Два других ордена, как бы плохо им ни было, по крайней мере, успели убежать подальше. А что же вы? Вас вышвырнули назад?
В одно мгновение все старейшины уставились на возглавляющих эти два ордена, и те покраснели от стыда.
«Что творят Гуншу Е и Инь Уя!»
…
— У меня есть идея! — глаза вернувшегося Инь Уя сияли, когда он вместе с Гуншу Е отступил в буферную зону висячего моста, куда не доберутся болотные псы.
— Только что времени на ерунду не было, но вот если ты сейчас не выдашь мне что-то дельное, я тебе такую «ерунду» устрою — мало не покажется! — холодно заявил Гуншу Е, глядя на него недобрым взглядом.
— Хм! — Инь Уя поднял своё мрачное лицо. — Когда я скажу, ты будешь потрясён моей мудростью!
Тот, кто носит фамилию Линь, играет от механизмов, тот, кто носит фамилию Бай, — от цифр. А он другой, он играет… от стратегии!
Мудрость — самая редкая вещь в эту эпоху.
Он был молчалив лишь потому, что не хотел, чтобы его мудрость просочилась наружу. В конце концов, даже старейшины часто завидовали ему, прося поменьше использовать свой ум.
Как самокритично… смертные.
Казалось, поражённый надменностью Инь Уя, Гуншу Е невольно смягчил голос: — Говори.
Инь Уя пригнулся, осторожно оглядывая туман вокруг: — Я обнаружил… здесь есть люди.
Гуншу Е закатил глаза: — Чушь собачья, мы разве не все люди?
— Хм! Смертные! — Инь Уя холодно усмехнулся. — Я, естественно, говорю о людях помимо нас! Хотя они очень осторожно скрывались, они всё же не ожидали, насколько уникален наш метод уединённого развития!
Неужели кто-то действительно думал, что уединённый путь — это просто скрытные мечники? Хм! Предрассудки смертных!
— Хм? — Гуншу Е тут же изумился. — В таком месте ещё могут быть живые люди?
— Верно! В этом месте, конечно, не может быть живых людей. Так кто же может быть здесь, кроме нас, если не те, кого прислали старейшины?
— Чёрт возьми! — Гуншу Е изумлённо воскликнул. — Они пришли нас защищать?
Инь Уя презрительно посмотрел на него: — Тех, кто должен был нас защищать, я бы не обнаружил?
Неудивительно, что старейшины часто советовали мне поменьше напрягать мозги. Стоит только начать думать, как весь мир кажется полным посредственностей!
Скучно!
— Это, должно быть, испытание, посланное старейшинами! — Инь Уя был уверен. — Подумай хорошенько, если открытые испытания принесли им столько жемчужин духовного источника, то что же принесут скрытые?
— Поэтому мой план внутри плана и ещё раз внутри плана! Первый шаг моего плана — раскрыть эту скрытую локацию! Это ключ к нашему спасению!
### Глава 105: Мой кинжал ядовит
— О чём они там воркуют?
— Не знаю, не похоже, что их выгнали силой. Неужели…
— Неужели… — лицо старейшины из Секты Духовных Облаков посерело.
Сколько раз ему говорили: «Не думай, не думай!» А он всё равно не слушает!
…
— Чёрт возьми, это имеет смысл! — Гуншу Е ликовал, поражённый мудростью этого брата-даоса. — Тогда что нам делать?
— Притвориться, что мы ничего не знаем, а потом сражаться до полного истребления.
— Хм?
— Подумай, раз это скрытое место, почему они не выходят? Нам здесь трудно передвигаться, и мы не можем активно искать их. Так что придётся ждать, пока они сами к нам придут! Только что нас было много, и ранения были несерьёзные, поэтому они, естественно, не появились. Скоро мы притворимся, что обе стороны понесли тяжёлые потери, и заманим их в ловушку. Это первый шаг.
— А если они всё равно не клюнут?
— Хороший вопрос, тогда перейдём ко второму шагу. Второй шаг моего плана касается всех товарищей-даосов из Секты Бессмертных и Секты Праведного Ян.
— Подробнее.
— Посмотри, эти две секты забрали почти все жемчужины духовного источника по пути вперёд. Даже если мы будем работать до изнеможения, следуя за ними, мы определённо не сможем с ними сравниться! Третье и четвёртое места в этом великом состязании, несомненно, достанутся нам.
— Но что, если мы отберём у них жемчужины духовного источника? Здесь только один путь туда и обратно, и им придётся снова пройти через Кровавое Болото Крокодилов, когда они вернутся. А если мы нападём на них, когда они будут наиболее уязвимы, разве не сможем мы победить их одним махом?
— Тогда пусть они займут третье и четвёртое места, а мы — первое и второе, разве это не прекрасно?
— Итак, мой второй план состоит в том, чтобы сосредоточиться на этих двух сектах. Тогда, даже если скрытый вход не будет обнаружен, мы всё равно сможем вернуться с их жемчужинами духовного источника и доложить.
— А если они выступят, мы возьмём их всех вместе! Это будет вишенкой на торте.
— Вот это и есть мой план внутри плана и ещё раз внутри плана!
— Но разве старейшина не говорил, чтобы мы не объединялись против других?
— Это что, целенаправленно? — Инь Уя холодно усмехнулся. — Ты сражаешься с одним, я сражаюсь с другим, оба один на один, так что нет никакого целенаправленного нападения.
Гуншу Е дрогнул в сердце: — Мы сможем их одолеть?
Он живо помнил, как его вертели, словно волчок, в индивидуальном бою, и совсем не хотел снова оказаться беспомощным, пронзённым Ци меча того мечника.
— Поэтому нужно заранее подготовиться!
Инь Уя, с красными прожилками в глазах, изогнул губы: — Неужели у вас нет ни единого артефакта или формации? Если заранее всё устроить, мы определённо можем застать их врасплох!
— Но…
— Что ещё за «но»?! Разве ты не хочешь, чтобы твоя секта победила?
— Хорошо! — Гуншу Е резко кивнул. — Решено. Сейчас же пойду готовиться!
…
— Что они собираются делать?
— Неужели они хотят устроить засаду?
— Ха-ха-ха! Ученики Секты Духовных Облаков и Секты Мирного Покоя достаточно сообразительны.
Цзянь Чунь нахмурился: — В рамках правил, зачем много говорить?
Два на два, это не два на одного или три на одного.
Если кто-то видит, что его секта проигрывает, но не пытается её спасти, Цзянь Чунь, напротив, усомнится в амбициях учеников, взращённых этой сектой.
Великое состязание — это конкуренция, и пока не используются подлые методы, всё совершенно нормально.
Если их действительно подставят, то это лишь означает, что бдительности двух других сект было недостаточно.
Им всё время так везло, неужели они действительно думали, что победа уже в кармане?
— Постойте… О чём они там снова говорят?
– Что-то атмосфера не очень, да?
— Брат Инь… – сказал Гуншу Е, когда они закончили с расстановкой магических кругов. От нечего делать ему стало скучно, и он спросил: – А на каком ты месте в Списке Теневых Убийц?
Изначально его это совсем не интересовало, но после того, как Брат Цзянь небрежно задал тот же вопрос, любопытство Гуншу Е разгорелось с новой силой. А любопытство, как известно, требует удовлетворения.
От этих слов мрачный юнец покраснел, но, немного поразмыслив и вспомнив, что этот человек — его временный союзник, решил, что тему нужно завершить. Он стиснул зубы и сердито сказал:
— Только не смейтесь надо мной!
Гуншу Е немедленно сделал серьёзное лицо:
— Ты же знаешь, мы, кто создаёт марионеток, в первую очередь должны вырвать своё сердце! У нас нет чувств! Поэтому мы не смеёмся. Ты видел, чтобы я когда-нибудь смеялся?
Инь Вуюэ, наконец, поверил простодушному Гуншу Е.
— Я нашёл жетон убийцы из Списка Теневых Убийц и унаследовал его ранг. С тех пор как я попал в список, я очень усердно беру задания, но ни разу не смог выполнить ни одного. Никто из тех, кого я должен был убить, не увидел следующий день. Поэтому меня переместили на самое последнее место, и скоро меня исключат…
[Пшик!]
В темноте раздался тихий звук. Инь Вуюэ тут же холодно огляделся по сторонам:
— Кто там?!
— Никого! – Гуншу Е сохранял невозмутимое выражение лица, с трудом вспоминая все самые неприятные события своей жизни, чтобы не рассмеяться. Затем он спросил: – Почему ты никого не убивал? Тебе это не нравилось?
Убедившись, что никто не смеётся, Инь Вуюэ, похоже, нашёл безопасный способ выплеснуть скопившиеся эмоции:
— Потому что мой меч не вынимается!
Говоря это, он отчаянно пытался вытащить меч, который всё время прижимал к себе, желая использовать этот момент, чтобы выплеснуть давно накопившиеся чувства.
— Этот чёртов меч! Они сказали, что это седьмой ранг магического оружия! А я, чёрт возьми, вообще не могу его вытащить! Чтоб его!
Кто может понять его обиду? Тот по фамилии Линь снова и снова просил его вытащить меч, а вы думали, он не хочет этого? Да он просто не может вытащить его! А ради так называемого «воспитания чувств» нельзя использовать другое оружие! Да пусть весь мир рухнет!
[Пшик!]
[Пшик!]
Неизвестно, кто выпустил несколько газов, но это заставило всех рассмеяться.
— Ха-ха-ха-ха-ха!
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Инь Вуюэ с мрачным лицом, как грозовая туча, посмотрел на Гуншу Е, который смеялся громче всех:
— Ты же сказал, что не смеёшься…
— Извини! Я вдруг вспомнил что-то радостное.
— Ты всё ещё смеёшься! Ты не остановился!
Инь Вуюэ резко выхватил маленький кинжал, срывающимся голосом закричал:
— Убейте их всех!
— Есть, старший брат! – Пин Сынань изо всех сил сдерживал смех и, подняв меч, бросился в бой.
Было очевидно, что между двумя группами возникла глубокая вражда. В вихре искр и вспышек через мгновение они сошлись в кровавой схватке, которая привела к взаимным потерям с обеих сторон. Только Инь Вуюэ и Гуншу Е остались стоять, покачиваясь.
Гуншу Е обиженно воскликнул:
— Всего-то разок посмеялся, а ты так разозлился?
Инь Вуюэ не ответил, лишь холодно усмехнулся, глядя на рану на плече Гуншу Е:
— Тебе конец, мой кинжал отравлен. – С этими словами он извращённо высунул язык и лизнул лезвие кинжала…
— …
— ???
http://tl.rulate.ru/book/138484/6850705
Готово:
