Глава 244: Кеккей Мора, активация!
«Этот…» — Джирайя немного замялся.
Ведь Гэнъи уже давно чётко обозначил свою позицию, что не одобряет так называемую веру в судьбу.
Глядя на растерянность Джирайи, Гэнъи всё понял: «Похоже, у того Великого Жаба-Отшельника с Горы Мьёбоку появилось новое пророчество?»
Джирайя кивнул: «Великому Жабу-Отшельнику приснился Риннеган. Ребёнок с Риннеганом — дитя пророчества. И этот ребёнок как-то связан с тобой».
Лицо Гэнъи стало странным. Честно говоря, хоть ему и не нравился образ жизни Джирайи, который всю жизнь гонялся за судьбой, пренебрегая собственным развитием, это не означало, что он не верил в «сны» этого парня, Гамамару. Кроме того, сила судьбы, окружавшая Джирайю, казалось, была признана даже Ооцуцуки Ишики.
Гэнъи не верил в предопределённость, потому что считал, что человек может победить небеса, а если не может, то всё кончено. Если всё предопределено, то все усилия напрасны, и смысл существования теряется. Конечно, в основном потому, что он сам был читером. Но не верить — не значит, что этого не существует.
Если Джирайя представлял собой предопределённую судьбу, то он, нарушитель спокойствия, представлял ли собой неопределённость?
В голове Гэнъи пронеслись некоторые мысли. На этот раз он не стал спорить с Джирайей, потому что всё, что нужно было сказать, уже было сказано. Поэтому Гэнъи просто спросил: «Риннеган?»
«Я действительно договорился с братом Минато о пересадке Риннегана Наруто».
Джирайя был поражён: «Наруто?»
«Почему Наруто?»
«Если пересадить Риннеган Наруто, он, боюсь, станет таким же, как Нагато, верно?»
Гэнъи улыбнулся: «Похоже, твоя информация сильно устарела».
Джирайя с сомнением спросил: «В последнее время случилось что-то, чего я не знаю?»
Гэнъи покачал головой: «Нет, это у меня появились некоторые новые успехи в изучении Риннегана».
«Я собираюсь пересадить Риннеган не только Наруто, но, возможно, и Учихе Саске».
Джирайя опешил: «Учиха Саске? Кто этот ребёнок?»
«И ещё, двое… что происходит?»
Гэнъи развёл руками: «Об этом лучше спроси у брата Минато, мне слишком долго объяснять».
«Впрочем, Наруто ведь уже стал моим учеником».
«Так что, ты собираешься взять в ученики Саске?» — с улыбкой спросил Гэнъи.
Джирайя возьмёт в ученики Саске? Фугаку наверняка будет рад, ведь Джирайя — один из Саннинов. Джирайя обучает Саске, от одной этой картины становилось интересно.
«Я пошёл!» — Гэнъи помахал рукой и пошёл домой к жене и детям, оставив Джирайю в полном смятении.
Через некоторое время тот наконец пришёл в себя и, потерев подбородок, подумал: «Хорошо, что я давно подготовился. Впрочем, с Учиха действительно будет непросто».
Он не то чтобы считал Учиха проблемными, а скорее ломал голову над тем, чему их учить, чтобы направить Саске на правильный путь.
«Сначала нужно разузнать обстановку…» — поправив одежду, Джирайя направился к зданию Хокаге.
Судьба Джирайи не слишком занимала Гэнъи. У каждого свой путь. Нужно уважать чужую судьбу и идти своей дорогой. А свою дорогу Гэнъи уже давно выбрал. Это были Кеккей Генкай, Кеккей Тота, Кеккей Мора…
Что до мира за пределами Кеккей Мора, то это Гэнъи мог узнать, лишь достигнув этого уровня. Пока у него были лишь смутные представления.
Два дня спустя.
В новой подземной базе рядом со зданием Хокаге собрались Минато, Цунаде, Хирузен, Тобирама, Джирайя, Конан и Какаши. Все они смотрели на занятого делом Гэнъи, стоящего у восьмиугольного каменного алтаря.
На алтаре были вырезаны продольные и поперечные канавки, которые делили его на секции. Каждая секция была покрыта рунами, образующими формулу техники. Эти руны были залиты расплавленным металлом, проводящим чакру, словно слоем лака, чтобы укрепить их и сделать многоразовыми. Кроме того, этот металл служил для проведения чакры.
Конечно, можно было использовать и обычный металл, но его проводимость чакры была очень низкой, что приводило к огромным её потерям. Поэтому, несмотря на огромные затраты, был использован специальный металл, пусть и тонким слоем.
Впрочем, всё это было лишь второстепенной частью пространственно-временного ниндзюцу «Небесное пришествие». Основная часть — это то, чем сейчас занимался Гэнъи, — канавки на алтаре.
Сейчас он с помощью Инь-Янь ниндзюцу создавал тонкие чёрные стержни и вставлял их в канавки. На этих стержнях тоже были выгравированы руны, которые вместе с другими на алтаре составляли полную формулу техники. Поэтому этот последний шаг мог выполнить только Гэнъи. Никто другой не мог создавать эти чёрные стержни — металл, проводящий чакру ещё лучше, чем специальный.
А сама техника «Небесное пришествие» была пространственно-временным ниндзюцу, разработанным на основе Техники Летящего Бога Грома под руководством Тобирамы и Минато, с участием теневого клона Гэнъи и Какаши в качестве помощника и ученика. На всё ушло всего несколько месяцев.
Опираясь на этот стационарный алтарь, не нужно было владеть самой техникой. Достаточно было влить чакру, активировать формулу, и можно было переместить человека в другое место. Для наведения было два способа: либо метка Летящего Бога Грома, либо определение координат с помощью сенсорного ниндзюцу. Количество перемещаемых людей было неограниченным, но чем их было больше, тем больше требовалось чакры.
Строго говоря, это была лишь немного изменённая и расширенная версия Техники Летящего Бога Грома, превращённая в инструмент, подобный Янтарному Очищающему Сосуду из Деревни Облака. Конечно, её можно было записать и на свиток. Или создать в другой форме, как переносной телепортационный инструмент.
Через некоторое время Гэнъи закончил и, спрыгнув с алтаря, сказал: «Готово!»
Тобирама сказал: «Старик попробует первым».
«Сару, Джирайя, вы со мной».
Тобирама запрыгнул на платформу. Хирузен и Джирайя кивнули и последовали за ним. Тобирама влил чакру в платформу через ступни. Чакра, используя чёрные стержни как основные проводники, прошла по всем формулам, зажигая все руны.
Мгновенно всю платформу окутал молочно-белый свет. Тут же тела троих распались на светящиеся частицы и вместе со столбом света исчезли.
Всего через две секунды Тобирама с Хирузеном и Джирайей снова появился на платформе.
«Нет проблем», — сказал Тобирама: «Но если активатором будет обычный ниндзя, то потребуется сильный сенсор». — его собственные сенсорные способности были достаточно сильны, чтобы напрямую нацелиться на место назначения.
Гэнъи улыбнулся: «Тогда построим такие же платформы в Деревнях Травы, Дождя и Песка, чтобы создать стационарную сеть».
Цунаде сказала: «В этом есть определённая опасность. Если враг захватит платформу, он сможет напрямую проникнуть к нам».
Тобирама ответил: «Маленькая Цуна, нет ничего идеального».
«Нужно просто разместить здесь отряд охраны».
«А там, в Песке, Дожде и Траве, разместить такие же отряды и разработать план на случай непредвиденных обстоятельств. Если враг вторгнется и его будет невозможно остановить, то после доклада можно будет уничтожить платформу».
Минато и Хирузен кивнули.
На том и порешили. На платформе будет размещён отряд охраны и небольшой сенсорный отряд. В Деревнях Дождя и Травы можно было строить сразу, а с Песком нужно было ещё договариваться. Ведь Деревня Дождя сейчас была почти вассалом Листа, а Деревня Травы и вовсе исчезла, став его филиалом. Но Песок — другое дело. Если построить там платформу, это означало, что Лист в любой момент мог перебросить туда большие силы. Конечно, опасность была обоюдной.
Гэнъи и Цунаде ушли, а Минато с Какаши остался для дальнейших тестов. Только что они протестировали перемещение нескольких человек, теперь нужно было проверить массовое перемещение.
По приказу были быстро собраны люди. Двенадцать чунинов отвечали за подачу чакры. И ещё один сенсорный отряд — за построение системы восприятия. И ещё тридцать человек — в качестве сменного гарнизона для Деревни Травы.
Отряд поднялся на платформу. Чунины стали вливать в неё чакру, а сенсорный отряд определял координаты. Глава сенсорного отряда из клана Яманака передал координаты главе отряда чунинов.
Когда этот шаг был завершён, тридцать ниндзя на платформе тут же распались на бесчисленные светящиеся частицы и, устремившись ввысь, быстро исчезли.
На пустыре за пределами Деревни Травы внезапно появились тридцать ниндзя. Гарнизон, заранее предупреждённый Минато, уже был готов. Хатаке Сакумо лично с отрядом был здесь.
«Действительно получилось!»
«Поразительно!» — глядя на внезапно появившихся товарищей, несколько ниндзя не могли не воскликнуть.
Сакумо тоже был искренне рад: «Теперь перемещаться будет не только удобнее, но и безопасность повысится на новый уровень!»
С платформой скорость реакции была совершенно другой. Если Деревня Камня снова осмелится напасть на Лист со стороны Страны Травы, то Лист сможет за кратчайшее время перебросить в Деревню Травы большие силы и заблокировать их. Плюс Деревня Дождя, и два пути для наступления Камня на восток будут перекрыты.
Пока Минато и его люди были заняты, Гэнъи, Тобирама и Цунаде вместе отправились на базу. Лаборатория по выращиванию Риннегана, перед маткой из Белого Зецу.
Клон внутри уже вырос до взрослого состояния, его Мангекё Шаринган был пробуждён, и до Риннегана оставался лишь последний шаг. Однако, в отличие от прошлого раза, у этого клона были светлые волосы, и он был на тридцать процентов похож на Наруто и на шестьдесят — на Саске.
Это была уже третья пара Риннеганов, выращенная в лаборатории. Конечно, для Гэнъи количество не имело значения. Сам по себе Риннеган, если не владеть его додзюцу, был не так уж и полезен. Он хотел получить полностью свой, полностью контролируемый Риннеган. Сейчас он выращивал их лишь для того, чтобы раз за разом переживать этот опыт, копировать и анализировать его тайны.
К сожалению, додзюцу первой выращенной пары, Фуцу-но-митама, требовало при захвате тела отказа от своего собственного. Таким образом, нельзя было, как с Техникой Бессмертного Воскрешения, быстро получать чужие способности. К этому Гэнъи был морально готов. Поэтому в итоге пришлось искать решение в Технике Перерождения в Человеческую Марионетку.
А именно, когда клон достигал годовалого возраста, применять на нём эту технику для захвата. Раньше после захвата марионетка умирала максимум через три месяца, но теперь — через три года, этого было достаточно для Риннегана.
Поэтому в этот раз внутри выращиваемого клона на самом деле было сознание Гэнъи. И потому не пришлось использовать такие методы, как гендзюцу.
Видя, что силы накоплено достаточно, Гэнъи вместе с Тобирамой и Цунаде пришёл сюда. По бокам от матки по-прежнему стояли по три марионеточных клона, отвечающих за стимуляцию тела клона, изменение уровня гормонов и тем самым управление эмоциями. Для пробуждения Риннегана не обязательно было сильное эмоциональное потрясение, но без него требовалось больше времени для накопления силы. Сейчас это был самый быстрый способ.
Время шло. В матке, когда эмоции клона достигли пика, как и тогда, когда сам Гэнъи пробуждал свой Мангекё, произошли двойные изменения — и духа, и тела.
Снаружи Гэнъи отчётливо почувствовал, как сила клона в матке резко возросла на целый уровень, но он слегка нахмурился. Слишком слабо, неужели…
Стоявший рядом Тобирама, также обладавший поразительными сенсорными способностями, почувствовал изменение чакры клона: «Получилось?»
Гэнъи покачал головой: «Боюсь, неудача…»
Цунаде нахмурилась: «Но сила клона, кажется, значительно возросла».
Гэнъи ничего не сказал. В этот момент клон в матке открыл глаза. Как и ожидалось, это был всё ещё Мангекё Шаринган, с узором, идентичным узору Индры.
Тобирама сказал: «Похоже, из-за того, что после перерождения у него не было души, а лишь клон Духовной сущности, не хватило достаточно сильной духовной энергии, чтобы Инь-высвобождение получило достаточное усиление».
Гэнъи кивнул: «Должно быть, в этом причина. Похоже, нельзя с самого начала использовать Технику Перерождения».
Тобирама не был разочарован: «Тогда продолжим совершенствовать эту технику!»
«В прошлый раз мы действительно схитрили».
Гэнъи улыбнулся: «Неудачи в экспериментах — это нормально. В следующий раз попробуем снова». — Техника Перерождения была здесь, нельзя было не попробовать. Если бы клон с его Духовной сущностью смог пробудить Риннеган, это означало бы, что он мог бы этим коротким путём быстро овладеть его тайнами и пробудить его у себя.
Неудача стоила лишь нескольких месяцев, это было очень даже выгодно.
Отменив Технику Перерождения, Гэнъи оставил марионеточных клонов и А-Да разбираться с последствиями, а сам с Цунаде и Тобирамой отправился в другую лабораторию, где выращивали Бьякуган.
Здесь другая матка уже была готова, и клон Тонери почти созрел. Когда он будет готов, Гэнъи использует на нём Технику Перерождения, чтобы захватить его, пробудить Бьякуган, а затем пересадить Бьякуган из ранее выращенного клона Хинаты. Три года, по идее, должно было хватить для пробуждения Тенсейгана.
Обойдя базу, Гэнъи, Тобирама и Кабуто продолжили обсуждать улучшение Техники Перерождения, а Цунаде, которой это было неинтересно, отправилась домой тренировать Режим Отшельника. Ей уже была поставлена проклятая печать, и сейчас она шаг за шагом пыталась ею овладеть. Что до маленького Тикаги, то за ним, естественно, присматривали Ина и остальные.
Прошло несколько дней, и наступило 18 марта 55-го года.
В этот день, после утренней прогулки с ребёнком, Гэнъи, попрощавшись с Цунаде и остальными, сел в комнате для медитаций.
Панель открылась. Гэнъи опустил глаза: «Ну что ж, посмотрим, где мой предел?»
Панель взорвалась ослепительным фиолетовым светом, и десять лет пролетели как одно мгновение. И в этот миг клетки в теле Гэнъи претерпели колоссальные изменения.
Открыв глаза, его чёрные зрачки уже стали золотыми, а от них во все стороны расходились золотисто-фиолетовые узоры, похожие на молнии или на языки пламени. Это было похоже на Огненные Золотые Глаза, но с небольшими отличиями.
В этот момент мир, который видел Гэнъи, полностью изменился. Это был мир, полный красок. Человеческий глаз и так мог видеть огромное количество цветов, но сейчас всё было по-другому. Гэнъи видел чётко разграниченные слои света и тепла. Например, тепловое излучение, исходившее от него самого, или от невидимых глазу пылинок в воздухе, которое раньше было почти незаметным, теперь чётко различалось.
А ещё земля, и ранее лишь ощущаемое, но невидимое магнитное поле земли, его собственное биомагнитное поле, и даже электромагнитные поля внутри других материальных структур…
В этот миг взгляд Гэнъи постоянно расширялся. Стены комнаты, всё, что было снаружи, — ничто не могло его остановить. Но это отличалось от проникающего взгляда Бьякугана, это была деконструкция. Стены, или, вернее, вся материя, из которой они состояли, — Гэнъи мог видеть их микроструктуру. Например, молекулы, атомы…
Температура, влажность, излучение, магнитные и электрические поля… все эти сложные элементы создавали совершенно иное видение мира.
В этом мире Гэнъи увидел душу человека. Это было более прямое видение, не такое, как ранее с помощью Огненных Золотых Глаз через тепловое излучение.
«Какой… удивительный мир!» — Гэнъи впервые осознал, насколько прекрасен и удивителен этот мир. В этот миг у него возникло чувство, будто все тайны вселенной открылись ему.
Исчезнув из комнаты, Гэнъи появился на Скале Хокаге. В этот момент в небе сияло тёплое солнце, и Гэнъи увидел в его свете ещё больше цветов. Это был свет, невидимый обычному глазу. Конечно, в его глазах этот свет выглядел иначе…
«Электромагнитные волны, энергетические волны… это тоже вид природной энергии!» — на губах Гэнъи появилась улыбка: «Я напрямую увидел природную энергию…»
Он закрыл глаза, чтобы почувствовать её, а затем открыл, чтобы посмотреть на неё с помощью нового додзюцу.
«Хм, я вижу лишь часть природной энергии».
«Возможно, можно сказать, электромагнитную энергию…» — Гэнъи молча анализировал.
Тепловое излучение, магнитное поле, электрическое поле, электромагнитное поле, электромагнитные волны, различные высокоэнергетические космические лучи.
«Нет ничего совершенного, и это мне как раз подходит», — Гэнъи переключил глаза в обычное состояние.
Первый Кеккей Мора был готов. И, как и предполагалось, это был сенсорный тип додзюцу. Чистое додзюцу для восприятия, без каких-либо прямых атакующих способностей. Но Гэнъи был очень доволен.
Итак, как же его назвать?
Всё так же Огненные Золотые Глаза? Или Небесный Глаз? Или придумать новое имя? Гэнъи немного затруднялся. Подумав, он решил не усложнять и называть его «Небесным Глазом». И он считал, что это название вполне соответствовало.
«Сейчас мне по восточному счёту 20 лет, и я завершил первый Кеккей Мора. Я действительно гений!» — Гэнъи был полон чувства выполненного долга. Хоть он и использовал чит, но в будущем он тоже старался. А старательный гений — это тоже гений! А гений с читом — это гений из гениев!
Ощутив мощь Кеккей Мора, Гэнъи переключил внимание на своё тело. Предел чакры снова, снова и снова повысился. Кеккей Мора Небесного Глаза он завершил на восьмой год будущего. Два года, плюс Трансформация в Отшельника и предыдущие Кеккей Тота, — его телосложение значительно улучшилось.
«Примерно как у 25 полных Девятихвостых…» — примерно оценил Гэнъи.
Впрочем, он чувствовал, что сила Хвостатых в его теле уже стала практически просто зарядным устройством. Даже сила Девятихвостого уже не могла улучшить его телосложение.
«Суть моей собственной силы уже полностью превзошла Девятихвостого», — осознал Гэнъи.
Значит, в будущем, если он захочет и дальше становиться сильнее, у него останется лишь два пути. Первый — Трансформация в Отшельника, второй — силы Кеккей.
«Десятихвостый, как далеко я от него?»
«А ещё три великих отшельника из трёх святых земель, интересно, как я по сравнению с ними?»
Гэнъи не видел ни полного Десятихвостого, ни трёх великих отшельников. Но он помнил, что неполный Десятихвостый играючи расправлялся с Восьмихвостым и половиной Девятихвостого.
В оригинальной временной линии, во время Четвёртой Великой Войны ниндзя, Киллер Би с помощью Камуи Какаши пытался внезапно атаковать глаз Десятихвостого, но тот одним щелчком отбил его Биджудаму и взорвал Восьмихвостого в воздухе. Уже по этому можно было судить. Сила Десятихвостого была абсолютно не сравнима с суммой сил девяти Хвостатых.
И к тому же, судя по той части оболочки Десятихвостого, что он получил, разница в качестве была огромна.
«Значит, я ещё не на вершине, мне нужно продолжать стараться!»
«Что мне Мадара? Всего лишь пешка в руках Чёрного Зецу».
«Десятихвостый, три святые земли, а ещё Мудрец Шести Путей, и… клан Ооцуцуки, владеющий неизвестно сколькими Десятихвостыми!»
Взгляд Гэнъи стал острым, и только что возникшее чувство гордости от освоения Кеккей Мора тут же исчезло без следа.
Он исчез и появился в своей комнате для медитаций.
За десять лет будущего Гэнъи не только тренировал Кеккей Мора. Этого времени было достаточно, чтобы провести более двадцати экспериментов с Риннеганом. Достаточно, чтобы вместе с Тобирамой, Орочимару и Кабуто ещё больше усовершенствовать Технику Перерождения в Человеческую Марионетку.
На его лбу треснул знак Инфуин, и медленно открылся Мангекё Шаринган.
Хлоп!
Гэнъи сложил руки.
http://tl.rulate.ru/book/138029/7105671
Готово:
