Готовый перевод The Symbiotic Panel: I Cultivate Longevity in the World of Cultivation / Симбиотическая Панель: Я Выращиваю Долголетие в Мире Культивации: Глава 205: Из Беды — Выгода, Плодородие Почвы Сижан

Глава 205. Благословение после беды, пробуждение саморастущей земли

Пламя бедствия.

Эта исключительная сила, хотя и пустила корни в Малом мире Золотого Ядра Ли Е, всё же оставалась инструментом, совладать с которым было великим трудом. Вернее сказать, за её пробуждение приходилось платить высокую цену. Платой служило выгорание его духовной энергии и самой удачи.

Поговаривали, что пламя бедствия — это огонь, рожденный из скопления кармической энергии между небом и землей; как запредельное добро, так и бескрайнее зло могли вызвать его к жизни. Будучи очищающей силой небес и земли, оно естественным образом могло быть уравновешено удачей и заслугами. И ради того, чтобы искоренить того практика Зарождающейся Души, Ли Е до капли исчерпал заслуги, полученные во время Небесного бедствия.

И это ещё считалось удачей: благодаря тому, что пламя бедствия уже укоренилось в его мире, расход заслуг был сравнительно невелик. Пожелай кто-то иной обратить этот огонь против врага, ему не хватило бы и нескольких мер этой священной энергии.

«Кхм».

«Знай я наперед, не стал бы в таком нетерпении испытывать новую диковинку, едва заполучив её».

«Мои бедные заслуги и удача!»

«Даже не представляю, сколько времени уйдет на то, чтобы восполнить их».

Закрывая глаза в свободном падении, Ли Е думал о том, что впредь для испытания новых приемов стоит выбирать цели попроще, и уж точно не связываться с древними чудовищами на стадии Зарождающейся Души. К счастью, он успел заранее разбросать семена Древ Усмирения Демонов; оставалось надеяться, что старший брат и другие спутники верно истолкуют этот жест.

— Младший брат!

Пока он падал, к нему устремились многие, но Чэнь Мо оказался быстрее всех. Он подхватил Ли Е на руки и обвел окружающих тяжелым взглядом.

— Я забираю младшего брата для исцеления. Распорядитесь семенами Древ Усмирения Демонов сами!

Бросив эти слова, он немедленно покинул пределы секты Юньцзи. Теперь, когда его младший брат был без сознания, он не мог обрести покой в этом месте, даже под присмотром старейшин Зарождающейся Души из секты Дуаньлин. Если здесь затаились недобитки с Пути Преисподней и кто-то из них внезапно решится на отчаянную атаку, повторное ранение младшего брата станет непоправимой бедой, за которую он не сможет себя простить.

После его ухода оставшиеся практики переглянулись, их лица выражали крайнюю степень изумления. Поначалу они не верили, что Ли Е действительно способен уничтожить практика Зарождающейся Души, и намеревались вмешаться. Однако юноша справился сам.

— Как долго Истинный Владыка Линъе пребывает на стадии Золотого Ядра?

— Пламя бедствия... Он и впрямь способен повелевать пламенем бедствия.

— Давайте сначала искореним здесь всех прихвостней зла.

За спиной Янь Сизя возник призрачный образ божественной птицы Бифан. Это священное создание испустило мириады огненных лучей, накрыв всю секту Юньцзи тенью пылающего сияния. Ин Ин и Фэн Юэ также явили свои истинные облики божественных зверей «Шань хай».

Они прекрасно осознавали положение дел: секта, лишившаяся своих практиков Зарождающейся Души, неизбежно будет раздавлена и поглощена. Выжившие культиваторы наверняка затаят лютую злобу и станут врагами на веки вечные. Если сейчас проявить неуместную жалость и позволить им уйти, в будущем это обернется неисчислимыми бедами.

Посему, за исключением ничего не подозревающих смертных, которых отправят под надзор в Мир гор и рек, все прочие практики и духовные звери должны были быть всажены в Древа Усмирения Демонов. Даже если бы им попался дождевой червь, его следовало бы рассечь вдоль.

Тем временем в другом месте Чэнь Мо с суровым видом взирал на внезапно появившегося перед ним человека.

Это был молодой мужчина в роскошном парчовом халате, с нефритовым перстнем на пальце и массивной золотой цепью на шее. Столь вычурный и даже безвкусный наряд на нем смотрелся на удивление гармонично. Лишь тонкие усики у уголков рта, напоминавшие крысиные, портили общее впечатление, придавая его облику некую вороватость.

— Собрат из племени Золотисто-шерстных крыс.

За спиной Чэнь Мо уже парило несколько духовных сокровищ. Он произнес ледяным тоном:

— Моя секта Четырёх Сезонов не искала с тобой ссор, а ты осмелился преградить мне путь. Неужели тебе стало неуютно в своей норе и ты захотел быть всаженным в дерево?

Говоря это, он бережно прижимал к себе Ли Е. Они еще не вернулись в пределы Восточного региона, и Чэнь Мо всерьез опасался за безопасность младшего брата.

— Ох, — Золотисто-шерстная крыса хитро ухмыльнулся. — Ваши слова ранят меня в самое сердце. Я явился с добрыми намерениями, а тот, кто прогрыз нору в ваших массивах — лишь жалкий отступник нашего племени.

— Я вижу, что этот почтенный в ваших руках связан с нами судьбой. Я желаю вверить одного из своих младших сородичей его заботе, чтобы тот признал его своим господином. Что скажете?

Он раскрыл ладонь. На ней сидел крошечный зверек. Шерсть белой крысы напоминала переплетение серебряных нитей, а маленькие глазки сияли чистотой, подобно прозрачным серебристым духовным камням. От зверька исходило ощущение благородства, в нем не было и следа крысиной низости.

— Я слышал, что племя Золотисто-шерстных крыс обласкано Небесным Дао, но предпочитает служить тем, чья удача бьет ключом. Похоже, ты положил глаз на удачу моего младшего брата? — Чэнь Мо сразу всё понял.

В свое время секта Четырёх Сезонов подумывала о том, чтобы подчинить себе это племя, но, хотя Истинные Владыки и могли их переловить, секта не могла предоставить им необходимую удачу. Эти существа были уникальны: они не могли находиться под защитой удачи целой организации, а признавали лишь личного господина, питаясь его индивидуальной удачей.

Из-за этого великие секты, хоть и желали заполучить их, не могли этого сделать. Положение Золотисто-шерстных крыс было двусмысленным: неспособность влиться в общую удачу секты означала, что они остаются чужаками. А кто захочет кормить ораву чужаков?

— Именно так! — молодой человек в парче не стал скрывать своих мотивов. — Удача Истинного Влыдыки Линъе превосходит всё, что я мог вообразить. Даже он...

Он на мгновение запнулся, решив не упоминать о том, как Небесное Дао только что гнало его сюда, словно кошка — мышь. Он лишь сложил руки в приветствии:

— Даже находясь в великом отдалении, я почувствовал этот восходящий поток удачи. Я вверяю своего сородича вашему попечению. Сам же я отправлюсь на поиски того предателя. Если, придя в себя, Истинный Владыка Линъе не пожелает принять его, я заберу его обратно. Что скажете?

Чэнь Мо уже принял решение. Раз Ли Е без сознания, окончательный выбор останется за ним, когда он очнется. В любом случае, секта Четырёх Сезонов способна справиться с любыми последствиями. К тому же, разве он позволит обидеть младшего брата, пока сам находится рядом?

— Давай его мне.

Он протянул руку и принял крошечную крысу размером с большой палец, после чего строго добавил:

— Если ты сможешь поймать того сородича, что прогрыз ход в наших формациях, у него, возможно, останется призрачный шанс на жизнь. Иначе, когда мы сами его найдем, его ждет лишь смерть — для него не найдется места даже под корнями Древа Усмирения Демонов. Прошу тебя осознать серьезность ситуации и действовать осмотрительно.

Столь явная угроза заставила молодого человека в парче почувствовать себя еще неуютнее. Он мирно странствовал, развлекаясь общением с благородными девицами и скучающими дамами, как вдруг Небесное Дао принудило его явиться сюда. Всё из-за этого проклятого предателя!

Однако они были одного племени, и, несмотря на неприятности, иного пути у него не было. Такова была их репутация: вечные скитальцы, любители воровать благовонное масло в буддийских храмах. Репутация их давно была подмочена.

Он лишь скользко улыбнулся и поклонился:

— Всё будет исполнено. Не смею более задерживать вас. Когда Истинный Владыка Линъе очнется, передайте ему мой поклон. Меня зовут Цзинь Есин.

С этими словами он бесшумно исчез. Его мастерство управления пространством было столь велико, что даже Чэнь Мо не заметил момента применения техники — не возникло ни малейшего пространственного колебания.

«Если бы не состояние младшего брата...» — Чэнь Мо и впрямь хотел бы обменяться парой ударов с этим гостем, чтобы проверить способности Золотисто-шерстных крыс.

Он не стал медлить и быстро вернул Ли Е в поселение Дунцзан. Там их встретил мужчина с на редкость честным и добродушным лицом. Он использовал особый артефакт, замеряя уровень духовной энергии в почве, и время от времени оставлял на земле знаки формаций, напоминающие узоры на панцире черепахи.

— Ты прибыл?

— Да, — Сюань Хоуянь кивнул и указал в сторону. — Я в основном привел в порядок здешние потоки энергии. Положи Истинного Владыку Линъе туда, это поможет ему быстрее...

Не успел он договорить, как Янша выступил вперед. Колышущиеся за его спиной Цветы Нефритовой Участи собрали духовную энергию воедино и начали направлять её к Ли Е. Потоки силы, приняв форму небесных лент, окутали тело юноши.

Эти ленты бережно подхватили Ли Е из рук Чэнь Мо. Тысячи сияющих нитей окутали его коконом и начали погружать в глубины земли. Там, в недрах, уже можно было различить очертания духовной жилы в форме нефритового дракона, образующей озеро духовной силы.

Сюань Хоуянь впервые видел подобное. Он изумленно спросил:

— Здесь ведь не применялось Искусство земных чувств, почему же сама земля так нежно заботится о собрате Линъе?

Чэнь Мо тоже испытывал зависть, но больше — гордость:

— Потому что ранее здесь бушевало Небесное бедствие облегчения участи земли, и мой младший брат использовал собственные заслуги и удачу, чтобы сдержать его. То, что земля так любит его — лишь естественный порядок вещей.

— Собрат Хоуянь, нам предстоит вместе возводить этот рынок, и подобных чудес будет становиться всё больше. Тебе стоит привыкнуть к этому поскорее!

Он даже по-дружески похлопал Сюань Хоуяня по плечу.

«...Я спешил сюда со всех ног, чтобы слушать, как ты хвастаешься своим младшим братом?»

Даже добродушный Сюань Хоуянь не выдержал. Он оттолкнул Чэнь Мо и в сердцах воскликнул:

— Ты, наглец! Если бы не уважение к другим собратьям, я бы развернулся и ушел прямо сейчас!

— Хе-хе-хе.

Чэнь Мо довольно рассмеялся. Он устроил Золотисто-шерстную крысу на облаке и взмахом руки призвал водяное зеркало:

— Гляди, ты пропустил великую битву по искоренению секты.

В зеркале было видно, как божественные звери «Шань хай» громят обитель секты Юньцзи. Особенно неистовствовал Ли Юань — он явил свой истинный облик, и, несмотря на многочисленные раны, его боевой дух лишь креп. Исходящее от него кровавое сияние даже подавляло атаки троих его спутников.

Возможность поучаствовать в уничтожении целой секты выпадала редко, так что его неистовство было объяснимо. Но Чэнь Мо помнил слова Ли Е о том, что в Ли Юане скопилось слишком много жажды убийства. Не обернется ли это бедой?

Подавив тревогу, он стал безмолвно ждать пробуждения Ли Е.

В это время в руках Ли Е, покоящегося в глубинах земли в окружении духовной жидкости, внезапно появился комок желтой земли. Сухой и потрескавшийся, он выглядел так, будто в любой миг мог рассыпаться в прах.

Юноша всё еще спал. Однако его сознание — или, вернее, ставшее его воплощением Древо Цзяньму — извлекло Саморастущую землю, о которой он так пекся. Комок земли парил над его грудью.

Затем.

От Ли Е, ставшего центром, во все стороны начали расходиться круги ослепительной ряби.

Искусство земных чувств!

После достижения стадии Золотого Ядра это божественное умение активировалось простым велением мысли. Когда уровень его культивации станет выше, он сможет поддерживать его постоянно, делая саму землю своей опорой.

Сейчас он через каналы земных жил равномерно распределял частицы Саморастущей земли в недрах. Это была его благодарность Цветам Нефритовой Участи и самой земле за их заботу. Всё равно это пришлось бы сделать рано или поздно. Пока он пребывал в забытьи, он позволил одухотворенности Цзяньму действовать за него, чтобы сберечь собственные силы.

Как только пыль Саморастущей земли коснулась недр, она начала расширяться с невероятной скоростью. Вслед за этим из неё заструились потоки кристально чистой воды. Эти воды возникали из ниоткуда, подчиняясь чудесным законам; часть их уходила вглубь, заставляя духовную энергию циркулировать в недрах подобно крови в жилах. Другие же пробивались на поверхность, и слабые родники на иссушенной почве начали сливаться в ручьи, превращаясь затем в полноводные реки.

Энергия Нефритовой драконьей жилы полностью слилась с Саморастущей землей. Она утратила четкую форму, становясь всё более призрачной, подобно нефритовому дракону, вольно резвящемуся в толще земли. Время от времени доносился его ликующий рев.

Чэнь Мо и Сюань Хоуянь замерли:

«...»

«Что опять творит этот младший брат / Истинный Владыка Линъе? Разве он не должен исцеляться? С чего вдруг он выпустил Саморастущую землю?»

Сюань Хоуянь почувствовал себя хуже всех. Он подпрыгнул, словно у него загорелся зад, и начал лихорадочно извлекать из артефакта-панциря разнообразные флаги формаций и нефритовые камни. Создав тысячи своих призрачных копий, он принялся возводить массивы.

Племя Сюаньгуй достигло невероятных высот в искусстве формаций. Сброшенные ими панцири были лучшей основой для создания магических схем; каждый представитель племени превращал свой панцирь в артефакт, чтобы глубже постичь Путь формаций.

То, что Сюань Хоуяня прислали помогать в строительстве рынка, говорило о его выдающемся мастерстве. Но, честно говоря, сейчас он был вне себя от гнева. Ли Е действовал слишком внезапно.

Сюань Хоуянь привык действовать основательно и неспешно, выверяя каждую деталь, чтобы формации стояли тысячелетиями. Подобная спонтанность Ли Е была для него истинной пыткой.

Однако по мере того как он возводил массивы, он начал замечать нечто странное. Земля не просто помогала ему, она словно сама знала, где должен находиться каждый узел, каждая точка опоры — всё было безупречно.

Более того, с неба начал накрапывать мелкий дождь, сопровождаемый нежными звуками цитры, и на поверхности земли стали проступать естественные пространственные узоры!

Изначально поселение Дунцзан занимало лишь несколько сотен му, но с появлением этих узоров, напоминающих древесные ветви, Сюань Хоуянь почувствовал, что территория расширяется в разы.

Почему это происходит? И эти узоры в форме ветвей...

Он присмотрелся и вздрогнул от осознания: это были узоры формаций Древа Цзяньму!

Цзяньму! В свое время Мир гор и рек был создан на основе Древа Цзяньму усилиями сотен мастеров формаций. В секте Четырёх Сезонов и во всем мире культивации Цзяньму считалось вершиной Пути пространства!

Этот Истинный Владыка Линъе на стадии Золотого Ядра уже постиг пространственное Дао Цзяньму и наносил его знаки на саму землю через Искусство земных чувств? Его талант был воистину пугающим.

Сюань Хоуянь глубоко вдохнул. Он изо всех сил старался поспеть за расширением пространства, возводя необходимые для рынка массивы. Закрепление духовных жил, защита, наблюдение, транспортные пути, порталы в секту, здания... Будь он чуть менее искусен, он бы ни за что не угнался за скоростью расширения территории.

Работая, он, забыв о приличиях, кричал Чэнь Мо:

— Быстрее, быстрее! Где обещанные Кристаллы Первозданной Энергии? Нет, где Лоза Рубаня? Можно хоть немного поторопиться?!

Чэнь Мо метался по его указке, испытывая одновременно и муку, и странное воодушевление.

Когда четверо других практиков радостно вернулись вместе с Дуань Цзюжуй, принесшей дары, их взору предстал практически завершенный фундамент рынка, раскинувшийся на десятки тысяч ли.

Они увидели Чэнь Мо, который, отбросив всякое достоинство, лежал на земле, раскинув руки, и Сюань Хоуяня, изможденно свернувшегося в своем панцире.

Прибывшие замерли в оцепенении.

«А? Мы что, сражались целый год? Почему фундамент уже готов?»

http://tl.rulate.ru/book/138111/7108333