёмник с двойной способностью, что преследовал нас, бросил беглый взгляд на лес. Я тут же понял: от его чутья полностью не скрыться. Он ощущал это место не пятью чувствами, а чем–то иным.
Особым чутьём сверхлюдей. И вот он вошёл в лес.
Мой обострённый слух тут же уловил звуки: шорох шагов по листьям, скрип сминаемой земли, перестук гравия.
— Ты куда?
Это голос другого наёмника.
— Отлить.
Я всмотрелся в Особый вид. Информация хлынула в мозг, мгновенно раскладываясь по полочкам. Левое плечо его беспокоило, одежда там была чуть плотнее. Наверняка под ней бинты.
Шорох.
Я намеренно издал звук. Достаточно громкий, чтобы вызвать подозрение, но слишком тихий, чтобы он сразу понял, что это враг. Ровно настолько, чтобы зацепиться за его обострённое чутьё.
Он медленно пошёл на звук. Когда наёмник приблизился, я бесшумно взобрался на дерево и спрыгнул на него сверху. Он, видимо, почувствовал колебание воздуха и вскинул голову, но было уже поздно.
Моя рука легла на его шею.
Прежде чем он успел применить телекинез или левитацию, грубая сила Оборотня почти свернула ему шею.
Хруст.
На этом всё и кончилось. Я закинул тело на плечо и вернулся.
Сердце размеренно стучало, чувства были обострены до предела, а плечи подрагивали от возбуждения, словно я был под кайфом. В таком состоянии я мог бы переловить всех, кто остался внизу. Или даже убить. Надо предложить это тимлидеру. И покончить с операцией.
— Полудурок, твою мать. «Внутренний покой», помнишь? Вечно с тобой одна морока.
Тимлидер отчитал меня. Нет, он не понял.
Не успел я и рта раскрыть, как он шагнул ко мне и протянул руку. Я видел его движение наперёд и попытался заблокировать удар, но тимлидер перехватил моё запястье, вывернул его и ударил меня по кадыку.
Чёрт, как он это сделал?
— Кха…
Я закашлялся, сплёвывая слюну. Я же всё видел, но в его движениях было что–то незримое. Техника «Отвода глаз», смешанная со сокрытием ауры… настолько чисто исполнено, что я ничего не заметил.
— Не разбрасывайся своей грязной энергией, щенок, – сказал тимлидер.
Моё бешено колотящееся сердце успокоилось. Не знаю, были ли у него целительные руки или что–то ещё, но обострённые чувства начали притупляться.
— Контроль у тебя ни к чёрту.
— Пф–ф, ну так не всё же сразу должно получаться, – ответил я, приходя в себя.
— Херню несёшь.
Тимлидер выругался. Но почему мне показалось, что в его глазах промелькнуло удивление? Да и какая, в общем–то, разница. Открыть врата, усилить чувства Бессмертного… этот новый мир был потрясающим.
_
Объясняя, как «открыть врата» и пересечь границу, Ли Джунбон впервые столкнулся с подобным. «Надо же, есть и такие, кто делает это с первого раза».
Сколько там времени уходило у так называемых гениев? У тех, кто обладал врождённым талантом, у чистокровных из самых прямых ветвей рода? Им требовалось три месяца, чтобы просто приоткрыть врата и заглянуть в щель. А этот парень справился за день?
Более того, он поначалу даже не пытался их открыть. Ли Джунбон всего лишь хотел помочь ему немного обострить чувства. Фигурально выражаясь, он не подвёл его к настоящей двери, а поставил перед стеной, на которой была нарисована дверь, и сказал посмотреть, что снаружи.
Но Гваник ответил:
— А давайте я просто открою дверь и посмотрю. Делов–то.
С этими словами он вышел и… не вернулся. Вернее, впал в боевое безумие. Ли Джунбон в который раз убедился, что этот парень – уникум. Впрочем, это ничего не меняло.
— Эм, тимлидер.
— Малолетний беглец, твою мать. Уходишь – возвращайся. Вечно из–за тебя приходится вмешиваться.
— …Такое прозвище несколько неожиданно.
— А что?
— Я понимаю, что операция «прозрачная тюрьма» нужна для эффективности, – начал объяснять Гваник.
И соображал он неплохо. В чем сила «прозрачной тюрьмы»? В её невидимых прутьях – в страхе. А как создать этот страх? Мы обезвредили четверых наёмников и похитили того, что с двойной способностью. После этого некоторые попытались сбежать.
Их маршрут просчитал Ли Донхун. Он изучил местность, прочитал психологию беглецов и выбрал идеальный момент. В движение пришли Кан Химо и Чон Гинам, но их успех – это заслуга безупречных указаний Панды. Они появлялись словно призраки, вырубали цели и бросали тела у подъезда к вилле.
— Блядь, что это? Какого хрена?
— К чёрту заказ! Я сваливаю!
— Телефон не работает, связи нет, вот дерьмо!
Крики наёмников эхом разносились по округе. Глушение связи – это азбука. Ким Чона всё это время оставалась на снайперской позиции, готовая к любым неожиданностям, но её вмешательство не понадобилось. Они были поглощены ужасом.
В этом и заключалась суть «прозрачной тюрьмы»: создать нужную обстановку и выдёргивать врагов по одному, истощая их силы. Но реакция противника превзошла ожидания. Они все спрятались в вилле, а это означало, что кто–то внутри взял ситуацию под контроль.
— Но был ли смысл так поступать? — Спросил Гваник, закончив свой анализ, и повертел правым плечом. Рука, из которой он стрелял из ручной пушки, уже полностью зажила. Монстр.
— Доктор Пак Бён–джун ожидал, что за ним придут. Потому и нанял наёмников, – сказал тимлидер.
— Да, это так.
«Этот Ю Гваник вроде и умён, а временами – полный идиот», – подумал Ли Джунбон.
— Мы не знаем их намерений.
— Ой, да как можно залезть другому в голову? Мы же не телепаты. Да и для телепатии, говорят, нужно согласие объекта.
— Ты дослушай сначала, щенок.
— Да–да.
Он подобострастно склонил голову, и эта угодливость выглядела донельзя хитрой. Так и хотелось дать ему щелбан, но Ли Джунбон сдержался. Этот парень не из тех, кто стерпит удар. А чтобы проучить его, придётся потратить немало сил. Поединки Бессмертных высокого уровня – дело непростое.
— Противник расставил фигуры на доске. Нам нужно её расшатать, но она не поддаётся. Что будешь делать?
— Перевернём?
— Нет, сломаем.
Идти на поводу у врага, чьи замыслы неизвестны? Это плохой ход. Вместо этого Ли Джунбон предпочитал действовать в своём стиле – менять правила игры. Нет, ломать их. Уничтожить всё, что они приготовили, а потом встретиться с доктором. Это единственно верное решение.
— Тимлидер, это комплимент, но вы, оказывается, любите работать головой, – сказал Гваник.
Услышав слова бесстрашного новичка, Ли Джунбон прикинул: до сбора всей команды оставалось минут тридцать. Вполне достаточно времени для небольшой взбучки. Сложно, но выполнимо. Тимлидер открыл врата чувств и двинулся с места. Он не собирался отдыхать, пока не надерёт задницу этому новичку.
Ну вот с чего вдруг пинать человека под зад?
— Тимлидер, вы из тех, кто от смущения бьёт людей, когда его хвалят? — Спросил я у наставника.
Наставник не ответил. Лишь молча разжёг в руке кусок твёрдого топлива.
— Хм.
Увидев меня, Гинам фыркнул. Он выглядел таким довольным, что мне захотелось пнуть его самого. Так рад, что мне влетело?
Как раз в тот момент, когда я получал взбучку, подошли остальные члены команды. Увидев, что все в сборе, тимлидер сказал:
— Едим. И спать.
«Что? Прямо сейчас? В разгар операции?»
— Для «прозрачной тюрьмы» важно, чтобы мы тоже хорошо отдохнули.
Поэтому мы и расположились за гребнем, служившим нам базой. Расстелив плащи, мы уселись и поставили кипятить воду на сухом горючем.
— А то мне эти энергетические батончики уже надоели, – сказал я, вскрывая сухпаёк.
Заливаешь кипятком, ждёшь пять минут – и высококалорийное блюдо готово. Всего лишь рис с кисло–сладким соусом, но на вкус неплохо. Поев, мы услышали голос помощника менеджера Панды:
— Я покараулю, а вы все поспите.
Я не стал отказываться, закрыл глаза и крепко заснул. Когда я проснулся, на улице всё ещё было светло. Шесть вечера, а солнце ещё высоко – дни стали длиннее.
— Никаких движений не было, – доложил Панда.
Тимлидер кивнул.
— Больше никто не выйдет?
— Нет. Можете поворачивать ключ в замке тюрьмы, – ответил Панда.
Я прислушался, и наставник рядом со мной пояснил:
— «Прозрачная тюрьма» работает против тех, кто слаб вот здесь.
С этими словами он ткнул пальцем себе в грудь в районе сердца. Палец, к моему удивлению, легко вошёл в тело прямо через одежду.
— Да.
Я и так это знал. Быть поглощённым страхом – признак слабой воли. Бойцы Спецотряда Бессмертных, прошедшие настоящую подготовку, никогда не позволили бы так себя загнать. Вероятно, ситуацию внутри виллы контролировали наёмники из «Синих Близнецов». Они всё–таки профессионалы.
— Когда дверь тюрьмы открывается, что делают заключённые? Убивают надзирателя?
— Это ещё объяснять надо? Хм, – встрял Гинам, ослеплённый ревностью. Видимо, ему не понравилась наша идиллическая беседа с наставником.
«Или, может, наш Гинам просто соскучился по моим рукам? Да?» – подумал я, поднимаясь и делая подсечку ему под колени.
— Ты спятил?!
Не успел он договорить, как я захватил его лодыжку в болевой приём.
— Эй, Ю Гваник, – позвал меня помощник менеджера Кан Химо.
— Да, сотрудник второго класса Ю Гваник! Доброе утро, господин помощник менеджера! Ах, уже день.
Я лучезарно улыбнулся. Гинам, повернув голову, сверлил меня взглядом, полным огня. Он обливался потом от боли, но в глазах его всё ещё горела жизнь. Я чувствовал его ненависть – это была уже не просто неприязнь.
Я отпустил его. Ещё немного, и я бы ему что–нибудь сломал, а он заживает не так быстро. Отступая, я бросил:
— Это я тебе растяжку помог сделать. А то ты выглядел сонным.
— …Ага, как же, – пробормотал Панда.
Ну, на два процента это была правда.
— После операции поговорим, ублюдок, – прошипел Гинам. Он был взрослым и умел держать себя в руках на работе. Я же был ещё ребёнком.
— А я не хочу. Сбегу от тебя. И записку оставлю, что это всё ты виноват.
Скрип.
Он заскрежетал зубами. Из его глаз будто вырвались лазерные лучи – можно было не разрабатывать оптическое оружие, у Гинама оно уже было. Но я был счастлив, что рядом есть человек, который так злится на любую мою чушь.
— Итак, – начал тимлидер, и все взгляды устремились на него. — Пошли.
Мы двинулись вперёд. Поднявшись по склону горного хребта, мы съехали с другой стороны, словно на санках. Оказавшись перед виллой, тимлидер отряхнул с себя пыль и сказал:
— Эй, Синие Близнецы, а ну–ка покажитесь.
— Надо на английском, – подсказал Панда.
Тимлидер изрыгнул сочную тираду, начинавшуюся на «мазафака». Произношение было отменным. После встречи с Ттарантадо из «Прометея» я всё больше убеждался, что иностранные языки лучше всего начинать учить с ругательств.
На его слова из дома вышел чернокожий мужчина в брюках от костюма и рубашке – впечатляющий вид для поля боя. За ним последовал его напарник, закованный в громоздкую белую броню. Увидев их, я невольно пробормотал пришедшую на ум шутку:
— Прямо чёрно–белый дуэт…
Такую парочку я часто видел в романах о боевых искусствах.
— Заткнись уже, – на удивление резко оборвал меня Кан Химо.
— Это вы, что ли? — Спросил белый в броне. Разумеется, на английском.
— Все наружу! — Не дав нам ответить, крикнул его напарник, и из пролома, который я проделал, начали неуверенно выходить наёмники, целясь в нас из винтовок.
Тимлидер оглядел их и объявил:
— Внимание. Я Ли Джунбон из Спецотряда Бессмертных. С этого момента данная территория является зоной проведения операции. Хотите жить – у вас пять минут, чтобы убраться отсюда. Это предупреждение. Повторяю: у вас пять минут.
В этом и заключалась суть «прозрачной тюрьмы» – избегать бесполезных и неэффективных боёв. Открыть ворота темницы. И сейчас тимлидер сделал именно это, дав им шанс уйти. Мы обезвредили меньше десятка их людей, но страх, который мы посеяли в их умах, был куда сильнее.
— …Можно просто уйти? — Пробормотал один из наёмников и сделал было шаг, но чернокожий тут же положил руку на рукоять меча. В воздухе повисла жажда убийства. Если бы наёмник двинулся, его бы тут же зарезали. Бедолага инстинктивно отступил назад.
Увидев это, тимлидер сказал:
— Цыплёнок.
«Ну вот, опять. Мог бы и по имени назвать, люди же слушают», – подумал я.
— Иди и притащи его сюда.
Это был приказ командира операции, и я должен был подчиниться. Я неспешно вышел вперёд и дружелюбно обратился к чернокожему парню:
— Эй, приятель. Я не расист. Ты похож на шоколадку.
Первое впечатление ведь самое важное. Необязательно ненавидеть противника, с которым собираешься драться. Я обратился к нему мягко, даже придумал милое прозвище, но в ответ услышал:
— Что ты сказал, ублюдок? Ах ты выродок безматерный!
Он с места в карьер начал с оскорблений родни. Я своим ушам не поверил. Может, я не так расслышал из–за английского? Я обернулся.
— Ты всё правильно расслышал, – подтвердил наставник.
«Ну, сукин сын», – подумал я.
— Что ты сказал, ублюдок?
Даже такой ангел, как я, не мог стерпеть подобного. Я знал, что однажды этот день настанет. В онлайн–играх полно ублюдков, которые переходят на личности. И я бесчисленное количество раз клялся себе, что если встречу хоть одного такого в реале, то в порошок его сотру.
— А ну, иди сюда, черномазый, – сказал я.
Он вскинул автомат. Я тоже. Стволы наших винтовок скрестились, целясь друг в друга.
_
http://tl.rulate.ru/book/139426/9504840
Готово:
