«Ах», — фыркнул Цзян Нин.
«Если я не буду бесстыднее вас, порочных демонов, как я смогу защитить праведный путь?»
«Младший брат, пожалуйста, уходи сейчас же и не беспокойся обо мне!» — взволнованно крикнул на этот раз Линху Чун Цзян Нину.
По его мнению, Цзян Нин недавно стал мастером первого класса и уж точно не мог справиться с таким ветераном, как Тянь Богуан, поэтому ему не стоило умирать понапрасну.
«Брат Линху, я изначально думал, что все ученики секты Хуашань подобны тебе, честные и благородные, но я не ожидал, что среди них найдутся такие коварные и злобные люди. Я помогу вашей секте Хуашань избавиться от этой нечисти», — произнес Тянь Богуан строгим голосом, а затем, взмахнув мечом, бросился вперед, его фигура мелькнула, словно призрак.
«Ты, скотина, насилующий чужих жен и дочерей, имеешь право говорить о благородстве?» — насмешливо спросил Цзян Нин, активировал врожденную силу в своем теле и ринулся навстречу.
В одно мгновение длинный меч и кривой нож снова столкнулись.
Цзинь!
Раздался звонкий лязг металла. Цзян Нин отступил на правую ногу, уперся носком в землю, и грязь полетела из-под каблука. Расставив руки, он продолжал скрещивать мечи, издавая резкий звук. Цзян Нин пристально смотрел на приблизившуюся вплотную фигуру Тянь Богуана.
Цзян Нин наклонился вперед и начал применять внутреннюю силу. Врожденная внутренняя сила распространялась по длинному мечу к кривому ножу противника, а затем проникала в тело Тянь Богуана.
«А!» — вскрикнул Тянь Богуан от неожиданности. Сила в его руке ослабла. Лицо Цзян Нина стало свирепым, и он резко оттолкнул противника, одновременно используя силу поворота, чтобы нанести мощный удар.
Сердце Тянь Богуана ёкнуло, он быстро отступил, поднял нож, чтобы блокировать.
Линху Чун, уже получивший серьезные ранения, застыл в изумлении.
Он старался изо всех сил, но так и не смог одолеть Тянь Богуана и ему пришлось прибегнуть к всяческим уловкам, чтобы сбежать вместе с И Линь. Но теперь его младший собрат по учению мог сражаться с Тянь Богуаном, не уступая ему, и даже имел преимущество.
Хотя Цзян Нин и имел перевес, используя грязь, чтобы застать Тянь Богуана врасплох, в этот момент они оба были равны.
Это было невероятно для Линху Чунга. Хотя Цзян Нин пришел спасти его, разрыв между ними теперь заставлял его чувствовать себя крайне неловко.
Глава 74: Сян Ци
Глава 74: Сян Ци
Динь! Динь! Динь!
Цзян Нин непрерывно взмахивал мечом, каждый удар был сильнее предыдущего, с такой силой, что от столкновения мечей летели искры.
Всего за несколько секунд Цзян Нин последовательно нанес три удара: один удар был направлен в шею, другой – в голову, а третьим мечом Цзян Нин подпрыгнул над Тянь Богуаном и вонзил меч прямо в макушку.
— Ты в своем уме?
Видя чрезвычайно жестокие методы противника, Тянь Богуан был шокирован и разгневан.
Цзын~
Тянь Богуан едва увернулся от удара. Цзян Нин воткнул свой меч в землю. Увидев слабое место противника, Тянь Богуан обрадовался и быстро рубанул, но Цзян Нин был готов. Он вытянул левую руку, чтобы опереться о землю, резко скрутил туловище, и его правая нога описала дугу в воздухе и с силой ударила Тянь Богуана по лицу, отбрасывая его.
Плюх!
Тянь Богуан упал на землю и выплюнул полный рот крови, в которой смешались несколько зубов.
Вуш!
Неподалеку из леса вырвалась фигура и стремительно бросилась к Тянь Богуану, меч в его руке холодно блеснул.
Человек появился слишком быстро, веки Тянь Богуана бешено задергались, и он откатился в сторону.
— Ааа!
— Тянь Богуан взвыл.
Ему не удалось увернуться полностью, и меч Нин Чжунцзэ вонзился ему во внутреннюю часть бедра, лишь чудом не превратив в евнуха.
— Жена мастера.
Увидев, что пришла Нин Чжунцзэ, Линху Чун вскрикнул от удивления.
Видя, что помощь приближается с другой стороны, Тянь Богуан был шокирован и разгневан.
Он уже успел ощутить силу Цзян Нин и не мог убить его за короткое время, но теперь противник имел подкрепление, поэтому Тянь Богуан более не желал сражаться и, развернувшись, пустился наутек.
— Ты подлый и бесстыдный. Ты ударил меня в спину, а теперь используешь численное превосходство, чтобы угнетать меньшинство. Орден Хуашань действительно является престижным и честным орденом. Я, Тянь Богуан, не могу тягаться с вами. Сегодня я усвоил урок на методах Ордена Хуашань. До встречи!
Тянь Богуан имел прозвище «Тысямили одинокого странствия» в мире боевых искусств, что свидетельствовало о его выдающихся боевых навыках. В то время праведные ордены и организации объединяли силы, чтобы захватить его несколько раз, но благодаря своему мастерству он каждый раз ускользал.
Хотя искусство легких шагов Ордена Хуашань «Шаг к небесам» также было хорошим, оно не являлось первоклассным. Теперь Тянь Богуан не желал больше сражаться и был полон решимости уйти. Если бы Цзян Нин действительно хотел убить его, он не смог бы его догнать.
Но он не позволил бы Тянь Богуан уйти так открыто.
Глаза Цзян Нин горели, и он изо всех сил активировал Сяньтянь Гун. Он преследовал Тянь Богуана со скоростью, настолько высокой, что ему удалось сократить расстояние между ними.
— Нин'эр!
Выражение лица Нин Чжунцзэ напряглось. Она боялась, что Цзян Нин, преследуя его безрассудно, попадет в ловушку Тянь Богуана.
Услышав шум позади, Тянь Богуан обернулся со злой ухмылкой на лице.
— Так вот кого я ждал!
Тянь Богуан внезапно поднял левую руку, и когда он уходил, он схватил пригоршню порошка неизвестного вещества из-за пазухи и теперь осыпал им Цзян Нин. Одновременно он развернулся и бросился вперед.
Это был усыпляющий наркотик, который он всегда носил с собой. Всякий раз, когда он сталкивался с крепким парнем или целомудренной женщиной, он использовал усыпляющий наркотик, чтобы привести их без сознания.
Во время недавней схватки он не находил возможности взять усыпляющий наркотик из-за пазухи, и Цзян Нин, должно быть, в то время был очень настороже, так что его уловка, возможно, не принесет пользы, но теперь это был хороший шанс.
Как только Цзян Нин будет поражен этим приемом, он сможет одним ударом меча срубить парня, который только что заставил его потерять лицо. Даже если он промахнется, ничего страшного. Цзян Нин определенно не ожидал такого хода и, безусловно, будет в панике. Тогда он также сможет отрубить противнику руки и ноги, так что это не будет проигрышем.
В глазах Цзян Нин мелькнул блеск, и он рассмеялся.
— Даже если ты мастер своего дела, ты умеешь делать мелкие пакости.
Цзян Нин взмахнул рукавами, и с приливом его внутренней силы сильный ветер развеял разлетевшиеся в воздухе усыпляющие наркотики.
Он не стал молодым и легкомысленным, чтобы потерять бдительность только потому, что Тянь Богуан был побежден. Он знал, что должен оставаться крайне бдительным, имея дело с такими людьми, иначе исход мог измениться в любой момент.
Увидев это, Тянь Богуан проклял себя в сердце, резко развернулся и без колебаний ушел.
Глядя на спину Тянь Богуана, Цзян Нин сузил глаза и направил внутреннюю силу своего тела, которая неистово хлынула к мечу.
Длинный меч, который внезапно получил слишком много внутренней энергии Цзян Нин, задрожал и издавал тихие звенящие звуки, словно готовясь сломаться в следующий момент, а на поверхности меча появился слой белого света.
Цзян Нин резко взмахнул мечом, и невидимый белый свет устремился вперед, сопровождаемый сильным ветром.
За спиной послышался звук пронесшегося ветра, и он почувствовал надвигающуюся опасность. Тянь Богуан, не оборачиваясь, вложил всю свою внутреннюю силу в скоростное передвижение, ускорившись вдвое. В одно мгновение он увернулся на несколько шагов.
Но тревожный звон в ушах не утихал, и Тянь Богуан, полагаясь на предчувствие, метнулся вправо.
«Ааа!»
По лесу разнесся его пронзительный крик.
Рукав его левой руки был разорван в клочья, а между плечом и рукой зияла ужасная рана, настолько глубокая, что виднелась кость; кровь хлынула фонтаном.
Тянь Богуан корчился от боли, его лицо было смертельно бледным, но, несмотря на это, он не остановился. Пробежав ещё некоторое расстояние, он снова растворился в тумане.
Цзян Нин, только что метнувший меч, вдруг почувствовал, как большая часть его внутренней энергии иссякла. Руки его ослабли, а лицо побледнело. Цзян Нин не мог ничего поделать, как только остановиться и проводить взглядом удаляющуюся фигуру Тянь Богуана.
— Нин'эр.
Услышав обеспокоенный голос Нин Чжунцзэ, доносившийся сзади, Цзян Нин обернулся и увидел, что Нин Чжунцзэ уже нагнала его.
Видя бледное лицо Цзян Нина, Нин Чжунцзэ участливо спросила:
— Нин'эр, ты в порядке? Тебя напал Тянь Богуан?
Цзян Нин покачал головой и, улыбнувшись, сказал:
— Не волнуйтесь, госпожа. Это пустяки. Я просто израсходовал слишком много внутренней энергии, и она не восстановится так быстро.
Нин Чжунцзэ почувствовала облегчение, услышав это. Она нахмурилась и упрекнула:
— Тянь Богуан мастерски владеет цюаньцзин и очень хитер. Если ты не можешь его догнать, не преследуй. Твой господин ценит тебя превыше всего. Что, если с тобой что-нибудь случится? Мы с твоим господином позже найдем его. Зачем было так рисковать?
— Жаль, что я не смог убить его.
Цзян Нин испытывал некоторое сожаление.
Нин Чжунцзэ тоже с сожалением произнесла:
– Вот было бы хорошо, если бы ты подождал меня, и мы бы пошли вместе.
Цзян Нин улыбнулся и ответил:
– Это не потому, что я не хотел тебя ждать, а потому, что если бы я не вмешался тогда, Тянь Богуан напал бы на моего старшего брата. Прошу, не вини меня, госпожа мастера.
Нин Чжунцзэ кивнула:
– Хорошо, раз Чун’эр в порядке, то ничего страшного. Не беда, что мы не смогли убить Тянь Богуана. Его цингун и впрямь поражает. Не стоит сожалеть. Когда представится возможность, мы с твоим наставником отправимся убить его.
Она не собиралась по-настоящему винить Цзян Нина, просто беспокоилась, что тот может попасть в беду из-за Тянь Богуана.
Среди нынешних учеников Хуашань Цзян Нин был самым подающим надежды. Для Юэ Буцюня он становился всё важнее. Если бы с Цзян Нином что-то случилось, ей было бы очень трудно объясняться перед Юэ Буцюнем.
Юэ Буцюнь тогда бы точно свихнулся.
– Так говорит госпожа мастера.
Цзян Нин улыбнулся и кивнул.
Но, сказав это, Нин Чжунцзэ всё же почувствовала облегчение и большую радость.
Тот факт, что Цзян Нин смог сразиться таким образом с Тянь Богуаном, свидетельствовал о его недюжинном таланте.
– Пойдём, раз Чун’эр в порядке, вернёмся, – сказала Нин Чжунцзэ смягчившимся тоном.
– Хорошо, – кивнул Цзян Нин, и они вдвоём повернулись и пошли в прежнем направлении.
– Госпожа мастера, младший брат!
Линху Чун, шатаясь, приблизился, держась за грудь, лоб его покрывал пот.
– Чун’эр, как ты сейчас? – увидев его в таком виде, Нин Чжунцзэ поспешно спросила с беспокойством.
Линху Чун выдавил улыбку и ответил:
– Не волнуйтесь, госпожа мастера. Чун’эр в порядке.
http://tl.rulate.ru/book/139131/7145830
Готово:
