- Просто скажи «да» или «нет», - сказал Лу Фэн Юй, глядя прямо на Дуань Тинсюаня.
Его взгляд вынудил Дуань Тинсюаня насторожиться. Он натянул горькую улыбку и сказал:
- Если учитель ставит вопрос так, то этот скромный слуга должен сказать, что она моя жена. Как эта женщина перенесет, если ее заберет кто-то другой? Даже если это будет принц или маркиз, или даже сам старый император, она все равно моя женщина. Если только... если только я не умру. Может быть, я и трус, но я не настолько бесполезен, чтобы просто так отдать свою жену. Быть может, господин слышал какие-нибудь новости от столичной знати? Я просто не могу себе этого представить, моя жена довольно вспыльчива, и, хотя она неплохо выглядит, она не ветреная женщина.
- Я просто шучу с тобой, - Лу Фэн Юй внезапно развеселился. Его палочки для еды начали двигаться очень быстро, и он пробормотал с набитым ртом, - Только ты один можешь вынести характер госпожи Ван. Другие люди развелись бы с ней как можно скорее, ты так не думаешь? Кстати говоря, ты действительно ни на что не годен. В большинстве браов именно муж является кормильцем. Подумать только, в твоем случае все наоборот. Какой позор для всех мужчин.
Дуань Тинсюань про себя вздохнул с облегчением и усмехнулся:
- Даже если все мужчины в мире думают так же, как хозяин, какое это имеет отношение ко мне? Я только хочу защитить свою жену и жить спокойно и мирно.
Лу Фэн Юй кивнул:
- Кстати, если бы у меня была такая жена, которая каждый день готовила бы для меня такие замечательные блюда, я бы ни о чем другом и не мечтал. Все, что ей нужно было бы сделать, это отполировать свои кулинарные навыки, и я был бы счастлив. Однако у меня нет такого сокровища. Лян Шу, хоть ты и простолюдин, но тебе повезло больше, чем этому господину.
Дуань Тинсюань почувствовал, как какой-то холодный ветер пронесся по его телу, все волосы на нем встали дыбом. Погоди-ка, о чем он вообще говорит? Может быть, это позорное существо положило глаз на Нуан-Нуан? Неудивительно, что он специально вызвал меня сегодня вечером, чтобы сказать всю эту чушь. Проклятие, неужели он пытается намекнуть мне, чтобы я продал свою жену? Даже после того, как я уже выразил свой протест, ты намекаешь, что все равно заберешь мою жену силой? Лу Фэн Юй, ах, Лу Фэн Юй. Ты пытаешься найти хороший день, чтобы умереть? Этот лорд может убить тебя прямо сейчас, понимаешь?
- Как и сказал учитель, это удача всей жизни этого ничтожества, - поскольку еще не пришло время раскрыть их самую мощную плитку [1], Дуань Тинсюань мог только проглотить свой гнев и разыграть дурака перед этой ядовитой змеей, Лу Фэн Юем. Он склонил голову и, сделав быстрый, неглубокий вдох, поднял глаза, чтобы искренне сказать, - Учитель, этот слуга знает, что учитель относится к нам очень хорошо. Этот ничтожный слуга и его жена могут только надеяться отплатить хозяину, хорошо служа вам. Простите меня за откровенность, но именно потому, что людей с хорошими кулинарными навыками не так уж много, мы вдвоем способны прожить такую хорошую жизнь под вашим присмотром.
- Этот скромный слуга очень хорошо это понимает. Пока хозяин не выгонит нас, мы будем очень рады остаться здесь. В будущем, если мастер найдет себе такую же небесную жену, и родит здесь маленьких детей, мы с радостью будем служить госпоже и всем маленьким хозяевам.
- Ты действительно сообразителен, - Лу Фэн Юй усмехнулся. Он знал, что этот Дуань Тинсюань только что отверг его предложение. Конечно, он никогда не ожидал, что он согласится. Как мог благородный молодой наследник маркиза Ань Пин продать свою жену? Или даже притвориться, что готов продать? Это было бы величайшим позором из всех. На самом деле он вызвал Дуань Тинсюаня по другой причине. Он поднял этот вопрос только для того, чтобы сбить этого человека с истинного следа.
Он съел еще два кусочка и уставился в пространство. Когда звук колотушки ночного сторожа возвестил о втором часе, Лу Фэн Юй и встал:
- Сегодня годовщина смерти моей матери. На самом деле у меня нет аппетита. Хватит, уже поздно, можешь идти.…
Как раз в этот момент кто-то подошел и сказал взволнованным голосом:
- Господин, этот человек должен доложить о важном деле.
- Какое дело не может подождать до утра? Почему вы здесь в такой поздний час? - Лу Фэн Юй слегка покачнулся, выглядя немного пьяным. Должно быть, он был пьян, иначе никогда бы не произнес таких глупых слов. Для людей, спешащих сюда в такой час, дело, естественно, не могло ждать до утра.
- Это очень срочное и жизненно важное дело, - подчиненный оставался за лунной дверью. Казалось, что он боится войти без разрешения и мог только сказать это.
Лу Фэн Юй нахмурился, немного подумал, прежде чем махнуть рукой Дуань Тинсюаню:
- Хватит, можешь возвращаться. Ты можешь прибраться здесь завтра, - он подождал, пока Дуань Тинсюань уйдет, прежде чем позвать этого человека, - Ну и что? Говори свое дело.
Дуань Тинсюань притворился, что медленно уходит, напрягая слух, чтобы расслышать, о чем идет речь. К несчастью, подчиненный был осторожен и наклонился поближе, чтобы прошептать свой доклад на ухо Лу Фэн Юю. Поэтому даже сверхслух маленького маркиза не мог уловить того, что было сказано.
Внезапно раздался голос Лу Фэн Юя:
- Что?!
Затем послышался звук, будто кто-то рухнул на каменную скамью. Сердце Дуань Тинсюаня дрогнуло, он уже собирался остановиться и прислушаться, когда заметил приближающихся личных служанок Лу Фэн Юя, Лу Ци и Хун Лу с фонарями в руках. Он не осмелился больше медлить и быстро шагнул вперед, чтобы поздороваться с ними.
В этот момент голос Лу Фэн Юя бушевал:
- Вы все бесполезны! Все мои планы разрушены, бесполезные мерзости, мусор, ни на что не годные…
После этого Дуань Тинсюань мог только вернуться в свою комнату. На следующий день он выбрал время, когда вокруг не было никого, чтобы сообщить Су Нуан Нуан о том, что произошло прошлой ночью.
Су Нуан Нуан сказала:
- Мог ли Лу Фэн Юй намеренно устроить так, чтобы ты подслушал это?
Дуань Тинсюань нахмурился:
- Если он намеренно позволил мне подслушать, почему он вообще ничего не раскрыл? Более того, именно в этот момент к нему подошли люди, не дав мне ничего услышать. Я считаю, что-то действительно должно было произойти. Жаль только, что мне не удалось ничего выяснить. Причина, по которой он вызвал меня одного, заключалась лишь в том, чтобы выяснить силу моих чувств к жене.
Когда он дошел до этой точки, то стиснул зубы:
- Подумать только, эта бесстыдная тварь осмелилась положить на тебя глаз. Я разорву его тело на куски. Нет, перед этим я вырву его глаза…
Су Нуан дерзко перебила его:
- Хватит, ты забыл, как я не люблю бессмысленные смерти? И что это за разговоры о том, чтобы выколоть глаза и разорвать тело на куски? Честно говоря, хотя он и виноват, это не заслуживает мучительной смерти.
Дуань Тинсюань усмехнулся:
- Плетение интриг ради честолюбия короля Сяньяна достаточно тяжкое преступление для медленной смерти. Но ты права. Простая смерть будет слишком легкой для него. Да, когда придет время, давай продадим его в бордель для джентльменов [2]. Было бы замечательно видеть, как такой гордый, надменный ученый, возомнивший себя выше материальных устремлений, впадает в немилость…
Внезапно он вспомнил, что говорит в присутствии собственной жены, и смущенно усмехнулся:
- Хватит, я больше не буду пачкать тебе уши. Лучше всего было бы низвергнуть этого змея в ад, где он не мог бы ни жить, ни умереть спокойно [3].
- На самом деле... он не сделал ничего плохого, так ведь? - Су Нуан Нуан колебалась. Она не могла отделаться от мысли, что именно эту фразу часто произносили красивые герои, но Первая госпожа никогда не думала, что действительно услышит ее от своего мужа.
- Ты забыла, как он приказал убить этих собак, не моргнув глазом? В первый раз, когда он встретил тебя, он пытался настроить других против тебя. Кроме того, ради того, чтобы заставить нас служить ему, он использовал недобросовестные методы и подстрекал короля Сянъяна переместить нас сюда. Не говоря уже обо всех тех людях, которые погибли из-за его планов. И сегодня вечером! Сегодня вечером он действительно пытался обратить на тебя свой собачий взгляд. Более того, это только то, что мы лично видели и слышали. Кто знает, скольких людей погубили его ядовитые методы…
Когда Дуань Тинсюань перечислил грехи Лу Фэн Юя, Су Нуан Нуан в конце концов согласно кивнула:
- Ты прав. Давай продадим его в бордель для джентльменов. Этот злой парень должен быть NP к смерти [4].
- ... что такое эн-пи к смерти? - Дуань Тинсюань посмотрел на нее с выражением легкого ужаса.
- О, это... давай больше не будем об этом говорить, а то ты совсем запачкаешь уши, - Су Нуан Нуан неловко рассмеялась и быстро сменила тему разговора.
[1] Мощная плитка – я думаю, это плитка Ма-Джонга. Эквивалент «козырной карты»
[2] Джентльменский бордель - мужской бордель
[3 ]生生生 (qiúshēng Bùdé Qiú sǐ bùnéng) - эта фраза очень известна, особенно часто встречается в историях о мести. Буквально: «не позволено желать жизни, не позволено желать смерти» или на более естественном языке: «не может ни жить, ни упокоиться с миром». Хотя китайская версия звучит гораздо более драматично, особенно на кантонском диалекте.
[4] NP – Я искала во всех словарях, форумах, спрашивала у знакомых, никто не знает, что это означает. Если вы в курсе – напишите в комментариях
http://tl.rulate.ru/book/13874/1001536
Готово:
Использование: