Вскрикнув от боли, Джирайя схватился за грудь – там расплывалось кровавое пятно.
**Глава 30. Неизвестный силач**
Когда Данзо отошёл в сторону, Джирайя, морщась, прижал руку к правой части груди. Из раны торчал кунай, предназначавшийся Данзо, но тот увернулся, и брошенный клинок угодил в Джирайю, который стоял за спиной.
Крик боли Джирайи заставил Кагуру, что был позади, нахмуриться. Но в тусклом свете дождливого дня он не смог разглядеть, что именно произошло.
Пока Кагура пытался понять, что случилось, сюрикен, который он держал в руке, выпал. Враг, с которым он сражался, внезапно прекратил бой и рванул вперёд.
Немного замешкавшись, Кагура начал осознавать их замысел. Хотя приказ был задерживать их продвижение, ни один из ниндзя не упустил бы возможности добить ослабевшего противника.
Правая часть груди Джирайи была теперь полностью залита кровью. Кунай, торчавший в теле, был уже вынут и лежал у его ног. Но эта кровь, словно капля, упавшая в океан, полный акул, привлекла бесчисленных врагов, что оскалили зубы, готовясь к атаке.
Орочимару, что был ближе всех к Джирайе, бросился к раненому товарищу, едва узнал о случившемся. Бесчисленные кунаи и дротики полетели в их сторону. Джирайя отбивал их ниндзюцу «Иглы-Хранители». Но в таком состоянии он был на пределе сил и вот-вот мог потерять контроль над техникой.
Видя, что дальние атаки бесполезны, ниндзя из Скрытого Дождя переглянулись и прекратили свои метания. Каждый выхватил свой кунай и со всех сторон бросился на двух шиноби.
Когда Кагура прибыл на место, он увидел бесчисленных врагов, наступающих на Джирайю и Орочимару. Его глаза потемнели, и по телу пробежали синие молнии. Ослепительный свет вырвался из него, и он сам превратился в синюю вспышку, что мгновенно оказалась перед двумя товарищами.
Это был Кагура, который более не таил своей мощи и обрушил Высвобождение Молнии со всей силой.
В этот миг он был подобен молнии в объятиях ночи, окружённый голубым электрическим сиянием.
Увидев перед собой юнца, осаждающие не удивились, но возрадовались. Они ещё яростнее замахали оружием, намереваясь рассечь надвое этого невежественного мальчишку.
Кагура, оказавшийся в центре осады, даже в такой ситуации нашёл время оглядеться, подняв взгляд. Видя кровожадность, что вспыхнула в глазах тех людей, уголки его губ изогнулись в улыбке.
Он хлопнул в ладоши, и молния, окутывавшая его тело, внезапно стала ещё ярче.
Изначально тонкие, словно волосок, электрические разряды вмиг разрослись до размеров небольшой змеи, расходясь во все стороны, в центре которых был он сам.
Кагура напоминал паука в паутине: вокруг него раскинулась синяя электрическая сеть радиусом более десяти метров.
Враги вокруг него устремились в его грозовое поле, словно мотыльки на пламя.
— Пах, пах, пах!
[Глава «Утомленный миром человек», особая глава (179943164)]
Цунаде, только что прибывшая на место, невольно распахнула рот от изумления. Она смотрела на всех врагов, что прорвались в синие молнии Кагуры.
Подобно куклам с оборванными нитями, они падали на землю.
Джирайя и Орочимару, стоявшие рядом с Кагурой, были поражены ещё больше.
Джирайя, сам того не заметив, отменил своё ниндзюцу «Игла Дзидзо» и теперь лишь в изумлении смотрел вслед Кагуре.
В этот момент Кагура походил на бога грома, спустившегося на землю, чтобы покарать всех грешников, вставших на его пути.
Выражение лица Орочимару было не намного лучше. Кунай в его руке упал на землю, и он даже не заметил этого.
Глядя на ниндзюцу Кагуры, которого он прежде никогда не видел, его глаза наполнились жгучим желанием.
Если водное высвобождение может быть усилено до определённой степени во влажной среде, то молниеносное высвобождение можно сказать, что удваивает свой эффект в такой обстановке.
В этот момент Кагура использовал ниндзюцу, производное от Чидори — Стиль Чидори. По сути, это применение стихии молнии для создания вокруг себя молниевой завесы. По словам самого Кагуры, в эти мгновения он ощущал себя громоотводом в лаборатории.
Противники, уже промокшие до нитки, без всякой подготовки бросились в электрическое поле и были парализованы молниями практически мгновенно. Когда перед Кагурой рухнули десятки фигур, оставшиеся позади враги наконец-то осознали происходящее и тут же остановились.
Конечно, Кагура в тот момент ещё не в совершенстве владел применением Высвобождения Молнии. Большинство павших лишь потеряли сознание, а не умерли. Видя, что никто больше не наступает, Кагура прекратил использовать Стиль Чидори. Он не был кровожадным человеком. Глядя на лежащих перед ним людей, он не собирался добивать их.
Заметив, что неподалёку осталось лишь около дюжины противников, с ужасом смотрящих на него, он небрежным тоном произнёс:
— На вашем месте я бы забрал своих спутников и ушёл прямо сейчас. Иначе я буду сражаться в полную силу.
Сказав это, он вновь крепче сжал оружие в руке, демонстрируя свою решимость.
Люди из Скрытой Деревни Дождя переглянулись, и после недолгого размышления один из них нерешительно подошёл к Кагуре. Пристально наблюдая за движениями Кагуры, он медленно поднял упавшего товарища. Убедившись, что Кагура не останавливает его, он тут же вскочил и поспешно покинул место схватки. Увидев это, остальные медленно двинулись к Кагуре и группами по трое-четверо начали поднимать своих товарищей.
Всего за несколько минут поле боя, где ещё недавно бушевала ожесточённая схватка, неожиданно опустело, оставив лишь Кагуру и четырёх его спутников.
После того как все враги исчезли, Кагура продолжал оставаться начеку. Лишь спустя несколько минут его тело расслабилось, и он без сил рухнул на землю.
Цунаде, до этого занятая раненым Джирайей, с беспокойством покосилась на Кагуру. Орочимару тут же подошел к нему и помог устроиться поудобнее.
Кагура махнул всем рукой и тяжело выдохнул:
– Все в порядке, не волнуйтесь. Я просто много сил потратил.
И правда, все это было лишь притворством, чтобы отпугнуть врагов. Хоть у него теперь и хватало сил на уровне дзёнина, но был он лишь самым слабым из них. Взять, к примеру, Какаши – мастера по части нехватки сил. Наруто мог драться десятки серий подряд, а Какаши падал без чувств уже после пары приемов.
Последние три дня они вообще не отдыхали, и потому сильно вымотались. В недавней схватке Кагура применил технику теневого клонирования и мощнейшую атаку, что почти полностью истощило его запасы. Остальные ребята были примерно в таком же состоянии, а тут еще и Джирайя ранен. Ничего не оставалось, как разыграть целое представление, чтобы обратить остальных врагов в бегство. Хоть Кагура и не был кровожадным, но и добряком его назвать было нельзя. Иначе зачем бы он оставил в живых тех, кто пал в бою?
Придя в себя, они решили поскорее уходить, чтобы найти безопасное место.
В каменной пещере тускло мерцал огонь, разгоняя сырость, что принесла с собой дождливая погода. Раненый Джирайя лежал на земле с закрытыми глазами, отдыхая. Его грудь была перевязана повязками. Кунай угодил ему в правую часть груди, но, к счастью, не задел жизненно важные органы. После вмешательства Цунаде ему стало значительно лучше. Конечно, боеспособность Джирайи сильно упала.
Учитывая общее состояние отряда, Кагура решил сделать перерыв. Нужно было восстановить силы, прежде чем двигаться дальше.
Глядя на беспрестанный дождь за пределами пещеры, Кагура стоял у входа, неся дозор.
Признаться честно, эта пещера не слишком подходила для укрытия. Она была слишком мелкой, и даже если внутри развести огонь, посторонние могли легко заметить дым. Но в столь критической ситуации это было лучшее, что им удалось найти.
— Что ж, к счастью, непрекращающийся ливень ухудшает видимость, — Кагура утешала себя, глядя на небо. — В этом есть свои плюсы.
Цунаде бесшумно подошла к нему и протянула кусок теплой сушеной еды.
— Поешь что-нибудь, — негромко сказала она. — Потом я сменю тебя на дозоре. Тебе нужно отдохнуть, ты, должно быть, на пределе сил.
Встретившись с заботливым взглядом Цунаде, Кагура слабо улыбнулся и взял еду. Он молча откусил, собираясь что-то сказать Цунаде, как вдруг его лицо изменилось. Он отбросил еду в сторону и настороженно уставился в сторону улицы.
Среди шума дождя вдалеке показалась смутная фигура. Хотя расстояние было все еще приличным, эта фигура внушала Кагуре ощущение крайней опасности. Подобное чувство Кагура испытывал лишь однажды — когда не так давно его противником был Кинкаку.
Человек перед ним был очень силён!
http://tl.rulate.ru/book/139224/6941600
Готово:
