Глава 7: Изменение к лучшему
«Я вообще их родной сын?»
Линь Юань вздохнул. Метёлка, которой его отхлестали по спине, всё ещё ныла. Хотя у него были претензии, он не мог их высказать.
«Перенесите все вещи из машины в дом».
Линь Юань сказал это слуге, а затем последовал за Линь Тяньханом в дом.
Едва войдя в гостиную, Линь Тяньхан уселся на диван и смачно чмокнул Сяобао дважды в щёчку. Повернув голову и увидев, что Линь Юань тоже вошёл, он нахмурился и выругался:
«Ах ты, ублюдок, почему ты ещё не убрался?»
«Пап, тебе бы поменьше ругаться. Ты ведь сам себя ублюдком называешь?»
Линь Юань возразил.
«Ах ты, ублюдок, ещё и огрызаться научился! Принесите мою метлу, сегодня я точно забью этого ублюдка до смерти!»
«Пап, пап, пап, я виноват, успокойся сначала, не сердись!»
Линь Юань, увидев это, без колебаний шагнул вперёд и удержал своего отца, боясь, что тот и вправду возьмёт метлу и продолжит его бить, а он этого не вынесет.
«Я хочу кое-что сказать вам, вы сначала послушайте. А потом, если захотите, сможете приступить к делу, не поздно будет».
«Ладно, послушаю, какой ещё бред ты изрыгнёшь».
Линь Юань собрался с мыслями и сказал Линь Тяньхану:
«Пап, после долгих размышлений я наконец осознал, что раньше я был ничтожеством. Поэтому я решил изменить свою жизнь к лучшему и стать хорошим человеком».
Линь Юань закончил говорить и увидел, как Линь Фу и Линь Му удивлённо широко раскрыли глаза и рты.
Линь Фу и Линь Му переглянулись.
«Это всё ещё мой сын?»
«Старина Линь, наш сын, он сам признал свою ошибку, и хочет измениться, стать хорошим человеком? Я не во сне? Быстро ущипни меня, проверь, это правда?»
Полное имя Линь Му было Чэнь Айхуа, имя очень обычное, она была родом из деревни, но очень любила учиться. После замужества с Линь Тяньханом они вдвоём занялись бизнесом. Она многому научилась и стала мудрой помощницей Линь Тяньхана.
Семья Линь обязана ей половиной своего состояния.
У семьи Линь был только один сын, Линь Юань, поэтому его с детства баловали, и он вырос высокомерным и своевольным злодеем, творящим беззаконие.
Чэнь Айхуа всегда надеялась, что её сын изменится к лучшему, но они много раз разговаривали об этом, и это не приносило результатов. В конце концов, она отчаялась, позволяя Линь Юаню расти криво, а когда он что-то натворил, она вместе с Линь Тяньханом била его.
Она думала, что так и будет до конца жизни, но сегодня, неожиданно, услышала от своего сына слова о том, что он хочет измениться к лучшему и стать хорошим человеком.
Она так расчувствовалась, что у неё потекли слёзы, и она попросила Линь Тяньхана ущипнуть её, чтобы убедиться, что это не сон.
«Ой, больно! Я же просила слегка ущипнуть, а не так сильно!»
Чэнь Айхуа ударила Линь Тяньхана пощёчину. Этот старик не знал меры.
Хотя Линь Тяньхан был удивлён, он не так легко поверил Линь Юаню, как Чэнь Айхуа, в то, что Линь Юань действительно собирается измениться к лучшему.
Он откинулся на диване, посмотрел на Линь Юаня и сказал:
«Ах ты, паршивец, не думай, что я поверю тебе, сказав всего лишь несколько слов. Если у тебя есть какой-то заговор, скажи об этом пораньше. Хочешь денег? Или что-то ещё?»
«Пап, ты мне так не доверяешь?»
Линь Юань не рассердился. Просто его прежняя сущность оставила слишком плохое впечатление на родителей.
Стоило ему лишь сказать, что он хочет измениться, как Чэнь Айхуа расчувствовалась до слёз, что говорит о том, насколько глубоко он их когда-то ранил.
«Я верю только в то, что горбатого могила исправит».
«Неважно, я и не надеялся, что простые слова изменят ваше мнение. Ведь раньше я натворил слишком много глупостей, так что просто посмотрите на моё будущее поведение».
«Сегодня вечером я останусь дома, не забудьте попросить кухню приготовить мою еду».
Сказав это, Линь Юань встал и вернулся в свою комнату.
Хотя у него было много домов вне дома, его комната всегда оставалась в доме. Он толкнул дверь, и увидел, что вещи в комнате аккуратно расставлены, ни пылинки.
После того как Линь Юань закрыл дверь комнаты, Линь Тяньхан и Чэнь Айхуа в гостиной тихонько заговорили:
«Этот парень действительно изменился? Или он снова что-то затевает?»
«Разве ты не можешь надеяться на лучшее для сына?»
«Я тоже хочу, но мы же знаем его характер. Как думаешь, может, он натворил что-то на стороне, не может справиться, поэтому так и говорит? Просто ждёт, когда враги придут, и мы поможем ему разобраться?»
«…»
Чэнь Айхуа посмотрела на Линь Тяньхана. Она тоже испугалась такой возможности, ведь этот сын действительно мог на такое пойти.
«Дедушка, бабушка, я думаю, папа действительно стал лучше. Он сегодня был такой нежный с Сяобао, совсем не бил Сяобао».
Сяобао тоже вмешалась в разговор.
Чэнь Айхуа обняла свою маленькую внучку. Этот ребёнок и раньше настрадался, и всё это из-за Линь Юаня, этого никчёмного сына.
«Сяобао, милая, ты ещё маленькая, ты этого не понимаешь».
Линь Тяньхан сказал Сяобао.
«Я думаю, нам не стоит так много думать. Если сын действительно хочет измениться к лучшему, это хорошо. А что касается того, о чём ты говоришь, если проблемы действительно появятся, тогда и побьём его, не поздно будет».
«Хм, имеет смысл».
Услышав слова жены, Линь Тяньхан тоже кивнул. Действительно, спешить было некуда.
Линь Юань вернулся в свою комнату и сразу же лёг на кровать, совершенно не подозревая о разговоре родителей за дверью.
«Чёртово старое небо, ты так умеешь подставлять людей. У других при перемещении есть какая-то система или что-то вроде того, а я здесь так давно, и никакой реакции?»
Линь Юань бормотал про себя, считая, что это чёртово старое небо специально подставляет его, не давая ему системы.
Сейчас у него, кроме знания сюжета оригинала, не было никаких преимуществ. Столкнувшись с Лун Хаочэнем, избранным судьбой, а сам он, будучи злодеем из оригинала, мог в любой момент погибнуть.
«Повышение собственной силы неизбежно».
Линь Юань сел. Просто прятаться — не выход, потому что он не мог гарантировать, что в будущем не столкнётся с другими опасностями.
Поскольку не было никакого внешнего вспомогательного средства, он мог полагаться только на знания из оригинального сюжета.
«Линь Юань, выходи».
Как раз когда Линь Юань обдумывал свои следующие действия, за дверью раздался голос Линь Тяньхана.
«Пап, что-то случилось?»
Линь Юань открыл дверь и спросил.
«Раз ты говоришь, что хочешь измениться к лучшему, я дам тебе этот шанс. Завтра день рождения у старика Е из семьи Е, ты пойдёшь вместо меня и преподнесёшь ему подарок».
В Бэйчэне есть четыре великих семьи: Линь, Е, Гу, Чу. За исключением семьи Линь, которая выбилась из низов и силой вошла в число четырёх великих семей, остальные три семьи передавались в Бэйчэне на протяжении десятилетий.
Четыре великих семьи конкурировали в бизнесе, но на публике им приходилось поддерживать отношения.
На день рождения старика Е из семьи Е, остальные три великих семьи обязательно должны были прийти с подарками и поздравлениями, иначе это было бы неуважением к семье Е, и потом было бы трудно выйти из положения.
Услышав это, Линь Юань хотел отказаться.
Потому что он помнил, что в оригинале Лун Хаочэнь и Гу Цинъи также прибудут поздравить старика Е с днём рождения.
Словно не давая Линь Юаню шанса отказаться, Линь Тяньхан прямо сказал:
«Ты должен пойти. Если не пойдёшь, то сейчас же убирайся, и можешь больше никогда не возвращаться. Мы будем считать, что у нас нет такого сына, а у Сяобао нет такого папы».
«Я ведь и не говорил, что не пойду!»
Линь Юань сказал это, но в душе горько жаловался: «Чёрт, это же заставляет меня лезть в огонь!»
http://tl.rulate.ru/book/138902/6995745
Готово:
