— Во чтобы то ни стало, нужно спасти Шуй Шэн, — Ван Сяофэн не страшился никаких опасностей. Он смело вызывал на поединок Предка Кровавого Ножа и не отступал даже перед лицом лавины. В самом деле, он уже готовился к тому, что его младшая сестра может потерять невинность.
Позже, услышав пересуды других, он, хоть и чувствовал дискомфорт, но смирился. Однако, увидев мужскую одежду в постели Шуй Шэн, когда её отвращение к Ди Юню сменилось ссорой с ним ради последнего, его оборона рухнула.
Фэн И не раз задумывался об этом. Если отбросить всеведение, найдётся ли хоть один человек, который не стал бы подозревать Ван Сяофэна, учитывая его переживания.
Он спрашивал себя — сам он на такое точно не способен.
Ведь это было не просто совместное пребывание в одной комнате мужчины и женщины, но и разговоры между старшими.
Любой, обладающий всеведением, знает, какой подлец и бесстыдник Хуа Теган.
Но что же реальность? За десятилетия он накопил себе репутацию, его положение в мире боевых искусств было слишком высоким. Более того, он был клятвенным братом его дяди, великим героем Чжунчжоу.
Разве мог такой влиятельный человек обманывать людей? Как это можно сравнить с Ди Юнем и Шуй Шэн? Все, кто преследовали Предка Кровавого Ножа, верили Хуа Тегану! В конце концов, он потерял троих братьев и убил Предка Кровавого Ножа.
Ван Сяофэн тоже хотел верить своей возлюбленной, но она постоянно говорила о другом мужчине.
Иной возможности объяснить этот феномен, кроме неверности, не оставалось.
В тот момент, что ещё можно было требовать от человека, чьё сердце было так разбито?
Но его сломленная оборона вызвала отвращение у Шуй Шэн. "Если я ничего не совершила, пусть думает что хочет. Если он меня неверно понял, то это уже его вина".
На самом деле, когда Шуй Шэн придумала эту идею, это было, безусловно, связано с её характером, но также и с её эмоциональным равновесием, которое уже незаметно склонилось в сторону Ди Юня.
Из-за всего этого возлюбленные с детства не могли разделить радости и горести вместе и стали чужими друг другу.
Увы, эта штука, называемая любовью, действительно не то, с чем люди могут играть.
Правда в том, что она приносит людям временную радость, но причиняет больше боли и беспомощности.
Фэн И задумался и снова перевел взгляд на Шуй Шэн.
Шуй Шэн выглядела расслабленной и беззаботной, одетая в белую шелковую рубашку, подобно ученому. У неё были красные губы, белые зубы, фениксовы брови и яркие глаза.
Как только она собиралась поднять чашку, чтобы сделать глоток, она почувствовала пронзительный взгляд, сканирующий её лицо, от которого у неё встали дыбом волосы.
Она происходила из семьи с давней историей боевых искусств и была в них весьма искусна. Она мгновенно почувствовала, что этот взгляд совершенно отличается от всех других. Она обернулась, и их глаза встретились с глазами Фэн И.
Они смотрели друг на друга всего мгновение, и красивые глаза Шуй Шэн тут же наполнились слезами. Он смущенно отвернулся, а его щеки были словно окрашены рубиновой пудрой, что делало его чрезвычайно привлекательным.
Фэн И был ошеломлен и не мог не подумать: «Это действительно источник всех зол, красота — корень всех бед! Причина, по которой Шуй Шэн одевался как мужчина, вероятно, заключалась в том, что они только начинали свой путь в мире боевых искусств в то время и еще не приобрели известное имя «Двойные герои колокола и меча» в сюжете.
После того, как она стала знаменитой, она начала носить женскую одежду. Что же произойдет? Неудивительно, что Патриарх Кровавого Ножа с первого взгляда влюбился в него, что привело к тому, что все лидеры Южного Военного Мира были похоронены в Снежной Долине».
В его глазах, хотя Хуа Теган был жив, он был фактически мертв.
В целом мире Ляньчэн лишь трое имели имена и фамилии: Ди Юнь, Шуй Шэн и Ци Фан.
Но причина их бед заключалась в их же красоте.
Если бы Младшая Сестра Ди Юнь не была столь прекрасна, что привлекла внимание всех учеников Ваньмэнь, они бы не стали устранять соперницу. Тогда Ди Юнь не подставили бы, обвинив в изнасиловании, и ей не пришлось бы нести столь суровое наказание.
Если бы Шуй Шэн не была так красива, Патриарх Кровавого Ножа не схватил бы её, и четверо героев «Падающих Цветов и Текущей Воды» не погибли бы в одном сражении.
Фэн И помнил об этом наиболее ярко. Когда Патриарх Кровавого Ножа встретил Шуй Шэн, он сначала хотел отбросить её, взяв лишь коня.
Но, увидев её облик, замер от изумления, а затем пленил её!
Она действительно была столь прекрасна.
Понятно, что даже такой человек, как Патриарх Кровавого Ножа, познавший все виды женщин, был поражён.
Фэн И в прошлой жизни видел множество красивых женщин по разным каналам, но что касается «вкуса», всё это не могло сравниться со старым лисом, подобным Патриарху Кровавого Ножа, который всю жизнь собирал цветы! Шуй Шэн отвернулась от смущения, но вдруг почувствовала, что взгляд Фэн И полон чистого восхищения и задумчивости, без малейшей пошлости. С любопытством она перестала смущаться и снова отвернулась.
Неожиданно Фэн И уже отвернул голову. Шуй Шэн снова почувствовала недовольство и не смогла сдержать холодного фырканья.
Все красавицы хотят, чтобы на них смотрели, но в то же время не любят, когда на них смотрят.
Удивительно, как в них сочетаются эти противоречия, и как искусно они управляют этим, давая понять, стоит на них смотреть или нет.
К несчастью, Фэн И обладал системой, поэтому он был полон решимости отсечь свои эмоции и следовать великому пути, уже освоив Шэньчжаогун. Этот Гун был самым чудесным и чистым в мире, поэтому и его желания были естественным образом намного скромнее, чем у обычных людей.
Красота Шуй Шэн вызывала у него лишь эмоции, но не более того.
В сознании Фэн И мелькнула мысль, и его взгляд встретился со взглядом Шуй Шэн в одно мгновение.
Ван Сяофэн не заметил ничего необычного. В конце концов, тело его кузины было обнажено, и Фэн И был не единственным мужчиной, который на неё смотрел.
У У Шифэя, хлебнувшего ещё одну большую миску вина, от алкоголя зашумело в голове. Он прищурился, глядя на Ван Сяофэна, и сказал: "Значит, Лэн Юэцзянь хочет присоединиться к забаве, но если он сам не придёт, какой смысл отправлять двух малышей?"
Шуй Шэн подняла брови и уже собиралась разозлиться.
Ван Сяофэн с гордостью произнес: "Хотя этот Шэньчжаоцзин драгоценен, мой господин — настолько великий человек, что даже не удосужится обратить на него внимание. Даже я, Ван Сяофэн, могу не принимать его всерьёз!
Они всего лишь невежественные люди, над которыми смеётся весь мир!"
У У Шифэй усмехнулся: "Красиво говоришь, но что ты здесь делаешь?"
Шуй Шэн встала и звонко сказала: "Мой отец только что увидел, как все мастера боевых искусств прибыли в Хунань, поэтому он захотел посмотреть, что происходит. Он не такой, как некоторые люди...
Хмф, злодейское сердце судит о благородном по своему подобию!"
У У Шифэй уже собирался ответить, но его старший брат протянул руку и придержал его: "Зачем мы здесь? Зачем тебе спорить с ними?"
У У Шифэй тоже так подумал. Раз уж он еще даже не встретил настоящего врага, зачем ему заводить больше врагов? Он поднял миску с вином и осушил её.
– Как я и ожидал, почти все известные мастера Цзяннаня, как из мира честного, так и из теневого, прибыли сюда ради несравненных боевых искусств, которыми славится господин Мэй – «Небесное Сияющее Писание» и «Переформовывающее Сокровище». Кому не хочется, чтобы уважали его в мире, и кто не мечтает возвыситься над миром боевых искусств?
Местонахождение Дин Диана неизвестно, но ценность Фэн И возросла в десять тысяч раз, став редчайшим сокровищем, о котором мечтает и которое жаждет каждый.
После того как эта новость была обнародована, интересно, сколько еще людей находится в пути сюда. Это поистине беспрецедентное событие! – с улыбкой произнес старик.
Услышав это, У Шифэй разразился смехом и сказал:
– Старик, ты не рассказчик, не так ли? Ты прекрасно знаешь подноготную, но смог заставить мое сердце забиться быстрее!
Остальные постояльцы гостиницы находились в таком же положении, их сердца колотились, но старик спокойно сказал:
– Но сокровища — это хорошо, однако завладеть ими могут лишь способные! Если твои боевые навыки уступают навыкам этого даосского наставника Сяо, ты умрешь напрасно! Этому наставлению следует неукоснительно следовать!
У Шифэй фыркнул, взмахнул руками, встал и сказал:
– С тех пор как мы с братьями дебютировали, мы никогда не знали слова «страх». Когда я узнал, что Дин Диан заполучил сокровище, я искал его более десяти лет. Никогда бы не подумал, что Дин Диан все это время находился в Цзинчжоу, прямо у нас под носом. Теперь он стал трусом и не попросил Фэн И взглянуть на это сокровище всей его жизни. Неужели это не самое большое сожаление в его жизни? Он умрет с сожалением!
Все согласились, что его слова были очень разумны, и начали обсуждать между собой. Мастера боевых искусств были не в силах противостоять искушению тайных трактатов о магических навыках. У Шифэй не был единственным, кто придерживался такого мнения. Даосский наставник Сяо находился в уединенной практике, и причиной его выхода из уединения было именно это.
Внезапно раздался холодный голос:
– В мире столько сокровищ, разве увидишь их все своими глазами?
Голос был ледяным и ровным, но он заставил всех почувствовать себя неловко, и сразу воцарилась тишина.
http://tl.rulate.ru/book/138899/7137221
Готово:
