Изакая.
После того, как еда и напитки были поданы, взгляд Хинамори устремился на бутылку саке, а затем скользнул к Шину. Не дожидаясь, она нетерпеливо взяла бутылку и налила ему первую чашку.
— А что, если ты напьёшься? — поддразнил Шин с усмешкой.
— Немного — это нормально! Я хорошо держу удар! — заявила Хинамори, шлёпнув себя по груди.
Взгляд Шина скользнул вниз. В его голове на мгновение промелькнула Шиба Кукаку, которую он видел ранее в тот день.
— Разница налицо… — пронеслось у него в мыслях.
— И, кроме того, — быстро добавила Хинамори, — даже если я напьюсь, я знаю, что президент не бросит меня на произвол судьбы.
— Как я могу тебе помочь? Мы находимся за пределами школьной территории.
— Вот почему здесь лучше… — пробормотала она себе под нос.
— Что ты сказала?
— Ничего! Президент, за вас! — Хинамори подняла чашку с сияющей улыбкой.
Она осушила напиток одним глотком, издав мягкий, довольный выдох, прежде чем быстро налить Шину ещё.
— Президент, ещё одна! Спасибо, что всегда обо мне заботитесь!
Она снова подняла бокал.
Шин беспомощно улыбнулся и чокнулся с ней. Он понял — она намеренно пыталась напиться.
— Неужели она?.. — пронеслось у него в мыслях.
Он перекатывал пустую чашку между пальцами, и в глубине его сознания зарождалась идея.
Хинамори потянулась, чтобы налить ему ещё.
— Давай немного подождём, — сказал Шин. — Ты же говорила, что голодна? Сначала съешь что-нибудь.
Но Хинамори не была голодна. Она пришла сегодня вечером ради возможности побыть с ним наедине.
Она проигнорировала его слова, снова подняв свою чашку.
— Президент, вы всегда были тем, кем я восхищалась больше всего. Ещё по одной.
Шин протянул руку и мягко опустил её бокал.
— Сначала ешь.
— …Президент…
Видя спокойствие в его выражении лица, она не посмела спорить. Она взяла палочки и стала тихо есть, хотя её сердце трепетало от его заботы.
Но всего через несколько укусов она снова подняла чашку.
— Если ты напьёшься до беспамятства, я высажу тебя прямо на улице, — сказал Шин.
— Не верю, — хихикнула Хинамори.
На этот раз она не стала произносить тост — просто выпила сама.
Сакэ было лёгким, но после трёх подряд чашек Хинамори почувствовала, как по телу разливается тёплый жар, а на щеках распускается нежный румянец.
Шин неспешно продолжал есть, искоса поглядывая на неё, пока девушка наливала себе ещё одну.
- Ты так любишь пить?
Хинамори уставилась в свою чашку, наблюдая, как на янтарной поверхности играют блики. Она мягко улыбнулась.
- Зависит от того, с кем я пью.
Она подняла чашку и ослепительно улыбнулась ему.
- Президент?
Мелодично звякнули бокалы. Сакэ коснулось её губ, и его сладость, превращаясь в тепло, струилась по горлу, разжигая низкий огонь в груди.
Она прижала тыльную сторону ладони к щеке – прохлада приятно успокаивала, словно звёздная пыль касалась кожи.
Она ещё не чувствовала себя пьяной. Мир оставался ясным. Или, возможно, дело было в том, что его лицо так глубоко врезалось в её память.
- Президент… а вы любите пить? – спросила она.
Шин усмехнулся.
- Зависит от того, с кем я.
Её щёки горели ещё сильнее. Алкоголь ли тому причиной? Или просто он?
- Президент… а вы знали…
- Что знала?
- Вы знали, что вы на самом деле такой замечательный человек?
Шин рассмеялся.
- Конечно, я это знаю.
Она хихикнула.
- И не только вы. Многие знают это.
- Многие, как и ты.
- Я знаю.
- Тогда… ты знаешь, кто они?
- Примерно.
- А что насчёт вас, Президент?
- Что насчёт меня?
Её горло сжалось. Её взгляд не отрывался от него, когда она смотрела на него, залитого мягким светом идзакаи.
- У вас… есть кто-то, кто вам нравится?
- Есть.
Её дыхание перехватило. На его лице играла нежная улыбка, но она не могла понять, что она означает.
Должно быть, он знал, что она чувствует.
- Кто это? – спросила она.
- Очень, очень много людей.
- …
Хинамори рассмеялась, легко и воздушно. Он дразнил её.
- Президент…
Она наклонилась вперёд, опираясь ладонью на стол, корпус подался вперёд. Её школьная форма приоткрылась, обнажая полоску бледной кожи.
- Я знаю, кому вы нравитесь. Хотите, я скажу вам?
Голос Шина был низким.
- Чужие чувства… должны быть выражены их обладателем, когда он будет готов.
Это сильно задело её. В груди всё сжалось.
Это был намёк? Она немного выпрямилась, сердце бешено колотилось. Шли секунды. Она открыла рот...
— но Син спокойно взял бутылку и налил ей ещё выпить.
— Это твоё последнее. Больше не будет.
— ...Президент...
Хинамори уставилась в свой стакан. Тёплый свет танцевал сквозь саке, мягко мерцая.
Она снова подняла взгляд. Она не чувствовала себя пьяной — не по-настоящему. Мысли всё ещё были ясными.
«Но что, если он меня не примет?»
«Что, если всё станет неловко... отдалится?»
«Что, если он просто подумает, что я несу чушь из-за выпивки?»
«Не стоит ли подождать... лучшего момента?..»
Вихрь беспокойства сковал её язык.
Она выпила чашку до дна без единого слова.
Син налил себе остаток, выпил и сказал:
— Давай закончим есть.
— Мм... — Икота вырвалась у неё. Её щёки были залиты глубоким румянцем, как рассыпанные лепестки.
Она не была голодна.
Она просто сидела, не отрывая от него глаз.
Син подозвал хозяина и расплатился.
— Пойдём. Пора возвращаться.
— ...
Она поднялась на ноги, но её тело качнулось. Равновесие подвело её.
Тёплый ночной ветер встретил их, когда они вышли наружу, занавес опустился позади.
Головокружительная волна нахлынула на неё, но Син подхватил её прежде, чем она успела упасть.
— Хе-хе... Президент...
— Я думал, ты говорил, что хорошо держишь выпивку?
— Я не пьяна! — настаивала она, отстраняя его руку и заставляя себя идти прямо.
Но споткнулась через два шага.
Она издала испуганный писк, и снова Син был рядом, его руки подхватили её.
— П-Президент...
— Всё ещё притворяешься смелой? — сказал он с усмешкой.
Она ничего не ответила. Просто прижалась ближе к нему. Она никогда не чувствовала себя так близко к нему раньше.
Его лицо было прямо здесь, в нескольких дюймах.
— Президент...
— М-м?
— Тогда... вы... целовались с Синозаки-сэмпай?
— Нет.
— Вы знали, что я слушала?
— Знал.
— И вы не приняли её... верно?
— Не принял.
Она попыталась поднять голову, но её руки слишком крепко обхватили его. Её тело было слишком неуклюжим. Она снова потеряла равновесие.
– Если… если я попрошу ещё раз?
– Ты ведь уже попросила, не так ли?
Её глаза медленно моргнули, блеснули. С огромным усилием она приподняла голову…
И нежно прижалась губами к его губам.
– Если только… на сейчас… могу я попросить снова? – прошептала она.
В ответ он промолчал, лишь двинулся.
Улица была пуста. Она оказалась прижатой к стене, его тело – к её. Пальцы сжались, ногти впились в ткань его формы.
Алкоголь в её крови превратился в расплавленное золото, разливая жар по каждой клеточке тела. Мир завертелся не от саке, а от его прикосновения, от того, как ночь обволакивала их, от того, как каждая звезда над головой, казалось, падала прямо ей в грудь.
Но даже в этом жару одна мысль пронзила её: «Я ещё не призналась…»
http://tl.rulate.ru/book/138641/6883434
Готово:
