Я поймал его кулак ладонью и рванул на себя.
Гинам потерял равновесие и рухнул вперед – я тут же зажал его шею под мышкой и сдавил.
Он захрипел, задыхаясь.
Через мгновение руки и ноги моего дружка обмякли.
Я бережно усадил обмякшего Гинама на его место.
Всё произошло в считанные секунды.
Все коллеги поблизости стали свидетелями.
— Этот парень снова пытается укреплять дружбу вот так, – пробормотал я, немного смущенный.
Вчерашние оскорбления я стерпел. Называть меня террористом – это уже перебор, разве нет?
Проблемы начались утром.
Я проснулся первым, а когда встал чертовски раздражительный Гинам, он сразу начал ворчать.
— Шумный ты.
И это оскорбление?
Я проигнорировал его и занялся тостами, но этот тип зашел в ванную и разорвал мое банное полотенце.
Совсем свихнулся.
— Не вешай в ванной такой хлам, – заявил он.
Я кивнул, а затем заехал Форсайтии прямо в лицо.
Швырнул бесчувственное тело в угол комнаты и отправился на работу, по пути съев три хот–дога и выпив кофе.
Сегодня кофе был сладким, а хот–доги – освежающими.
— Ну и дружба у вас, черт возьми, – заметил помощник менеджера Панда.
Тимлидер вместо смеха выдал:
— Блядь.
Моему наставнику было всё равно.
Судя по всему, он что–то искал в интернете без передышки.
— …Почему мне жаль Гинама? — Пробормотал помощник менеджера из соседней команды.
Через некоторое время очнувшийся Гинам попытался снова на меня броситься, но его оттащил наставник из той команды.
— Дома разберемся, – процедил Гинам, пока его уводили.
Я помахал ему рукой.
— Увидимся, дорогой.
Наставник, тащивший Гинама, покачал головой, глядя на меня.
Интересно, как долго он еще будет лезть в драку?
Занятный парень.
Отец говорил мне:
«Заводи много друзей. Не отталкивай людей по первому впечатлению. Бывает, тот, кого считал никчемным, оказывается неплохим человеком. И наоборот тоже случается».
Гинам – именно такой друг.
Сначала казался полным отморозком, а теперь вижу – нормальный парень.
Приятный сосед по комнате, которого приятно поколотить.
Хотя бы рот у него на замке, так что в отличие от Ким Ёхана, он не проболтается, что я ношу маску тигра.
Секрет был идеален.
Идеально сохранен…
Я только подумал об этом и открыл почту – там было письмо от незнакомой компании.
«Здравствуйте. Меня зовут Роберт Ким из хантинговой фирмы. Не интересует ли вас смена работы? Ваша последняя операция произвела на нас глубокое впечатление».
Что я такого сделал?
— Вы знаете, что такое хантинговая фирма? — Спросил я наставника.
Ответил Панда:
— Хедхантинговая компания, разве нет?
Письмо было не одно.
Следующее пришло от Ассоциации Псиоников.
«Лучшие условия, чем в Спецотряде Бессмертных! Более высокая зарплата! Лучшая жизнь ждет вас!»
Значит, это тоже от хедхантера.
Скаут из Ассоциации явно полон энтузиазма – почти как рекламный слоган.
— Спамеры нынче технологичные. Даже наш файрвол пробили, – заметил я.
Файрвол Хварим настолько мощный, что даже опытные хакеры не рискуют его атаковать.
— Эй, если бы такой хакер существовал, мы бы сразу за ним отправились, – сказал помощник менеджера Панда, подкатив кресло ближе.
Я как раз открывал третье письмо.
Скрывать было нечего.
«Ноу Чхольсу, помощник менеджера из BrainSearching. Свяжитесь со мной, когда будет время. Лучшие условия – всё, что пожелаете, мы предоставим».
— Солидная контора, – заметил Панда.
— В каком смысле?
— Компании, которые тебе пишут. Мне тоже всякие шлют предложения.
Я ожидал чего–то подобного.
Разве в мире бывают секреты?
Президент, Ким Джунго, наша команда, У Михо – те, кто должен знать, уже знают. Даже те, кто не знает наверняка, имеют сильные подозрения.
В момент, когда Ма Юн превратился в оборванную нить воздушного змея, повсюду начались расследования того, что произошло.
Руководство Хварим потеряло крупную фигуру, так что остальные директора получили свою долю проблем.
Я предполагал, что мое существование могут раскрыть.
Но не ожидал, что это выльется в такое.
— Популярный ты, – заметил наставник сзади.
Ну, я с детства пользовался некоторой популярностью.
— Ха, вот черт. Я ничего особенного не сделал, – сказал я.
Сделал многое. Я это знаю. Просто скромничаю.
— Радуется он, – заметил тимлидер сзади.
Проигнорировал.
Непонятно, почему все вдруг меня хотят. Хотя я и скрывал свои способности, получилось вот так.
— Может, стоит встретиться, раз они так стараются, – пробормотал я.
Даже не соврав, я почувствовал, как моя самооценка взлетела.
Я не Пиноккио, а Гванноккио.
— Эй, я на выезд, – сказал тимлидер.
— Да, удачи, – ответил помощник менеджера Панда и снова рассмеялся.
— Что? — Спросил я.
Его смех казался многозначительным.
— Да ничего, – ответил он и вернулся на место.
Больше не стал расспрашивать.
— Черные врата открылись в нашем районе, запросили поддержку. Запрос пришел мне от полиции, они просят дополнительного бойца, – сообщил наставник меньше чем через полчаса после ухода тимлидера.
— Вот и бездельник, – заметил помощник менеджера Панда.
— Не–а, у меня много дел, – возразил я.
Меня ждали разговоры с хедхантерами.
— Гваник, – позвал наставник.
Шутки закончились. Это работа.
— Да, – ответил я и встал.
Как обычно, я собрал стандартное снаряжение, и мы с наставником отправились в зону операции.
Станция Тондэмун, Черные врата открылись в метро.
— Если здесь что–то рванет, будет серьезная проблема, – заметил я.
— Поэтому бьем быстро и решительно, – ответил наставник.
Внутри метро использование взрывчатки затруднено. Одно неверное движение – и всё может обрушиться.
Нужны силы спецотряда.
Для этого и существует Спецотряд Бессмертных.
Поддержку вызвали не только нас с наставником.
Когда мы прибыли, там уже были люди из Ассоциации Псиоников и Excuracy.
— Давненько не виделись, – один из них окликнул наставника.
Это был мужчина с густой бородой.
Наставница скользнула по нему взглядом и коротко кивнула.
— Всё еще? — Спросил мужчина.
— Не твое дело, – холодно ответила она.
Холод. Впервые я увидел ту самую ледяную наставницу из наших первых встреч.
На его вопрос мужчина нахмурился и сказал:
— Тратить жизнь на недоказуемое – бессмысленно.
Кто это вообще? Говорит как–то старомодно.
— Чон А, – мужчина сделал шаг вперед.
Я быстро загородил ему путь.
— Если пришли работать, то работайте. Дядя, – сказал я.
За его спиной виднелись Черные врата.
Они еще не открылись.
Член Ассоциации Псиоников считал ауру врат и объявил:
— Ранг C, линия, Номер 3, слайм.
Бесконтактный Страж уже отключили.
Хотя Черные врата в метро создают множество проблем, у них есть и плюсы.
Во–первых, контроль проще.
Достаточно эвакуировать всех наверх и оцепить периметр.
Врата, появившиеся в закрытом пространстве, обрабатывать легче, чем кажется.
Поэтому здесь можно позволить себе такую расслабленность.
Встретил знакомое лицо – и начал болтать.
На мои слова бородатый дядя нахмурился.
— Твой подчиненный?
— Коллега, – ответил я.
Мужчина посмотрел на меня. Я встретил его взгляд.
В глубине его глаз мелькали тени. Инстинктивно я понял.
Оборотень.
Причем весьма способный. За это время я встречал множество людей.
Бессмертных, оборотней, псиоников.
Во время инцидента в Money & Save я сражался с каждым типом.
Основываясь на всем этом опыте, я мог оценить противника.
Он сильнее того специалиста, что появился в конце событий в Money & Save.
— Двадцать один? Двадцать два? — Спросил мужчина, глядя на меня.
Этому дяде, похоже, около сорока пяти.
— Примерно, – ответил я.
— Тогда я не дядя.
Что он несет?
Молча глядя на него, я услышал:
— Мне в этом году двадцать пять.
Черт, испугался же.
Эй, обычно особые виды выглядят моложе своих лет.
Бессмертные особенно, но оборотни тоже не исключение.
А этот парень словно в одиночку пережил все бури века.
— …Простите, – извинился я невольно.
— Ничего, привык уже, – великодушно ответил он и отступил.
— Вы его знаете? — Спросил я наставницу, подойдя ближе.
Она кивнула.
Больше говорить не собиралась.
Я тоже не стал расспрашивать.
Врата открылись в назначенное время, и из них вылез слайм.
Мерцающий мираж лопнул. Врата распахнулись.
Это зрелище всегда вызывало напряжение.
Из них выполз желеобразный монстр.
Как ни крути, милым это желе сине–зеленого цвета не назовешь – оно растворяло всё, к чему прикасалось.
Шшшш.
Дым быстро заполнил окружающее пространство.
— Дым токсичен. Не приближайтесь. Это коррозийный слайм первого типа, – предупредил сотрудник Ассоциации.
Слаймы бывают нескольких видов.
Первый тип растворяет всё вокруг. Слабость у всех слаймов одна.
— Огонь, – скомандовал представитель Ассоциации Псиоников.
Член Ассоциации с огнеметом выпустил струю пламени.
Вжжжжух! Шшшш!
Пламя заполнило поле зрения.
Веер огня охватил слайма.
Выпуская белый дым, слайм сгорал. Через минуту на месте монстра остались только черные следы копоти.
Перед смертью он успел усердно выполнить свою работу, изрядно расплавив желтые рельефные плитки для слабовидящих.
Прямо за полурасплавленными плитками Черные врата снова заколыхались.
Мое участие не требовалось.
Двух псиоников из Ассоциации было достаточно.
Один использовал огнемет.
Другой был пирокинетиком.
Мужчина со свирепыми глазами.
Вжух.
Его рука вспыхнула. Завораживающее зрелище. Из горящей руки вырвалось пламя.
— Масло, – скомандовал он.
Спецназ полиции, прибывший для контроля периметра, швырнул канистру с маслом прямо перед вратами.
Пирокинетик вытянул правую руку, а левой выстрелил в канистру.
Маленький огненный шар вылетел из указательного пальца и пробил емкость.
Бум!
Канистра продырявилась, и масло разлилось перед вратами.
— Хуу, – пирокинетик выдохнул, концентрируясь.
Вспыхнувшее пламя подожгло масло, и огонь взметнулся вверх.
Языки пламени, готовые сжечь всё на своем пути, собрались в шар перед вратами.
Пирокинетик обливался потом.
Если Бессмертные и оборотни делают упор на физические возможности, то псионики фокусируются на развитии и проявлении своих способностей.
Этот член Ассоциации был именно таким.
Вжжжжух.
Он придавал форму пылающему огню.
— Скульптор пламени Ким Марвон, – представил его оборотень с бородой.
Несмотря на внешность, он оказался общительным и легко заговорил со мной.
— Он известный?
— Примерно как ты.
— Я тоже известен?
— Ты ведь Ю Гваник, верно?
Бородач подмигнул мне.
Зрелище было не из приятных.
— Может, не стоит так делать? — Вежливо попросил я.
— Говорили, что у тебя странный характер.
— У меня? Я же такой обычный и добрый.
— И наглый тоже.
Странный человек.
Но даже такие слова от него не раздражали. Общительный бородатый брат.
— А что с лицом? — Спросил я.
— При первой встрече такое спрашивать хочешь? Меня прокляли.
— Магией?
Пока мы разговаривали, из Черных врат продолжали выползать слаймы.
Пирокинетик уничтожал их простым методом.
Сжимал пламя и направлял его на появляющихся монстров. Горящее на масле пламя превращало слаймов в черную копоть.
Врата колыхались снова и снова. Конца пока не было.
— Нет, просто так родился, – ответил он с улыбкой.
Я тоже улыбнулся.
С ним довольно интересно болтать.
— Думаешь, если сбрить бороду, буду выглядеть моложе? Нет. Я перепробовал всё, и это лучший вариант. Так что я решил.
— Что?
— Моя молодость начнется после сорока. У людей с моим типом старения так: чем старше, тем моложе выглядишь. К сорока годам и я буду выглядеть молодо.
Напрасные надежды. Сейчас ты выглядишь старше моего отца.
Но я не мог разрушить его последнюю надежду.
— Получится, – подбодрил я его.
— Хороший ты парень.
Тем временем третий и четвертый слаймы появились и сгорели.
Наставница молча наблюдала за вратами.
Мы еще немного посмеялись и пошутили.
Необычное развлечение.
В нашей команде никто так не поддерживает мои шутки.
Этот человек был интересным, способным и дружелюбным.
— Когда прибудет полицейское подкрепление, скульптор пламени отступит. Но не кажется ли тебе странным, что для низкоранговых врат прислали таких известных бойцов? — Заметил он.
— Теперь, когда вы говорите, действительно странно.
От Спецотряда Бессмертных приехали только я и наставница.
Бородатый брат и парень, выглядевший на семнадцать–восемнадцать, были из Excuracy.
А из Ассоциации Псиоников приехали целых два человека.
Судя по позорному прозвищу «скульптор пламени», тот тип довольно известный.
— Брат, вы тоже?
Незаметно перешел на «брат».
— Меня зовут Чон Дончхан. Прозвище – Черный топор.
Я снова рассмеялся от этого прозвища.
— Все из–за тебя приехали, – сказал редкостный старолицый Дончхан.
— Из–за меня?
Хм? Что он имеет в виду?
Я посмотрел на него.
— Тебе ведь хедхантер прислал письмо?
Кивнул.
— Хочу спросить официально. Есть причина оставаться в Спецотряде Бессмертных?
Прямолинейный.
Получается, сегодня днем прислали письмо, а когда здесь случился инцидент, сразу приехали встретиться со мной?
Как они узнали, что я буду здесь?
Вопросов было немало.
Этот парень оказался любезным и в этом плане.
— Если собрать показания других бойцов, с которыми ты работал на операциях, вычислить зону твоей активности – пара пустяков.
Возможно, за пару фраз он понял мой характер. Похоже, он в этом мастер.
— Причина, значит.
Пока я подбирал слова, подошел и Ким Марвон.
— Ю Гваник?
Да, это я, тот самый Ю Гваник.
Я впервые по–настоящему ощутил, насколько знаменитым стал в этом мире.
http://tl.rulate.ru/book/139426/9504828
Готово:
