Два часа в отключке. Крепкое тело оборотня и бешеная регенерация бессмертного быстро залечили ушибы и сотрясение мозга.
— Разнесли в пух и прах, – вырвалось у меня.
Я сел. Голова все еще гудела. Если уж мне так прилетело, обычный человек точно бы умер от такого удара. Тысяч пять клеток мозга сгорело бы в один миг. Хотя, сколько там у человека этих клеток? А я ведь бессмертный, особый вид, да еще и полукровка, так что мои мозговые клетки…
— Бесит.
Прятаться от реальности за дурацкими мыслями – не в моем стиле.
Я проигрывал и раньше. Бесчисленное количество раз проигрывал матери. До пробуждения оборотня тоже много кому уступал. Так почему же сейчас так досадно? Сколько времени прошло с тех пор, как меня вырубали так, что я даже не понимал, чем?
Даже с закрытыми глазами перед взором стоял последний момент перед тем, как я отключился. Я же вроде схватил его за обе руки. Чем он меня ударил? Честно, я не видел и не почувствовал. А раз не почувствовал, значит, он использовал Сокрытие. Но чем, черт возьми?
Не знаешь – спроси.
Я рывком поднялся и распахнул дверь. Я очнулся в комнате отдыха, причем в звуконепроницаемой одиночной капсуле. В офисе бессмертных нет медпунктов. Точнее, есть – целый шестой этаж занимало отделение психиатрии. Говорили, там работают психологи и психиатры, специализирующиеся на особых видах. Но они вряд ли стали бы возиться с избитым до потери сознания бессмертным. Так что человек передо мной точно не был врачом.
Знакомая спина.
— О? Уже очнулся? — Это был Пан Гвитэ.
— Ты что тут делаешь?
— Пришел поглазеть, как ты валяешься, – сказал он, мерзко ухмыляясь. Я едва сдержался, чтобы не влепить ему двойку.
«Спокойно. Реагировать на шутки – себя не уважать».
— Поглазел? Проваливай.
— Помощник менеджера Донхун попросил присмотреть, на случай если с тобой что–то не так. Чего такой дерганый?
— С чего ты взял? Я все тот же милый и пушистый Ю Гваник.
— Дерганый. У тебя сейчас тон чертовски дерганый.
Разговаривать с ним не хотелось. Мне нужно было срочно выяснить, что за штука пробила мне голову.
— Раз в порядке, я пошел работать, – Гвитэ подпрыгивающей походкой скрылся за углом. Неужели он в свой загруженный график выкроил время, чтобы посидеть со мной? Если так, то я зря на него наехал. Ладно, потом извинюсь.
Я направился в офис. С гордо поднятой головой. Забыв горечь поражения, с азартом претендента. Когда–нибудь я снова вызову его и впечатаю хай–кик ему в рожу. Так что моя роль – претендент.
— Рано ты.
— Крепкий, – ответил я Панде и Ледяной принцессе, что встретили меня у входа.
Тимлидер Сибаль с предельной, просто невероятной сосредоточенностью складывал оригами. Видимо, на работу он ходит развлекаться. Я подошел и встал прямо перед ним.
— А наш Сибаль–новичок–то крепкий орешек. Уже на ногах?
Он говорил это, даже не взглянув на меня, полностью поглощенный бумажной фигуркой.
— Что это было?
Я должен знать, иначе не успокоюсь. Когда мать меня лупила, я после каждого спарринга отрабатывал ее приемы, чтобы использовать их в следующий раз. После восемнадцати лет таких «тренировок» больше не было, но до этого она меня изрядно поколотила. Говорила, что это один из способов научиться контролировать тело оборотня. И предупреждение, чтобы я не разбрасывался силой.
Я смотрел на тимлидера. «Хочу знать. Отчаянно хочу знать». Если бы меня сейчас снимали на камеру, в моих глазах можно было бы увидеть пламя.
— Что «это»?
— Последний удар. Тот, что меня вырубил. Вы что, дубинку где–то спрятали?
Мое тело очень крепкое. Наставник–оборотень говорил, что меня даже если бревном по голове огреть, я сознание не потеряю. Так что это был второй вопрос, по сути, о том же. Хочу знать. Отчаянно.
Я снова вперился в него взглядом.
Тимлидер замер. И медленно поднял голову.
— Последний удар?
Кажется, в его глазах плясали смешинки.
— Хочешь знать?
Что это? Что за чувство? Я хотел сказать «да, хочу», но язык не поворачивался. Предупреждение интуиции? Нет. Это чувство…
Хи–хи–хи.
Он усмехнулся. Только уголками губ. Дразнит. Точно дразнит. Даже если я попрошу, он не скажет. Ко мне вернулось самообладание. Этот тип ни за что не расскажет по–хорошему.
— Нет. Просто спросил. Рады, что победили?
— Я всегда жажду победы.
Чокнутый тимлидер.
— Ясно. Пойду.
— Ага, иди.
Он продолжал ухмыляться. Так и хотелось врезать.
Я вернулся на свое место.
— Эй, новичок.
— Да. Сотрудник–новичок Ю Гваник.
— Ты думаешь, это школа? Что я, услышав твой вопрос, скажу: «Ах, у нашего Квана в голове пусто, надо ему все разъяснить»? Ты так думал?
«Думал, ублюдок. Больше не буду спрашивать».
— Нет, – буркнул я.
— Выясни сам и принеси отчет, – бросил тимлидер мне в спину.
Благодаря суровому домашнему воспитанию я развернулся, ответил «хорошо» и даже добавил «спасибо». О, проклятая вежливость! Да, этот тип – мой начальник, тимлидер моей группы, садист, обожающий издеваться над подчиненными, и матерщинник. Уважать его не получается, но соблюдать субординацию надо.
Я уставился в монитор. Мигало уведомление. Внутренний мессенджер. «Ах, я так грубо обошелся с Гвитэ. Надо извиниться».
Я открыл чат. Сообщение было от него. Рыдающий смайлик и три слова: «Ты проиграл…»
Вот же сучонок.
Клавиши застучали с бешеной скоростью: «Эй, Пан Гвитэ, ты бы отлетел за 0,1 секунды и уже стучался бы в райские врата. Захлебнулся бы в реке Стикс!».
[Пан Гвитэ]: Ага–ага. Конечно–конечно. Ты во всем прав. Лузер.
Вот же… Реагировать на каждую подколку – значит проиграть. Я проигнорировал.
Следом написал Йохан, который был так занят, что почти не заходил в мессенджер, и поздравил меня. Даже эгоцентричная У Михо оставила сообщение из двух слов: «Ты дурак».
Да чтоб вы все сдохли.
Чон Гинам, наверное, тоже уже знает. А, плевать. Надо работать.
Хотя, какая у меня работа? Если у 3-й группы внешней безопасности нет выездов, то и дел нет. До конца рабочего дня оставалось пара часов. Настроения тренироваться не было. Сказали, в свободное время спускаться и практиковать то, что выучил. Может, этим заняться? Какое–то чувство, будто я зарплату зря получаю.
Говорили, чем больше привыкаешь к оборудованию, тем лучше. Решил заняться этим.
— Ты не куришь? — Спросил помощник менеджера Панда.
— Нет.
А зачем? Легкие у бессмертных вечные и нерушимые, так что для многих сигареты – предмет первой необходимости. Но мне не нравится этот запах. Запах пепельницы. Он отвратителен. Обоняние, обострившееся после пробуждения оборотня, улавливает этот едкий дым, как бы я ни старался его игнорировать. Терпеть, когда курят рядом, я еще могу, но вонять так самому – ни за что.
— Про социальное курение не слышал? Пора бы научиться.
— У вас есть ко мне дело?
— Пойдем со мной.
Панда встал и направился к выходу. Я поднялся, чтобы последовать за ним, но почувствовал на себе чей–то взгляд. Обернулся. Тимлидер сверлил меня недовольным взглядом.
— Ему тоже нужно кое–что знать.
— Он еще свой шанс не использовал, а ты ему уже подсказки даешь, сука, – пробурчал тимлидер так, словно говорил сам с собой, но прекрасно зная, что его слышат.
Панда, даже не обернувшись, бросил ответ на ходу. Я проигнорировал их обоих и пошел за ним.
Мы молча поднялись на лифте на крышу. Панда вместо бамбука достал сигарету, прикурил и выпустил идеальное кольцо из белого дыма. Видно было, что он в этом деле мастер.
— Три месяца испытательного срока. Через три месяца тебе обещан контракт. Как думаешь, кто выносит оценку за эти три месяца?
Вопрос был неожиданным.
— Насколько я знаю, компания.
— Компания – это что, человек?
— Нет.
Что он имеет в виду? Ах, да. Компания не человек, значит, оценку выносит кто–то конкретный. Вот оно что.
— Тимлидер каждой группы оценивает пригодность сотрудника и подает отчет. Это напрямую влияет на аттестацию и на всю твою дальнейшую карьеру.
Я смутно догадывался об этом. До прихода в компанию не знал, а после слышал лишь в общих чертах. Но теперь, когда об этом говорил помощник менеджера Ли Донхун, слова обрели вес. И от этого по спине пробежал холодок.
— То есть мою оценку выносит тимлидер? — Спросил я.
— А кто же еще? Я, что ли? Мое мнение тоже учтут, конечно.
Даст ли мне тимлидер хорошую оценку? Судя по всему, что было до сих пор, – ни в коем случае.
— У нашего тимлидера позиция всегда одна и та же, когда приходит новичок.
«Мясорубка».
Я только подумал, но не успел сказать.
— Знаешь, что такое мясорубка? — Спросил помощник менеджера.
Поразительное совпадение. Словно он мысли читает.
— Наш тимлидер не любит новичков.
— Вы предлагаете мне сдаться? Что будет, если оценка будет плохой?
Он глубоко затянулся и выпустил дым.
— Тебя переведут в другой отдел, и эта первая оценка закрепится за тобой.
Поступая в компанию, я сдавал экзамены и проходил собеседование. Сдал на высший балл, но это лишь доказывало, что я знаю больше других в рамках отборочного теста. Затем был инструктаж. Там я старался не гнаться за рейтингом, а показать, что умею ладить с людьми. Не знаю, из–за этого или из–за того, что директор Хварим – извращенка, но я попал к ней на карандаш. После инструктажа началась настоящая работа. И первая оценка, что пойдет в личное дело, – это она и есть. Оценка за испытательный срок.
Теперь понятно, почему все так вкалывают после приема на работу. Почему мне никто об этом не рассказал? Хотя, в последнее время я и сам был слишком занят. Иначе спросил бы у Йохана. Нет, не спросил бы. О таких вещах рассказывает наставник.
— Ты парень сообразительный, так что примерно понимаешь: в каждой группе свои критерии оценки.
Поэтому ни Йохан, ни Гвитэ не могли мне ничего сказать.
— Ким Чона слишком прямолинейна и объяснять не умеет, так что я говорю за нее. Было бы жестоко, если бы ты так и остался в неведении, верно?
Это была не добрая воля, а обязанность. Он должен был мне это рассказать.
— Времени мало, так что коротко. У нашего тимлидера есть критерий. Точнее, его собственный, личный критерий. Он живет в своем мире, это ты уже, наверное, понял. Он не совсем нормальный.
— Первое: задания, которые дает тимлидер, нужно выполнять без чьей–либо помощи. Второе: кроме таких заданий, будет еще несколько проверок, о которых тебя не предупредят.
— То, что вы сейчас сказали…
Панда перебил меня:
— Да, спрашивать у коллег – твое право, но думаешь, тимлидер не узнает? Так что…
— …выяснять все самому, – закончил я за него.
— Понял, и хорошо.
Панда хлопнул меня по плечу, щелчком отправил окурок точно в урну и, проходя мимо, добавил:
— Если захочешь перевестись, скажи заранее. Сейчас тимлидер не будет возражать, и тебя быстро переведут. Неважно, что там сказал директор, не стоит тебе здесь зря мучиться.
Я попал в эту группу по личному распоряжению директора. Он предлагал отменить это распоряжение.
Панда ушел. Я остался стоять, глядя в небо.
Чертово небо Сеула. Опять все в смоге. Вот бы оно было ясным.
Я невольно усмехнулся.
Перевестись?
Да, я не то чтобы безумно полюбил эту группу, но…
— Так просто…
… сдаваться я не собирался.
Спина, которая когда–то защитила меня. Как жил тот человек? Он бы точно посмеялся над такой мелочью. И я посмеюсь.
Задания, проверки – какая разница. Сейчас я – член 3-й группы внешней безопасности, и я не собирался менять команду только потому, что у меня чокнутый тимлидер.
К тому же, тимлидер Ли Джунбон… его мастерство было настоящим. Сердце забилось быстрее, и на губах сама собой появилась улыбка. Кажется, я тоже схожу с ума.
Какого черта мне это так нравится?
http://tl.rulate.ru/book/139426/9504781
Готово:
